Где-то

 Пролог
Раз за разом становилось сложнее. 
Как-то дальше надо идти. 
И что в сердце осталось вернее? 
Как же счастье тогда обрести?

Как слепыми глазами смотреть на море, 
Которое бушует вдали? 
Как избежать того затора, 
Что встанет поперёк пути?

Как быть честным с собою, 
Что от бед уберечь? 
И не кривить душою — 
Как быстрый ручей просто течь.


Глава 1
Темень за окном. 
Но видно очертание стола, 
На котором стоит компьютер, 
На котором строчка легла.

Лана набирает текст. 
В сети общается. 
В окно виден мост — 
Он будто в тексте отражается.

— Ты ещё не спишь? 
— Как видишь, нет. 
— А как твой крепыш? 
— Пошёл уже. 

— А как у тебя дела? 
— Да так. Неплохо. 
— Ездили куда? 
— Были в Тохо. 

— А это где? 
— Так деревня называется. 
— А я давно нигде не была. 
С малышом еле справляемся.

Лана закрыла чат и откинулась на спинку стула. 
В комнате было тихо. 
Муж уже спал, ребёнок сопел в кроватке. 
Только она одна — между ночью и экраном, 
между своей жизнью и чужой.

Она часто так делала: 
писала тексты, 
переписывалась с малознакомыми людьми, 
смотрела на мост в окне 
и думала о том, где сейчас по-настоящему её место.

Мост вёл из города в поля. 
Лана никогда не переезжала по нему дальше дачи. 
А хотелось. 
Хотелось однажды утром собраться 
и уехать туда, где нет асфальта. 
Где не сигналят машины. 
Где можно выйти на крыльцо босиком.

Но пока она сидела в душной квартире 
и смотрела в монитор.

«Где-то», — подумала Лана. 
— «Где-то есть другая жизнь».

Она сохранила файл, 
назвала его «Где-то.docx» 
и, не выключая компьютер, 
ушла на кухню пить чай.

Кошка спала на подоконнике. 
Внизу, во дворе, редкая машина разрывала тишину. 
Лана налила кипяток, 
подула на кружку 
и вдруг поняла: 
ей хочется написать не статью по заказу, 
а что-то другое. 
Простое. 
Как старый покосившийся дом. 
Как ягодные кусты у забора. 
Как людей, которые не спешат.

Она вернулась к компьютеру. 
Открыла чистый лист. 
И написала:

«Глава 2»


Глава 2
Где-то шумел лес. 
А издалека была видна деревня. 
Там жила чья-то родня, 
Но крыши домов не доставали до небес.

Это были старые домики, 
Уже от старости покосились. 
Во многих домах не слышны 
Были ходики.

Жили в деревне одни старики, 
Что доживали свой век. 
Не жужжали косилки — 
Всё носило строгий отпечаток.

Лана писала и сама удивлялась, 
откуда это берётся. 
Она никогда не жила в деревне. 
Никогда не видела, как старики выходят на крыльцо. 
Но когда она закрывала глаза, 
то чувствовала запах мокрой земли 
и слышала тишину.

Она назвала старуху бабой Нюрой. 
Деда — Прохором. 
Придумала им кошку и собаку, 
которые дружили, 
хотя по всем правилам должны были враждовать.

Ей казалось, 
что она пишет не выдумку, 
а чьи-то настоящие воспоминания. 
Чьи — не важно. 
Главное — они были правдивыми.

Ночью, когда весь город спал, 
Лана воскрешала целый мир. 
Мир, в котором ещё не вымерли последние старики. 
Мир, где река помнит брод, 
а яблони помнят, чьи руки их сажали.

Она смотрела на мост в окне 
и думала: 
«А может, я там уже была? 
В прошлой жизни. 
Или в параллельной?»


Глава 3
Здесь не было изобилия цветов, 
Зато полно ягодных кустов, 
Ярких рассветов и закатов, 
Природных, живых шедевров.

Баба Нюра вышла на крыльцо, 
Выпустила из дома кошку. 
Та тут же носом ткнулась в собаку, 
А та завиляла в ответ хвостиком.

Закадычные друзья, словом, 
Рады друг с другом поиграть, 
Да побегать — 
Благо двор большой.

Лана перечитала написанное и улыбнулась. 
Впервые за долгое время 
ей не хотелось ничего исправлять. 
Текст жил сам.

Она представила,
как баба Нюра смотрит на кошку и собаку, 
как не спеша садится на лавку, 
как щурится на солнце. 
И ей захотелось туда. 
Внутрь своей же главы.

Но в реальности 
надо было укладывать ребёнка, 
готовить завтрак, 
отвечать на сообщения от заказчиков.

Лана вздохнула. 
Сохранила файл. 
Поставила чайник.

На кухне за окном уже светало. 
Тот самый мост 
медленно проступал из темноты.

«Мост между», — подумала Лана. 
Между сном и явью. 
Между её жизнью и той, другой.


Глава 4
Дед который день хворал. 
Баба Нюра как могла его лечила — 
В деревне не было больницы, 
Пришлось бы долго добираться до станицы.

— Никак немного отпустило, — сказал Прохор. 
И Баба Нюра радовалась этому. 
Прохор вышел во двор 
И сел рядом с женой.

— Гляди, как собака с кошкой играются. 
И оба в голос рассмеялись. 
Никогда не отчаивались, 
Даже в трудные времена.

Лана в который раз перечитала этот эпизод. 
И поняла: 
она завидует выдуманным старикам. 
У них нет интернета, 
нет кредитов, 
нет соцсетей. 
Зато есть друг у друга.

Она посмотрела на мужа, 
который сидел в телефоне за ужином. 
Он поднял глаза: 
— Ты чего? 
— Так, ничего.

