17. Худ читает лекцию

Ушла. Худ ходил по городу, всматривался в чужие лица. Нет, всё не то. Где её теперь искать? Растворилась, ушла. А через пару дней надо лететь в командировку на Тайвань. Суета, новые люди, встречи, расставания. Новые пейзажи, море, океан, новая красота, новые эмоции, всё это потихоньку притупляло боль в груди. Яркий образ тускнел.

Худ сделал несколько отпечатков, украсил ими свою комнату. Но как-то они не радовали, и он всё убрал.

По вечерам он всё так же бродил по своей улице, но уже без какой либо надежды, просто вдыхал полной грудью воздух и наполнялся упоительной свежестью ночного города.

А дома Худ устраивался под зелёным абажуром торшера на своем кожаном диванчике, брал какую-нибудь книжку и читал.

Окно было распахнуто, и вместе со звёздами и луной в мастерскую влетала опьянительная летняя ночь.

- Проходите. Опаздываете, мой милый. Проходите, садитесь. Мы Вас уже пятнадцать минут ждём.

Чёрный силуэт застыл в оконном проёме.

- И долго мне Вас упрашивать?

Кот осмотрелся и, убедившись, что ничего опасного тут нет, прошел между розами по подоконнику и спрыгнул на пол. Худ с некоторых пор стал разводить розы. Немного освоившись, котяра обнюхал все углы и запрыгнул на диван к Худу.

- Ну что ж, продолжим. На чём мы с Вами остановились?

Худ отложил в сторону томик Канта.

- Доказательство бытия Бога?
Как видите, никакого собственно доказательства у уважаемого Иммануила Иоганновича и нет. Одни досужие рассуждения про мораль, этику и жонглирование философской терминологией. Так любой сможет.

Следует отметить прежде всего, и это полностью совпадает с точкой зрения уважаемого ученого, что строгого доказательства бытия Бога в математическом смысле нет и быть не может. Такого рода доказательства применимы только в системе абстрактных понятий, которую придумали математики. А система эта, хоть и является полезным инструментом для решения различных инженерных задач, но слишком далека от жизни простых людей.

Да, только в идеальном мире могут быть идеальные доказательства.

Однако спустимся с математических высот на нашу грешную Землю. И что же мы имеем?

- Уважаемый господин! Я к Вам обращаюсь, да, Вы в первом ряду. Вы сюда спать пришли? А как Вы собираетесь сдавать зачёт, я Вас спрашиваю?

Котяра лежал у Худа на коленях и громко тарахтел во сне. Худ его гладил, и котяра, не открывая глаз, подставлял свою морду, где ему хотелось, чтобы его почесали.

- Мы познаём наш мир субъективно. Опять же, тут приходится согласиться с нашим философом. Познать вещь в себе, то есть объективную сущность предмета изучения, нам не дано.

Однако. Давайте признаем также и тот неоспоримый факт, что наши науки есть не пустой звук. То есть, те законы, которые мы - человеки - вывели, исходя из нашего пусть и субъективного опыта, имеют объективный характер. Объективный в какой-то мере. Не в абсолютном смысле, конечно же. Но в той мере, в которой мы ими можем пользоваться. Предсказывать поведение небесных тел, лечить ранее неизлечимые болезни, изучать свойства материалов и создавать новые, разрабатывать технологические процессы, изобретать разные забавные штуки - паровоз, вместо лошади, телевизор вместо волшебного зеркальца, самолёт вместо летающего ковра.

Что ж, получается, что доказательство бытия Бога вполне возможно. Но только для обычных людей. Математики его отвергнут.

Есть в зале математики? Всех математиков прошу покинуть аудиторию.

- Ты случайно не математик? - Кот сладко зевнул, положил голову на руку Худа и продолжил свое мурчание. - Ладно, идём с тобой посмотрим, что нам Бог послал. В наш холодильник.