Восхождение. Том 3. Часть 14

Прошло порядка двух часов, за время которых Хорьки успели пройти во двор, а Манур, дивясь красоте богатого поместья, прошёл в кабинет барона и внимательно выслушал его план, ни разу не перебив вельможу.
Генур и Рандар, делясь деталями плана, рассказывая о всех рисках, подчёркивали преимущества выбранной стратегии, всеми силами пытаясь убедить лидера Хорьков согласится с составленным планом действий.
На удивление барона и командира, разбойник за всё время не произнёс ни слова. Под конец, зевнув, Манур почесал щёку и проговорил изнурённым голосом:
- Чем детальнее план, тем больше рисков его провалить. Ну, в прочем, ладно – план неплох. Выполним!
Генур и Рандар выпучили глаза. Они ожидали подвоха, насмешки, издевательств, но, кажется, Манур говорил правду.
- Есть ли какие-то замечания? Предложения? – Спрашивал Генур. – Может, хотите внести изменения?
- Не, пойдёт. Всё нормально. Когда приступаем?
Чтобы разбойник, зацикленный только на себе и своих товарищах, так просто доверял вельможам – сложно было поверить в такой исход. Даже разбойники Денера, более склонные к сотрудничеству, вряд ли бы согласились на план представителя элит. Манур и его люди были другими – настоящие наёмники.
- Что ж, - пребывая в состоянии лёгкой растерянности, продолжал Генур, - если Вы со всем согласны, то через день, когда мы подготовим для вас припасы, можно приступать.
- Замечательно, - медленно произнёс Манур, разминая предплечья. – Денёк погостим у Вас, и дальше в путь. Нас всё устраивает. Но, всё же, для начала, стоит выполнить Ваши же обещания. Деньги нам нужны, так что, не соизволите ли Вы…
- Конечно, - кивнул барон. – Мне лишь нужно удостоверится в Вашей готовности…
- Можете не сомневаться, - разговор становился более напряжённым, когда речь шла о награде. – Так случилось, что Ваши враги – наши враги. Так что в сложившейся ситуации важна не столько преданность, сколько осознание, что сейчас лучше держать врагов ближе, чем друзей.
А деньги не помешают нам в борьбе. Думаю, чтобы и Вы, и мы были довольны и доверяли друг другу, стоит выполнить часть договора сейчас, а второю половину – по окончание диверсионных действий.
- Рад, что мы мыслям одинаково, - кивнул барон, выходя из-за стала. – В таком случае – прошу пройти со мной, заключим окончательный договор. Под свидетельством командира из Духарта. Согласны?
Рандар, до сих пор пребывая в изумлении от скорости решения, кивнул, направившись за бароном и лидером Хорьков на первый этаж.
Подписать бумаги, с разбойниками? Бред! По крайней мере, так казалось до недавнего времени. По всей видимости, в сложившейся ситуации, стоит подписывать контракты даже с представителями низших, по мнению вельмож, слоёв общества.
Спустившись на первый этаж, в гостевую комнату для приёмов знатных людей, Генур хлопнул в ладоши и громко произнёс:
- Где договор?!
Пара слуг, тут же открыв дверь в углу комнаты, внесли папирус. Двое юношей, на пару лет старше Рандара, аккуратно держа листок бумаги, перо и чернильницу, положили принадлежности на стол, продолжая гнуть спины перед вельможами, отступая назад к двери в скрытое от посторонних глаз помещение.
- Так Вы серьёзно говорил про договор? – Усмехнулся Манур, испытующе смотря на барона. – Я думал, мы разопьём вино, или совершим таинство – порежем ладони. Эти бумажки ничего не стоят!
- Мне сообщили, что Хорьки основательно относятся к подобным формальностям перед делом, - с осторожностью говорил Генур. 
- Мой предшественник уважал формальности, но я не вижу в них смысла. У Хорьков, конечно, есть свод правил, но это не жёсткие требования. Так что при мне, подразделение Хорьков в Умрате закрывают глаза на все эти… формальности.
- И всё же, я настаиваю, - серьёзно произнёс барон, пододвинув бумагу с пером к Мануру.
