Великий учитель. Глава 14

Омар не успел рассмотреть, что находится за воротами замка, так как ему завязали глаза и связали руки за спиной. Его обыскали, но ничего, кроме пергамента, не нашли.

Хайям очень сожалел, что не оставил свиток на хранение в стане Тогрула, и теперь он оказался в руках противника.

- Отвечай, кто ты, неверный!? И зачем к нам пожаловал? - раздался грубый голос прямо у него над головой.

- Я - правоверный мусульманин. Исповедаю ислам. И знаю почти наизусть нашу Священную книгу Коран.

- Что ж, докажи нам это!

И Омар начал по памяти читать одну из сур* на арабском языке...

- Достаточно, - оборвал его стражник. - Ты что, мулла или проповедник?

- Нет, я сын учёного Омара Хайяма из Нишапура. Он математик, астроном, целитель, философ и поэт...

- А что это за пергамент мы нашли у тебя на шее? С записями на непонятном нам языке.

- Это рецепты лекарств на латыни, которые записал мой отец перед тем, как я отправился в путь.

- А как же ты оказался среди наших врагов, ненавистных сельджуков?

- Развяжите мне глаза и руки, и я расскажу всё без утайки.

Ему развязали руки, сняли повязку с глаз и усадили на деревянную скамью под старым раскидистым дубом, который рос посреди двора.

Он огляделся, и его взору открылось внутреннее убранство крепости: остроконечные башни, множество хижин, сложенных из известняка, лестницы, переходы - были сделаны из дикого камня.

При этом не было каких-либо излишеств или украшений - только мрачные серые стены - всё создавало гнетущую аскетичную атмосферу.

Его окружили около десятка стражников с саблями наголо. Во главе стражи был высокорослый чернобородый воин в богатом шёлковом халате.

В руках его сабли не было, но за поясом красовался кинжал в инкрустированных серебром ножнах. Гарда и навершия** сверкали чистым золотом.

Он сел напротив Омара, взгляд его чёрных глаз пронизывал насквозь, и всё же уже более миролюбиво он сказал:

- Рассказывай, юноша!

- Мой отец отправил меня в дальний путь с благими намерениями в Иерусалим, где находятся мусульманские святыни - мечеть Аль-Акса и Купол Скалы.

Там есть библиотека, где хранятся древние книги великих учёных со всего мира. Я должен изучить эти книги, узнать и записать всё самое важное...

Мой путь лежал через Исфахан. Так я оказался в караване сельджука Масуда.

- Он у нас в плену в качестве заложника, - перебил Омара начальник стражи, - и с ним ещё несколько женщин. Мы хотим получить за них большой выкуп.

"Слава Аллаху, они ещё живы," - подумал Хайям.

- Если ты был в этом караване, как сумел выжить?

Омар подробно рассказал о чудесном своём спасении...

- Мне надоело слушать твои сказки, юноша. Пусть твою судьбу решает великий Шейх аль-Джабаль.

- О! Это уважаемый Хасан ибн Саббах! Мне много о нём рассказывал мой отец..., - заметил Хайям.

Начальника стражи ушёл, и его пришлось долго ждать. Он подробно доложил Хасану всё, что успел узнать от Омара.

Перед тем, как идти, он сунул в руки Хайяма его свиток и сказал:

- Покажешь эти письмена нашему Великому учителю.

Они шли с Омаром вверх по каменным ступеням, поднимаясь всё выше и выше, и, наконец, оказались у дверей, по бокам которых стояла личная охрана Шейха - фидаины***.

Стражники ещё раз обыскали Хайяма и распахнули створки дверей, а начальник охраны, приведший Омара, слегка толкнул его в спину и шепнул напоследок:
- Будь учтив и не лги, юнец, если хочешь жить...

Хайям оказался в довольно просторном помещении. Он ожидал увидеть богатое убранство, дорогие ковры, много золота и драгоценных камней, но вокруг были лишь тёмные стены.

