Утро, солнце, абрикосы

Хорошие абрикосы наливные, яркие. Вкус их богатый, сладкий, но не приторный. Сначала ты ощущаешь их мякоть  затем сок окончательно завоёвывает твою любовь. Абрикосовых деревьев у нас было три-четыре штуки. На одном дереве может быть их огромное количество. Когда они созревали, наливались соком, становились ярко-желтыми, рыжими, тяжёлыми. Многие деревья, как и у наших соседей, созревали и роняли свои плоды на землю, часто на улицу и вся улица была усыпана абрикосами перед их домом, каждые тридцать метров. Их бы собрать, но у хозяев не хватало сил на такие "мелочи" и абрикосы лежали на улице. Проезжающие автомобили давили эти плоды, по улицам распространялся густой абрикосовый аромат, который уже начинал киснуть на жаре. Часто созревание разных плодов совпадало и перед домом лежали абрикосы, сливы, шелковица, иногда вишня. Тогда даже пройти и не раздавить что-то было сложно. Ароматный дух от дома к дому был разный. Тогда у хозяев сразу же находилось время и они старательно чистили и мыли площадку перед домом.
Ян собрал с земли спелые абрикосы за домом и теперь мыл их в раковины на улице.
Рядом вилял хвостом огромный Амур, но понюхав абрикосы он потерял к ним всякий интерес и стал прыгать вокруг кошки Маньки, которая вышла на крыльцо. Манька видала всякое, она была суровой и ловила всё, что двигается - ни одна крыса, ни одна мышь не задерживалась долго в нашем дворе.
Она была опытной кошкой и свой опыт подтверждала регулярными показательными выступлениями, во время которых она аккуратно складывала пойманных крыс в ряд на всеобщее обозрение. На Амура она не обращала особого внимани, хотя жили они дружно. Манька была единственной кошкой, которая безнаказанно появлялась у нас во дворе. Всех прочих ждала судьба крыс и мышей, поэтому они у нас не показывались. Амур использовал свой нос. Овчарка поддевала носом кота, несмотря на ожесточённое сопротивление, ловила на лету и... Слухи среди кошек распространялись очень быстро. Наш двор они обходили стороной.
Ян вытащил из абрикосов косточки, разложил их на полотенце несколькими рядами. Солнце тут же принялось за работу, оно нещадно жарило эти абрикосы и даже осы не выдерживали долго, кружили над абрикосами, не веря своему счастью. Ян сделал несколько полосок из половинок абрикосов, выложив их мякотью вверх на чистое полотенце, вплотную друг к другу и накрыв их марлей. На ночь он убирал их в дом, утром снова размещал на крыше.
Размещал он их на крыше сарая. Солнце тут же принялось за работу, оно нещадно жарило эти абрикосы и даже осы не выдерживали, кружили над абрикосами, не веря своему счастью. Так почти две недели. Мы совсем забыли об этих абрикосах, забыли об осах. Каждый занимался своим делом. Мы катались на велосипедах, купались на Крынке, дразнили Светку, нашу соседку и совершенно не думали об абрикосах. И осы были довольны. Им никто не мешал, они оценили наши абрикосы и если бы солнце жарило не так сильно, возможно осы не оставили от наших янтарных сладостей ничего несмотря на марлю. Ян залез на крышу сарая. Ос на абрикосах уже не было. Да и вместо абрикосов на фанерке лежали только неприглядные, тёмные полоски. Солнце щедро разливалось по нашему двору, выжигало все и только под крышу дома заглянуть стесняюсь. Дверь в дом была уже открыта настежь и ветер поднимал занавески на окне, играл с ними. Кошка Манька поела и лежала на крыльце, прикрывая глаза.
Мурчание Маньки как двигатель трактора Беларусь, ровное, нежное. Пёс Амур лежал у крыльца, развалившись поперёк двора. Сонное, спокойнее утро. Сон уважали все. Даже мухи успокоились в такую жару и сидели на подоконнике, обсуждали свои дела. Абрикос уже затвердел, скукожился, стал похож на что-то совсем другое. Весь сок его, который растекался прежде, теперь остался внутри полосок. Вкус приобрёл какие-то новые окраски. Цвет стал гораздо темнее и был теперь темно-рыжим, ржавым.
Наконец ждать больше не было сил и рано утром мы залезли на крышу и сидели там, болтая ногами. И вот теперь пришло время дегустировать наше блюдо. Абрикосы превратились в твёрдую массу, полоски тёмного цвета смотрелись странно. Но я же видел, что это настоящие абрикосы, я же видел. Так что я попытался откусить кусочек. Но это оказалось не так-то просто. Зубы вязли в этих полосках. Жевать требовалось долго. В процессе пережевывания раскрывались различные вкусы. Сначала сладкий, затем нестерпимо кислый и снова сладкий. "С чаем это хорошо, с горячим." - сказал Ян, с трудом ворочая языком. Всю полоску сразу съесть нельзя, вкус чрезвычайно питательный, насыщенный. За полчаса мы откусили два раза и до сих пор старательно жевали как коровы. Мы слезли с крыши и пошли за чаем. Амур скучал и ловил мух и ос, сидя перед крыльцом. Утро, солнце, абрикосы.



14 июня 2026