Лидер Хорьков вновь усмехнулся, небрежно поднял перо и черканул на договоре закорючку. Вряд ли это можно было считать за подпись, однако Генур, недовольно смотря на нового товарища, перенял перо из рук довольного Манура, после чего аккуратно вывел закорючку возле своего имени.
- Договор подписан – теперь, нас связывают не только устные соглашения. Если какая-то из сторон нарушит соглашения…
- Когда нам приступать? – Перебив барона, поинтересовался главарь Хорьков, не желая и дальше слушать бессмысленные речи о союзе.
- Хоть завтра. Я не заинтересован затягивать с победой над Гелоном.
- Тогда выдавайте нам обещанное, а также побольше выпивки, и завтра на рассвете мы выдвинемся, - Манур перевёл взгляд на Рандара. – Вы ведь согласны, доблестные защитники люда?
Рандар не стал акцентировать внимание на высмеивании разбойника, лишь сдержанно кивнув.
- Вот и отлично – сегодня и познакомимся, - Манур бесцеремонно охватил Рандара вокруг шеи, свесив руку с плеча юного командира и силой приблизив его к себе. – Надо бы узнать, с кем придётся иметь дело. С вельможей всё понятно, а вот вы!
Генур скрестил руки на груди, желая побыстрее спровадить нахального юнца, но в тоже время не желая ещё целый день, пока Хорьки стояли возле его усадьбы, оставлять разбойников без внимания.
- Устроим пирушку на поляне, где мы остановились. Вы ведь, барон, обеспечите нам пир – надо же как-то сближаться. А за кружкой пива разговаривается лучше.
- Пьянствовать вместе с разбойниками, которые могут за ночь всех перерезать и разгромить усадьбу? – Удивился Рандар, скидывая руку Манура с плеча. – Нет уж.
- Что Вы? – Разбойник наиграно оскорбился неверием в его порядочность. – Мы ведь подписали договор! Как он позволит мне предать вас?
Конечно, мы можем попировать у Вас, барон, но вряд ли Вам понравится, как мои ребята веселятся. Возможно, придётся перестраивать всю усадьбу. Хотя что я – просто повысите сборы и отстроите всё заново!
И Рандар, и Генур презрительно смотрели на клоунаду Манура. Возможно, Равир, непонятно каким образом выйдя на Хорьков, вёл переписку с Шуваном – бывший лидер Хорьков, должно быть, вызывал большее доверие – иначе сложно объяснить, каким образом князь параноик мог поверить, что банда разбойников-наёмников достойные товарищи.
- Ну что же тут поделаешь, - продолжал паясничать разбойник, пожимая плечами и строя горестные гримасы. – Как же разбойникам заслужить уважения славных вельмож и воинов. Ничего не поделаешь.
Ладно – давайте нам золото, снаряжение и припасы – отпразднуем нашу сделку, а завтра выдвинемся в путь. Жаль лишь только, что нам с вами не удастся познакомится поближе – глядишь, и прониклись бы нашими идеями!
- Прошу за мной, - сквозь зубы произнёс потерявший всякое терпение барон, жестом приглашая разбойника в другой зал.
Нарочито скрестив руки за спиной, скривив насмешливо серьёзную гримасу, вытянув утиные губы, Манур размашистым шагом направился за Генуром.
Рандар был разочарован реальностью: Хорьки были далеко не теми же борцами, какими были товарищи Денера. Те, когда вынуждали обстоятельства, готовы были сотрудничать, выполнять приказы и следовать своим обязанностям. Манур и, по всей видимости, его люди не вызывали никакого доверия.
Вероятнее, получив обещанное от Генура, они тут же дадут дёру и исчезнуть в далях Умрата. Такого нельзя было допустить. Не только из-за чувства справедливости - без Хорьков, их численности и знаний местности, группе Рандара не удастся провести необходимые диверсии, а значит – наступление его союзников провалится.
Придётся приложить все усилия, чтобы каким-то образом убедить Хорьков выполнять договорённости до самого конца. Юный командир был уверен в своих дипломатических способностях, умении убеждать, а также располагающей внешности. Пускай ни сразу, однако со временем, приложив некоторые усилия, ему удастся добиться верности Хорьков и их спесивого главаря.

