Тень на болоте

Старый дом стоял на самом краю топи, куда даже самые отчаянные охотники не рисковали заходить. Он врос в землю по самые окна, а его крыша поросла мхом и чахлыми, искривлёнными берёзками. Местные называли это место «Чёртовым углом» и обходили его стороной, осеняя себя крестным знамением. Говорили, что там живёт колдун.
Я не верил в эти байки. Я был учёным, этнографом, и приехал в глухую деревню собирать фольклор. Старики отмалчивались, но одна древняя бабка, шамкая беззубым ртом, всё же указала мне на покосившуюся избу.
— Не ходи туда, милок. Там он. Тот, кто время ворует. Кто шёпот леса слушает.
Её слова лишь раззадорили моё любопытство. На закате я отправился к дому. Воздух был густым и сладковатым, пахло прелой листвой и тиной. Когда я подошёл ближе, я увидел его. Он стоял на крыльце, высокий и тощий, словно высохшее дерево. Его лицо было скрыто глубоким капюшоном, но я чувствовал на себе его взгляд — тяжёлый, липкий, как болотная грязь.
— Зачем ты пришёл? — голос был не громче шелеста сухих листьев, но он прозвучал прямо у меня в голове.
— Я... я изучаю местные легенды, — мой собственный голос показался мне жалким писком.
Колдун не ответил. Он лишь медленно поднял руку и указал костлявым пальцем на болото за моей спиной. Я обернулся. Туман, стелившийся над трясиной, вдруг сгустился и начал принимать форму. Из него проступали лица — искажённые мукой, с раззявленными в беззвучном крике ртами. Десятки лиц моих предков, тех, кто жил здесь веками. Они тянули ко мне полупрозрачные руки.
Я отшатнулся и снова посмотрел на крыльцо. Колдуна там уже не было. Но дом... дом изменился. Окна больше не были пустыми глазницами. Из них на меня смотрели сотни пар горящих жёлтых глаз. Дверь со скрипом приоткрылась сама собой, и из темноты пахнуло могильным холодом и запахом сырой земли.
Что-то внутри меня сломалось. Я бросился бежать прочь, не разбирая дороги, продираясь сквозь колючий кустарник. Я слышал за спиной тихий, издевательский смех и шёпот на языке, которого не знает ни один живой человек.
Я вернулся в деревню на рассвете, грязный и оборванный. Я пытался рассказать старосте о том, что видел, но слова застревали в горле. Язык больше не слушался меня так, как раньше.
Прошла неделя. Я собрал свои вещи и уехал из деревни. Но с тех пор я не могу спать по ночам. В полной тишине своей городской квартиры я слышу его шёпот. Он доносится из-под половиц, из-за плинтуса. Он зовёт меня вернуться.
И я знаю, что однажды я вернусь. Потому что он не отпустит того, кто видел его истинное лицо. И когда я снова окажусь на краю того болота, я уже не смогу убежать.