Посредине стоял дубовый стол и грубо отёсанные лавки. В дальнем углу находилась лежанка, покрытая одеялом из грубой овечьей шерсти.

Вдоль стен установлены медные масляные светильники, которые тускло освещали всю келью.

За столом сидел старец в простом домотканом халате, белой чалме, в бороде и усах его блестела седина. Руки свободно лежали на столе, на них не было никаких украшений.

Но глаза! Его глаза! Они сверкали! Взгляд был пронизывающим и холодным.

Слегка надтреснутым голосом он сказал:

- Подойди ко мне ближе, юноша.

Омар с поклоном сделал несколько шагов и остановился. Хасан внезапно встал и воскликнул:

- Аллах всемогущий! Это же Омар Хайям! Мой друг детства! Одно лицо! Вот родинка над верхней губой! Зелёные глаза! Высокий лоб! Не может быть! Как тебя зовут, юноша?

- Оман-али ибн Хайям. Я сын Омара Хайяма из Нишапура.

На старости лет Хасан уже не верил никому, даже своим глазам. Поэтому, прищурившись, спросил:

- А как ещё ты можешь доказать, что ты сын того самого Хайяма?

Омар снял с шеи свиток пергамента, развернул и показал Саббаху.

- Вот рецепты лекарств, написанные рукой моего отца.

Хасан внимательно всматривался в записи на пергаменте.

- Да-да! Я узнал! Это его почерк! Я рад нашей встрече. Начальник стражи мне подробно всё доложил. Насколько я понял, твоя главная цель - Иерусалим.

Похвально то, что ты хочешь изучать старинные манускрипты. Познания никогда не бывают лишними, - неспешно начал Хасан. - Но зачем ты пришёл в мою крепость, Оман?

- Я бы никогда не отважился нарушить Ваш покой, уважаемый. Но у Вас в плену находится моя невеста Ферюзе, и я нижайше хочу просить отпустить её.

Кроме того, пленён и родной брат сельджукского шаха Тогрула - Масуд. Прости меня, почтеннейший, но сельджуки просили передать, что штурмом возьмут твою крепость и перебьют всех...

- Ха-ха-ха, моя крепость неприступна! А воины хорошо обучены, они не боятся и презирают смерть, потому что знают, что это высшая награда для них!

Каждый, погибший в бою, окажется в Райских садах Аллаха и будет вечно вкушать наслаждения, познает вкус тончайших блюд и вин и ласки прекрасных гурий, - повысив голос, строго сказал Саббах. - Пойдём, я докажу тебе это.

Через потайную дверь они вышли на задний двор. Омар зажмурился от яркого солнца.

Старец торжественно и высокопарно сказал:

- Видишь эти сторожевые башни по углам крепости?

На вершине каждой из них стояли воины в полном боевом снаряжении с арбалетами в руках, готовые в любую минуту вступить в бой.

На ближайшей башне Омар увидел молодого красивого юношу, который стоял неподвижно и смотрел вдаль, высматривая врагов.

- Сейчас ты сам всё увидишь! А потом передашь увиденное ненавистным сельджукам, - как умеют презирать смерть мои воины.

Он поднял вверх правую руку, указательным пальцем указывая на юношу, а потом резко опустил руку вниз...

В ту же секунду воин-фидаин бросился вниз со своей смотровой площадки...

Омару показалось, что тот летел довольно долго... Полы халата развевались на ветру, но спустя мгновение всё было кончено... Молодой воин разбился об острые скалы у подножия горы...

Хайям побледнел и зажмурил глаза и, наверное, упал бы в обморок, если б Старец не поддержал его.

- Ты очень впечатлительный, юноша, - назидательным тоном сказал он, - ничего, с годами это пройдёт!.. Знаешь ли ты, что означает империя, которую я создал?

Это тысячи, десятки тысяч мусульман-исмаилитов. Они верят мне, подчиняются беспрекословно, их преданность ты видел только что.

