Летний дождь

   ­Город изнывал от июньского зноя. Асфальт, казалось, плавился под подошвами, а воздух был настолько густым и горячим, что его можно было пить, как несладкий чай.
Анна сидела на веранде небольшого кафе, безуспешно пытаясь сосредоточиться на экране ноутбука. Цифры отчёта плыли перед глазами. За соседним столиком сидел молодой человек в расстёгнутой на верхние пуговицы льняной рубашке и лениво крутил в руках чашку с уже растаявшим льдом.
Вдруг всё замерло. Птицы умолкли, а тополиные листья над головой перестали дрожать.

 - Сейчас ливанёт, - негромко произнёс незнакомец, глядя куда-то поверх крыш.

Анна подняла глаза. Небо, ещё минуту назад пронзительно-синее, стремительно затягивалось тяжёлыми, сизыми тучами с фиолетовыми краями.

 - Надеюсь, нет, - вздохнула она, поправляя волосы. - Мне ещё через весь центр пешком идти, а зонт остался дома. Как всегда.

 - Зонт в такой день - это преступление против лета, - улыбнулся парень. - Я Давид, кстати.

 - Анна. И в чём же преступление? В желании остаться сухой?

 - В нежелании почувствовать жизнь, - ответил Давид.

Не успела Анна ответить, как сверху донёсся оглушительный раскат грома, будто кто-то наверху с грохотом покатил огромный железный шар. И тут же на пыльный тротуар упали первые капли - размером с крупную монету. Они оставляли на сухой земле тёмные, круглые следы. А через секунду обрушилась настоящая стена воды.
Это был классический летний ливень - яростный, шумный, пахнущий озоном, прибитой пылью и скошенной травой. Он мгновенно смыл с города сонную вялость.
Люди на улице с криками и смехом бросились под навесы. По водосточным трубам с рёвом понеслись потоки, а крыша веранды забарабанила так, что пришлось говорить громче.

 - Ничего себе "приуныла погода"! - крикнула Анна, отодвигая ноутбук подальше от края, куда долетали мелкие брызги. Воздух мгновенно стал прохладным и чистым. Она зажмурилась и глубоко вдохнула. - Боже, какой запах...

 - Запах петрикора, - заметил Давид, наблюдая за ней. - Так пахнет земля после засухи. Ради этого стоит промокнуть.

 - Ну уж нет, я подожду здесь, - Анна кивнула на бушующий водопад за пределами навеса.

Давид поднялся, подошёл к самому краю веранды и протянул руку под ледяные струи. Вода тут же побежала по его запястью, затекая в рукав.

 - Смотрите, Анна, - он обернулся, его глаза азартно блестели. - Там, на перекрёстке, девчонка лет пяти скачет по лужам. В туфлях. А её мама стоит рядом и даже не ругается. Знаете почему?

 - Потому что у мамы тоже нет зонта? - предположила Анна.

 - Потому что это лето. Оно короткое. А отчёт в вашем компьютере никуда не убежит, в отличие от этого дождя. Через двадцать минут выглянет солнце, и всё высохнет.

Анна посмотрела на экран, где мигал курсор, потом на бушующие потоки воды, и вдруг почувствовала, как внутри зарождается какое-то детское, давно забытое озорство. Кому нужны эти правильные взрослые рамки, когда тут такое буйство природы?
Она решительно захлопнула ноутбук и убрала его в сумку.

 - Знаете что, Давид? - Анна встала и подошла к нему. - Вы правы. К чёрту отчёты.

 - Идёмте? - он вопросительно поднял брови.

 - Идёмте.

Они одновременно сделали шаг с деревянного настила веранды прямо под плотные, тёплые струи ливня. Вода мгновенно промочила волосы, одежда прилипла к телу, а туфли набрали полные "лодочки" воды. Анна вскрикнула от неожиданности, а потом рассмеялась - громко, искренне, запрокинув голову к грохочущему небу.
Давид смеялся рядом, смахивая капли с лица. Город вокруг них казался размытым акварельным рисунком, где существовали только шум воды, свежесть и двое людей, поймавших момент абсолютной свободы.