Мысленный костёр зажжён

Формула, не открытая ни одним разумом, горела в самом его существе.
Охотник, Чудовище и Человек из башни были сотканы из одной и той же космической массы. Время, разделившее их, было иллюзией слабого человеческого глаза.

Оао опустил оружие. Страх перед неведомым отступил — не перед силой мышц, но перед вспыхнувшим разумом.
Пещера замерла. Огни сменили цвет на мягкий, тёплый.
Человек обрёл равную силу — физическую и ментальную.
Вспышка ослепительного света разорвала пелену. Мираж будущего исчез так же внезапно, как и появился.

Оао стоял на скале. Под ногами шуршал папоротник, а вдали слышался трубный зов мамонта. Мир обрёл прежние границы. Но Оао уже не был прежним.
Он повернулся спиной и пошёл обратно к своей общине.

Сегодня у ночного костра он не стал хвастаться добычей. Он сел на корточки, взял кусочек угля и нарисовал на стене пещеры круг — знак того, что там, за пределами взгляда, нет ни времени, ни расстояния.
В тот самый миг, когда линия замкнулась, а уголь оторвался от камня, мир на долю секунды замер. А затем колоссальная энергия, горевшая внутри Оао, вырвалась наружу.

Произошёл взрыв. Вспышка была столь яркой, что на мгновение ночь превратилась в день.

Когда свет погас, земля снова стала прежней. Пространство сомкнулось.
Время потекло своим неспешным, суровым шагом — от рассвета к закату, от зимы к лету.

Соплеменники бросились к Оао. Он лежал на пожухлой траве, бледный и неподвижный. Его тело было холодным, но его губы застыли в покое, какого никогда не знали люди его племени. Оао отдал все свои земные силы, чтобы спасти человечество на самой заре его существования.

Однако Оао не умер. Сердце билось... но невероятно медленно.
Он перешёл в иное состояние бытия. Его тело спало, но разум стал стражем.

Проходили тысячелетия. Люди научились плавить бронзу, затем железо, возвели города из камня, а позже — те самые башни, которые Оао видел в своём пророческом сне. И всё это время, глубоко под землёй, в тайной пещере под охраной нарисованного на скале круга спал Первый Человек, познавший тайну Вселенной.

И всякий раз, когда человечество подходило к краю гибели — будь то от великих ледников, разрушительных войн или техногенных катастроф — ткань вокруг Земли едва заметно вздрагивала.
Это Оао, в своём бесконечном сне, удерживал время от распада и напоминал звёздам, что Земля ещё жива.