Она не сказала ему про стариков. 
Не сказала про текст. 
Промолчала.

И только ночью, 
когда все уснули, 
она снова открыла файл «Где-то.docx» 
и дописала строчку:

«И оба в голос рассмеялись».


Глава 5
— Пойду кур кормить, 
Да им воду надо сменить. 
— А я пойду огород поливать, 
Да воду в бочки надо натаскать.

Нюра и Прохор занялись делами. 
А тем временем где-то вещали, 
Что надвигается шторм — 
Шквалистые ветра и ураганы.

Лана оторвалась от клавиатуры. 
Шторм — это хороший повод. 
Повод показать, 
как эти двое держатся вместе, 
когда мир трещит по швам.

Ей самой хотелось, 
чтобы в её жизни случился шторм. 
Не настоящий — нет. 
А тот, который бы сдул всё лишнее. 
Оставил только важное.

Но пока что в её жизни 
был только спящий ребёнок, 
недописанная работа 
и мост за окном, 
который никуда не вёл.

Лана открыла новую главу.


Глава 6
Небо на западе почернело, 
Будто кто-то разлил чернила. 
Тишина стала тягучей и липкой, 
И даже собака притихла у крыльца.

Баба Нюра тревожно взглянула на Прохора: 
— Надо бы кур закрыть. 
— Закроем. И дрова в сарай. 
Ветер уже рвал калитку.

К ночи шторм пришёл. 
Старые стены дрожали, 
Окна гнулись внутрь, 
Где-то вдалеке упало дерево.

Прохор сидел на лавке, обняв жену. 
— Ничего, переживём, — сказал он. — Не такое видали.

Они не зажигали свет. 
В темноте время течёт иначе — тяжело и глухо. 
Кошка забилась под печь, собака легла у порога. 
В доме пахло хлебом, сушёной мятой и старым деревом.

Лана дописала эту главу за час. 
Она почти физически чувствовала, 
как стонут стены, 
как дождь хлещет по жести.

Она была там. 
С ними.

И впервые за долгое время 
ей не было страшно. 
Потому что даже в шторм 
они были не одни.


Глава 7
К утру шторм стих. 
Но небо ещё хмурилось, 
И земля была усыпана листвой, 
Ветками, сорванным шифером.

Прохор вышел первым. 
Опираясь на клюку, обошёл двор: 
— Нюра, гляди, яблоню повалило. 
Та самая, что ещё тятька сажал.

Нюра промолчала. 
Постояла на крыльце, 
Погладила кошку и сказала: 
— Дерево срубим на дрова. А яблони другие вырастут.

Она говорила не только про яблони.

В деревне после бури воцарилась странная тишина. 
Люди выходили из домов, оглядывались, 
Переговаривались негромко. 
Пахло сырой землёй и прелым листом.

А где-то далеко, за лесом, 
Где шумела трасса, 
Уже начиналась обычная жизнь — 
С бесконечными звонками, 
С новостями, 
С толпами.

Но здесь, в этой покосившейся деревне, 
Время будто остановилось. 
И в этой остановке было что-то 
Правильное.


Глава 8
Лана закрыла файл и выключила компьютер.

За окном уже светлело. 
Мост стоял пустой. 
Ни одной машины.

Она подошла к окну 
и долго смотрела на линию горизонта, 
где город переходил в поле, 
а поле — в небо.

— Мам? — раздалось из коридора. 
— Да, малыш? 
— Мне приснилась деревня. 
Лана замерла. 
— Какая? 
— Там бабушка и дедушка. И кошка с собакой дружат.

Лана подошла к ребёнку, обняла. 
— Это хороший сон, — сказала она тихо. 
— А они настоящие? 
— Настоящие, — ответила Лана. — Где-то.

Она села на край кровати 
и вдруг подумала: 
а что, если всё, что она пишет, 
не выдумка? 
Что, если эти старики действительно живут 
в какой-то параллельной тишине, 
и просто ждут, 
чтобы их кто-то заметил?

Лана взяла телефон, 
набрала в поиске «деревня Тохо». 
Карта показала крошечную точку 
посреди лесов и полей.

Она не спала весь остаток ночи. 
Смотрела на монитор, 
на мост, 
на ребёнка.

А утром 
она сказала мужу: 
— Мы никуда не спешим? 
— Нет, а что? 
— Давай съездим в Тохо. 
— Зачем? 
— Хочу посмотреть, есть ли там баба Нюра.

Муж удивился, но не спорил. 
Они собрались быстро — термос, бутерброды, 
ребёнок в автокресле.

И поехали.

По мосту.


Эпилог
Дорога заняла два с половиной часа. 
Чем дальше от города, 
тем тише становилось радио. 
Поля сменялись перелесками, 
перелески — просёлками.

— А вдруг никого нет? — спросил муж. 
— Всё равно, — сказала Лана.

Деревня Тохо встретила их тишиной. 
Половина домов стояли заколоченными. 
Ни души.

Но на одном из дворов 
скрипнула калитка. 
Вышла старуха в тёплой кофте. 
— Вы к кому? 
— Ищем бабу Нюру и деда Прохора. 
Старуха помолчала, посмотрела в сторону леса. 
— Нюра? А кто её не знает. 
Вон их дом, за яблонями. Только Прохор хворает нынче.

У Ланы перехватило дыхание.

Они подошли к дому. 
Яблоня лежала поваленная у забора. 
На крыльце сидела кошка. 
Рядом — старая собака, которая лениво виляла хвостом.

Дверь открылась. 
— Здравствуйте, — сказала Лана. 
— Здравствуй, дочка, — ответила баба Нюра. — Заходите. Чай будете пить?

И Лана поняла: 
она не придумала этот мир. 
Она просто его вспомнила.

Или он — её.