***

Лагерь Поварина разместился в полудне пути от лагеря войск Гедона. Полковник из Умрата решил разделить свою боевую бригаду, чтобы более эффективно вести захват Умрата.
Один из двух боевых полков, под предводительством самого брата князя, стоял в низине, позволяя осмотреть его с высоты, где находились дивизии Поварина.  Вряд ли Гедон подозревал, что войско Поварина, сделав крюк и тем самым позволяя захватчикам из Умрата разрушить ещё несколько деревень, встанут в тылу.
Скорпионы, баллисты и требушеты – враги привезли осадные орудия с собой. Теперь ясно, каким образом им удалось так быстро полностью уничтожить с десяток деревень, руины которых защитники княгини Верии встретили на пути. Разрушенные и сожжённые хаты, десятки изуродованных трупов на улицах, лужи крови, рои мух – захватчики оставляли после себя лишь разруху и смерть.
Всё же, несмотря на трату времени, сделать крюк и обогнуть воинов Умрата оказалось мудрым решением. Встав у них в тылу, войскам Поварина удастся атаковать неожиданно, нанеся удар по осадным орудиям, которые стояли поодаль от шатров и палаток. Главное, чтобы ночная вылазка прошла по плану.
Соглядатаи, разузнав последнюю информацию перед атакой, вернулись к капитану Денику на закате. К счастью, количество воинов, осадных орудий, расположение их лагеря соответствовали показаниям выживших селян, которым удалось бежать, и стратегии командира Бальмуна, который после вторжения Умрата получил титул генерала вместе с двумя тысячами подчинённых.
Деник передал информацию командирам, после чего получил звучное:
- Добро! Выступаем сегодня ночью. Действуем по плану. Без лишнего шума, быстро и чётко.
Командиры и капитаны разошлись. Судя по тем слухам, что ходили вокруг войск Гедона, битва будет жестокой и кровавой. Несмотря на пройденные сражения, предстоящее пугало всех. Не своей масштабностью и сложностью – план был продуман и толков. А образом врага - настоящих зверей, а не людей. Кажется, никому сегодня из-за переживаний не удастся уснуть.
Деник, ища хоть какого-то успокоения и поддержки, отправился к Белии – сейчас, только она могла убедить его, что всё будет хорошо.
Охотница вместе с товарищами готовила стрелы, раскладывая их по колчанам и аккуратно укладывая небольшие мешочки по карманам.
Деник подошёл тихо, безмолвно, склонив голову. Белия увидела его издалека – на ней не было лица. Отложив оружие, девушка быстрым шагом подошла к юноше и крепко обняла его.
Они оба дрожали. Они оба боялись. Смотрел ли кто-то на них, разделял ли их чувства. Неважно. Самое важное, что Белия сказала на ухо возлюбленному, убеждая его и себя саму:
- Всё будет хорошо. Всё точно будет хорошо!

***

Войска Духарта встали в одном дне пути от незаконченных фортов Наргилоса. Проблем возникнуть не должно: всего три форта, каждый из которых обороняют порядка сотни воинов.
Насколько было известно, деревень у границ с Духартом было немного – порядка десяти поселений с парой сотен жителей. Захватить, отобрать ресурсы, в случае чего – взять селян в заложники. Такие шаги должны заставить войска Наргилоса активизироваться. Разбойники на юге и востоке, Духарт на западе, а в будущем и Умрат с севера – у Домура не хватит воинов и умелых командиров, чтобы отбиваться сразу по нескольким направлениям.
- Командир Ягонрута отправится на север, - говорил Равир, проводя очередной надоедливый совет. – Командир Могин на юг. После захвата фортов, основное войско двинется на поддержку, защищая караваны с провизией.
- Сегодня, ночью. – Закончил Грутен, надеясь, что Равир не станет задерживать войско, страшась воинов из Наргилоса, которые могли выдвинутся к фортам после их захвата.
- Верно, - кивнул Равир. – Раз уж Вы так проницательны, полагаю, не стоит ждать каких-либо проблем.
Соблюдая формальность, командиры без почтения поклонились и покинули шатёр Равира, чьи речи о важности их дела и постоянное нагнетание атмосферы раздражали подчинённых. Казалось, офицеры потеряли всякое уважение к князю, за действиями которого стояли не забота о своих людях и землях, а личные коростные мотивы.
Ягонрута была одной из тех, кто за последний месяц разочаровался в своих действиях и стремлениях. Всю свою жизнь она сражалась за благо, она служила Нудзиру и пошла за Рандаром, в надежде спасти как можно больше детей, чтобы как можно меньше из них ощутили на себе ужасы войны.
Теперь же, побывав в Духарте и Поварине, наслушавшись речей глашатаев, насмотревшись на реакции людей, воительница не видела смысла и дальше верить в собственную цель. Чем дольше она сражалась, тем дальше была её цель.
А почему она продолжала это делать, если это бессмысленно? Ведь из-за неё одной не рухнет всё королевство, люди не откажутся от своих стремлений. Раз так, почему она должна продолжать делать то, в чём больше не видела никакого смысла? 
Ягонрута пыталась найти ответы на эти вопросы, закуривая трубку и глядя на юных товарищей, снующих по лагерю. У них ещё были цели, были мечты, они ещё во что-то верили. Может, она продолжала сражаться ради них? А был ли в этом смысл, если и они вскоре, как она, потеряют всякий стимул идти дальше.