Олюшка Глава 6 Когда опора рушится

               
  Начало:
http://proza.ru/2026/03/04/901 — Глава 1 Папка ушёл навечно. Олюшка


                ***** Когда опора рушится*****

  — «Девчаты!» — как говорит моя соседка по этажу, тётка Зинаида.

  — «Тряпки-швабры в руки — и вперёд!» — скомандовала Ольга младшим сёстрам по приезде в родительский дом рано утром.

  — Совсем грязью заросли. С цветов жёлтые листья оборвать и выкинуть. Пыль везде стереть! Занавески с окон снимаем — и в стирку. Привезла средства для мытья окон     — дружно наводим блеск! Последним пунктом — драим полы!

  Средняя сетра Елена и младшая Тося стояли в недоумении.

  — Ты чего это раскомандовалась тут? Мамка в больнице…

  — Вот именно! Пока мать в больнице с инсультом, мы порядок наведём! Её уже скоро выпишут, а вы без меня совсем тут руки опустили… Прямо-таки страдалицы…

  — А ты думаешь, нам сладко тут живётся? Отец каждый день маячит во дворе перед глазами со своим «новым» сыном. А к нам не зашёл ни разу!

  — Отставить слёзы-сопли. Хватит стонать. Не наше это дело — поведение родителей обсуждать. У них своя жизнь, а у нас — своя.

  — Ненавижу отца-предателя! — со слезами выкрикнула младшая Тоська.

  — Пусть он провалится в тартарары, забытый всеми!

  Ольга подошла к младшей сестрёнке, обняла её и, как маленькую, начала гладить по голове.

  — Ну и как ты собираешься дальше жить в своей бесконечной ненависти?

  — А чего он… сюсюкается со своим сыном Игорьком? А к нам и глаз не кажет? — сквозь всхлипы бормотала сестра.

  — И мамка заболела из-за него! Пусть сгинут все трое! И он, и его баба — младшая сестра мамки, — и этот Игорёк, наш новый брат по отцу! — заголосила уже в голос, размазывая слёзы по лицу.

  — Я вижу, что ты очень злишься, малыш. Тебе хочется отомстить отцу, который сделал больно всем нам. Тем более что его новая жена — родная младшая сестра нашей матери. Выходит, что по отцу их ребёнок для нас — единокровный брат, а по тётке (родная сестра матери) — племянник. Совсем я тут запуталась, — Ольга попыталась улыбнуться. Но улыбка вышла какая-то кривая.

  — Негоже так говорить. Мы родителям не судьи. А вам обеим, сеструхи дорогие, пора перестать годами размусоливать действия отца! О своей жизни думать надо! — внушала Ольга, всё так же поглаживая голову Тоси. Самой хотелось зареветь следом за младшей сестрой.

  — Оль, а помнишь, как раньше хорошо было у нас? Мы на спину папки забирались и делали «причёски»! Резиночки на голове ему завязывали, делая из волос хвостики.

  — Ага! А помнишь, как мы с отцом на рыбалку ездили? Огромную щуку так и не поймали, как он обещал. Но маленьких рыбёшек кошке на обед привезли. Мама тогда рада была, что он нас всех троих взял на рыбалку с собой.

  — А ещё помните, как мы из фольги все вместе делали на ёлку гирлянды? Можно было купить, но это не так интересно. Мы сами склеили. И скакали потом вокруг ёлки впятером!

  Они дружно посмотрели на шкаф, где стояла коробка с ёлочными игрушками. Оттуда виднелась та гирлянда, которую они клеили когда-то.

  — Эх, давненько всё это было… — прервала воспоминания сестёр Ольга. — Только гирлянда и осталась от тех времён.

  Сёстры сразу погрустнели, опустили глаза. Улыбки на их лицах исчезли.

  — Ну и как тут можно простить отца-предателя?! — пробормотала средняя сестра Елена. — Всё из рук валится, как он ушёл. И жить уже… неохота.

  — На работу пора устраиваться. Или поступать учиться куда-то, — начала увещевать Ольга.

  И тут до неё дошёл страшный смысл слов, сказанных средней сестрой. Ольга всплеснула руками и второй рукой прижала к себе голову Лены. Так они и стояли, обнявшись.

  На улице откуда-то появились тёмные тучи, и пошёл дождь. Будто и погода «расплакалась», глядя на сестёр.

  — Я очень переживаю за тебя. Вижу, что ты страдаешь. Давай поговорим о твоей проблеме с психологом? — тихонько шептала Ольга сестре Елене. — Что я могу сделать, чтобы помочь тебе?