Мои учения верны! Сотня крепостей в округе подвластны мне и готовы выступить против неверных в ближайшее время.

Только Я - единственный посредник от пророка Мухаммеда и Аллаха - способен разъяснить простым людям предназначение каждого смертного на этой грешной земле.

Даже мои любимые сыновья предали меня. Один из них - Устад - готовил заговор, - и лишился головы.

У второго - Мухаммеда - нашли бурдюк с вином, - и если это докажут, его ждёт та же участь.


Омар понимал, что подобные радикальные учения не делают человека счастливым.
В его ранней молодости персы следовали законам Заратустры.
 
В течении многих веков предки, да и он сам, следовали этому учению, которое проповедовало мир, взаимопонимание, сохранение устоев семьи, помощь ближним и были понятны каждому.

Так почему же с приходом сельджукидов на этой древней земле стал господствовать ислам, чуждый простым персам?
 
Всему виной хитрые исламисты, которые овладели душами простых смертных.

Они действовали осторожно, не уничтожая прежние учения огнём и мечом, и довольно быстро овладели умами местных жителей, ислам стал главной религией в Пресии.

Он стал главенствовать на всём Ближнем Востоке, и целью путешествия Хайяма было не только посещение святых мест и получение заветных знаний в древних манускриптах, - необходимо было понять, в чём сущности разных религий.

Отделить ложь от правды, помочь людям в обретении истин, - а в не простом повторении сур из Корана или цитат из Библии.
 
Это возможно было предвестником создания чего-то нового, неизвестного, но нужного, простому человеку. Именно поэтому он продлил годы своей жизни благодаря великому Авиценне...

- Толкование Корана - нашей священной книги - сложно для понимания простому смертному. Только тот достигнет просветления, кто будет внимать моим толкованиям этих святых слов.

Я надеюсь, что ты, Оман, сын моего лучшего друга, донесёшь соплеменникам устои нашей религии, - продолжил Старец...

Пламенная речь Хасана аль Сабаха, конечно, произвела впечатление на Омара Хайяма. Он внимательно слушал и запоминал каждое слово Старца, но душа его противилась.
 
Он думал: "Не может человек безрассудно, слепо верить такому учению. Свободолюбие, заложенное в человеческом естестве, не может принять такие законы."

Однако ни один мускул не дрогнул у него на лице. Он был твёрд в своих убеждениях: человек свободен, ибо он - Человек.

Между тем Хасан продолжал свои нравоучения:

- Надеюсь, ты всё понял, юноша? И думаю, донесёшь людям смысл моего учения.

- Постараюсь помочь тебе, "Великий Учитель", - смиренно сказал Омар.

- Вспоминаю, как мы дружили с твоим отцом и в юности дали клятву, скрепив её кровью.

Она гласит: "Если один из нас достигнет высот власти в этом мире, он непременно поможет своему другу, в чём бы тот ни нуждался..."

С тех пор прошло много лет. Я - на вершине своей "империи", а твой отец за многие годы никогда не обращался ко мне за помощью.

И вот Аллах послал мне тебя, как укор нашей дружбе с Хайямом и той клятве, которой я буду верен до конца моих дней.

Поэтому повелеваю! Отпустить тебя с миром, а также моего злейшего врага Масуда и женщин. На то воля Всевышнего!

Передай отцу, что я верен клятве...

При этом Хасан смахнул набежавшую слезу...

Он трижды хлопнул в ладоши, и перед его взором немедленно явились стражники, охранявшие вход в келью.

Перед уходом Саббах заметил:
- Я не смогу вернуть верблюдов и ценности с товаром. Мои воины не поймут этого...
Обращаясь к стражникам, он сказал:

- Исполните всё, что он скажет! Такова моя воля!

* сура - глава из Корана
** гарда, навершия - части рукояти кинжала
*** фидаины - исполнители смертных приговоров-перс.