Если кто-нибудь слышит меня

Алиса летела на сигнал уже много лет. На этот слабый сигнал, который космический корабль то ловил, то терял в открытом космосе. Это была её надежда, её мечта, что в мире кто-то ещё существует, что она не одна. Она дала сигналу имя, говорила с ним в своих мыслях, рисовала его во сне.

Она помнила, как выглядит полное одиночество. Тогда она была одна в открытом космосе и думала, что Земли больше не существует. Всё это началось давно, ещё тогда, когда ей пришлось бежать от тех людей, кого она называла зомби. Алиса бежала и бежала — и осталась одна. Она спаслась, и ей чудом удалось попасть на космический корабль — совсем небольшой, с прозрачным большим стеклом впереди. И вот она в безопасности, она смотрит через стекло на все эти звёзды и понимает: Земли больше нет! У неё нет дома, ей некуда возвращаться! Нет никого! Собрав остатки энергии корабля в один лазерный импульс, она послала один-единственный сигнал: «Если кто-нибудь слышит меня, ответьте». Но никто не ответил.

Тогда её мозг, пытаясь спастись от ментальной катастрофы, в авральном режиме начинал изобретать пути спасения. В первый раз это была цветная яркая планета со всякими чудиками. Хотела она разве на такую планету с жёлто-розовыми обитателями? Нет, это был просто спасительный манёвр. И вот усилием воли Алиса просыпалась из реальности в сон, в воображаемый земной мир, чтобы увидеть, что она ещё среди людей, что есть ещё Земля и на ней есть люди. Во сне она вставала с кровати, ходила, жила, но эта боль одиночества внутри неё продолжала жить. Пустота. Смерть казалась избавлением, но она решила жить.

Во снах она наполняла каждый свой день мириадами различных дел, чтобы только не чувствовать боль и пустоту внутри себя, чтобы не видеть зомби рядом с собой — тех, кто похож на людей снаружи, но пуст внутри. И потом просыпалась в реальность, такую настоящую, со своей звенящей на радарах тишиной космоса. Ни одного сигнала. Она и звёзды — это всё, что было у неё.

Она летела и летела, сама не зная зачем. У неё не было вчера, не было сегодня, не было завтра. Она не могла ничего сделать, и нигде никто её не ждал. И вот спустя несколько лет радар издал невнятный сигнал. Он был до того слаб, что нельзя было ничего разобрать. Алиса, которая много лет не ждала уже ничего, даже не обратила сначала на сигнал никакого внимания — галлюцинация.

Но вот через несколько дней сигнал прозвучал снова, а потом ещё раз. Тихо, неотчётливо, будто бы его и нет. Иногда он звучал сильнее, а потом затухал на пару месяцев. Накопленной энергии корабля хватило, чтобы изменить курс в сторону исчезающего сигнала. Прошло много лет, а она всё летела. С каждым днём сигнал становился ближе, но расшифровать его не представлялось возможным.

Она представляла, что найдёт подругу, а может, отца, а может, это кто-то её возраста, затерявшийся в пространстве и времени. Она даже дала имя сигнала встроенному Искусственному Интеллекту корабля и разговаривала с ним как с личностью о смысле жизни человека. Со временем ИИ стал её зеркалом. Он отвечал зеркально — так, как отвечала бы она сама. Ведь у него не было других моделей общения. А ей хотелось услышать что-то новое, нешаблонное, что нельзя предугадать, что является квинтэссенцией человеческого разума. Сначала она придумывала сигналу множество лиц и голосов, но потом всё чаще — одно лицо и один голос. Это придавало жизни смысл, наполняло пространство внутри неё и всё пространство внутри корабля. Ещё два года — и она долетит, ещё два года — и она встретит того, кто посылает ей сигнал. Почему именно ей? Потому что она верила, что больше некому.

Ей больше не снились сны о потерянной реальности и чудовищной пустоте, ведь был он — сигнал. Не надо было засыпать, чтобы прожить нормальный день, не надо было искать и бояться. Можно сказать, Алиса обрела смысл жизни и стала счастлива, ведь кто-то всё же есть на этом свете живой. Она сделала много дел: починила часть блоков корабля, стала учиться танцевать по старым видеозаписям, она освоила игру на скрипке, она пыталась готовить и нормально питаться, радовалась, просматривая старые фильмы, и, разговаривая в мыслях с сигналом, чувствовала тепло в душе. Она накрывала стол на двоих. Потом убирала второй прибор. Потом снова ставила.

Она отсчитывала дни до встречи. Семьсот тридцать один день до встречи, семьсот тридцать, семьсот двадцать девять... пятьсот двадцать восемь. Она опять стала праздновать на корабле земные праздники. В Земной Новый год она поздравила сигнал и сделала для него подарок. Поздравила сигнал с 8 Марта и с 23 Февраля, отпраздновала, беседуя с сигналом, свой день рождения. Четыреста восемьдесят пять... Триста семьдесят четыре... Двести... Сто восемь. Пятьдесят четыре... Шесть. Три... ИИ уже несколько месяцев предупреждал о гравитационной аномалии впереди, но Алисе было все равно — она грезила встречей.

Что же делать? Как быть? Я скоро его увижу. Алиса сделала на корабле генеральную уборку, прошла по всем каютам и блокам, приготовила космический праздничный обед и надела лучший костюм... А ещё она хорошо расчесала волосы, ведь обязательно должна быть причёска! Один. День.

Вдалеке медленно гасла одинокая звезда, поглощаемая черной дырой. Красиво, завораживающе, печально, ведь звезда ничего не могла с этим сделать. Когда-то Алисе казалось, что с ней происходит то же самое. Она смотрела в гигантский иллюминатор, вглядываясь в черноту неба. Сигнал приближался. Очень странно: датчики не фиксировали корабль. Может быть, на корабле сигнала стоит защита? Похоже на шаттл, но кто выживет один в маленьком шаттле? Корабль Алисы магнитным полем затянул дрейфующий на просторах Вселенной шаттл... Сердце Алисы замерло. Что это? Она спустилась на палубу для шаттлов. Вот он, подвергается автоматической дезинфекции... В нём не было никого. Алиса подошла поближе и увидела «сигнал». Она нажала на кнопку...

Из динамика раздался молодой, дрожащий голос: — Если кто-нибудь слышит меня, ответьте.

Алиса закрыла глаза. Двадцать лет назад она была уверена, что говорит в пустоту. Теперь она знала, что ошибалась. Она протянула руку и включила передатчик. — Я слышу тебя, — сказала она.

13.06.2026