  У Ольги дрожали руки, когда она прижимала голову средней сестрёнки.

  И тут она поняла: она осталась самой старшей в семье.
Не мама.
Нет.
Именно она.
Раньше она всегда могла опереться на отца.
После его ухода — на маму.
Теперь опоры не было.
И эту пустоту предстояло заполнить ей самой.

***

  Вспомнились слова Матвея — странные, тревожные: «Второй пошёл…». Что он имел в виду тогда? Никто на девичнике так и не понял. Матвей с тех пор молчал, как в рот воды набрал, а она не решалась спросить, страшась услышать что-то неприятное для себя.

  — Сеструхи мои любимые! Давайте не будем обсуждать родителей? Мы не судьи старшим. Берём тазы, тряпки — и за дело Лады?

  — Ой! Только не говори больше это ненавистное слово «лады», как батька говорил. У меня аж душа переворачивается, когда слышу, — подала своё слово Елена.

  Весь день они отмывали квартиру от грязи. Младшие сначала было заикнулись, что окна они потом помоют, но Ольга настояла:

  — Сегодня — и точка!
В итоге пришлось мыть окна и стирать занавески.

  «Да что же это? Обе они так и застряли на ненависти к отцу? Мстить хотят… Проскальзывает слово "месть" у них в разговорах!» — она глубоко вздохнула, представив, что глупые девчонки ещё придумают какую-либо пакость родному отцу за его предательство — да в тюрьму попадут. Бр-р-р.

  Средняя Елена застряла на мысли: «Жить неохота!»

  Младшая Тоська одержима местью.

  «Да что же это они всё на негативе-то зациклились? Страшно за них, глупых», — она сжала кулаки, пытаясь отогнать страшную мысль: а если они и правда что-то задумали?

  Только во второй половине дня сёстры наконец закончили генеральную уборку. Окна засверкали чистотой, цветы на подоконниках ожили.

  — Какая красота у нас! Жить веселее стало, — заулыбались младшие сестрёнки.

  — А теперь, тётки дорогие, за стол! Пировать будем! Я готовых пирожков привезла, — объявила Ольга.

  — Какие мы ещё «тётки»? — хором закричали Елена с Тоськой.

  — Новость у меня, самая главная! Скоро у вас появится племянник.

  — Не нужен нам никакой племянник! И так вон отец удружил — нового братика нам "родил"! — дружно нахмурились сёстры.

  — Девчонки-глупышки! Я сама скоро рожу! Своего, родного племянника!

  Будущие тётки недоверчиво смотрели на Ольгу.

  — Рожу? — недоверчиво прищурилась младшая сестра. — А ты рожать разве умеешь?

Ольга улыбнулась, но пальцы её невольно сжали край передника.

  — А что там уметь-то? Природа сама распорядится. А врачи помогут, — крепилась Ольга, хотя у самой сердечко стучало слишком быстро — явно от страха.

  — Ура-а-а! — закричала Елена. — В нашей семье прибавление!

  — Ты это… Смотри, чтоб пацан был! А то и так уже у нас «бабий батальон»! — засмеялась младшая Тоська.
  Пирожки с чаем разошлись мигом. Умяли за милую душу. Аж за ушами трещало.

  — Девчонки, ну я поехала. Ещё к маме в больницу заскочу.

  — Маме привет передай. Скажи, что мы завтра к ней приедем. Устали сегодня.

***

  Ольга быстро доехала до больницы, где лежала их мать после инсульта. Благо они вовремя тогда спохватились, и ту быстро доставили к врачам.

  Она неспешно шла по длинному коридору, неся гостинцы. Дверь в палату мамы была открыта.

  Вдруг она услышала голоса. Напряглась и встала как вкопанная, ещё не в силах поверить в услышанное:

  — У вас три дочери. Дочки приходят, а муж-то ни разу не пришёл! Забыл своих трёх красавиц? Своих трёх солнышек?

  — Ну, с мужем-то мы разошлись. К моей младшей сестре он ушёл. Сестра моя и сына Игорька уже ему родила. А солнышки только двое его. Старшая-то дочь не от него…

  У Ольги вдруг всё закружилось перед глазами. И она медленно стала оседать на пол. А в голове так и крутились слова Матвея, сестёр и мамы: «Отомстить отцу! Жить не хочу! Да, у меня есть уже. Старшая дочь не его!»…

  Потом всё завертелось колесом быстро-быстро. Пол почему-то оказался на потолке. Со всех сторон появились страшные рожи, которые кривлялись, смеялись и угрожали!

— У-у-у-у-у! Милочка, чего тут разлеглась?



Продолжение следует...