Приказ короля 3. Тень прошлого. Глава 4

Я вышел за калитку и почти бегом направился к дому Дэи. Ветер стих, но воздух стал тяжелее — будто перед грозой. Петухи уже откричали своё, деревня просыпалась, но мне казалось, что всё вокруг замерло в ожидании.

Дом Дэи стоял на пригорке, у самой околицы. Белые стены, резные наличники, палисадник с розами. Я толкнул калитку, взбежал на крыльцо и постучал — громко, нетерпеливо.

Дверь открыла мать Дэи — высокая худая женщина с седыми прядями в русых волосах. Она вытирала руки о фартук и смотрела на меня с лёгким недоумением.

— Аксель? Что-то случилось?

— Дэя дома? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Ушла ещё на рассвете, — женщина нахмурилась. — В лес, за ягодами. Там, за старым дубом, наша грива. Она всегда туда ходит. Но что-то её долго нет. Я уже волноваться начала, хотела мужа посылать.

У меня внутри всё похолодело.

— Давно ушла?

— Часа три назад. Может, четыре. Аксель, что-то не так?

Я не ответил. Развернулся и побежал к лесу.
Я не мог понять свое чувство, но я точно знал - что-то случилось.
— Аксель! — крикнула она вдогонку.

Я не обернулся. Сердце колотилось где-то в горле. Дурное предчувствие сжало грудь ледяными пальцами.

Лес встретил меня тишиной. Слишком тихо — даже птицы не пели. Я остановился у старого дуба, прислушался, огляделся.

— Дэя! — крикнул я.

Ни звука в ответ. Только ветер в кронах, только моё дыхание.

Я побежал дальше. Тропа, знакомая с десятка прогулок, теперь казалась чужой. Ветки хлестали по лицу, корни норовили вывернуть ногу, но я не сбавлял шага.

— Дэя!

В голове крутились обрывки мыслей. Чёрный кот, перебежавший дорогу. Война, о которой говорил Крил. Дозорные в таверне. И теперь — Дэя в лесу одна. Слишком долго. Слишком тихо.

Я выскочил на поляну. Грива — так называла это место Дэя — поросшая черничником и брусникой, с ручейком на краю. Я огляделся.

Кузовок. Маленький, плетёный из ивовых прутьев, лежал на боку у коряги. Я подбежал, схватил его. Внутри — несколько горстей ягод и… клок ткани. Будто кто-то вырвал его из подола платья.

— Дэя! — крикнул я уже не своим голосом.

Лес молчал.

Я пробирался сквозь заросли, ломая ветки на своём пути. Сердце колотилось как бешеное, готовое выпрыгнуть из груди. Я нёсся вперёд, не разбирая дороги, не чувствуя ни боли, ни усталости. Я нашёл следы Дэи — примятую траву, сломанные стебли черники, свежие отпечатки её сапог. Они вели в самую чащу леса, туда, где даже в полдень царил сумрак.

Острые ветки, словно клыки, царапали мою кожу, цеплялись за плащ, разрывали рубашку. Я не обращал на это внимания. Кровь смешивалась с потом, заливала глаза, но я только вытирал лицо рукавом и бежал дальше.

— Дэя! — кричал я в сотый раз. Мой крик эхом разносился по лесу, пугая зверей, но ответа не было. Только тишина, только шорох листьев под ногами.

В памяти мелькнуло: мы с Фарисом пробирались сквозь бурелом в поисках Катрины. Тогда у нас были мечи, мы рубили ветки, освобождая дорогу. Теперь у меня не было ничего, кроме короткого клинка за поясом, который был бесполезен против толстых сучьев. Приходилось ломать их голыми руками — стволы трещали и скрипели, как живые.

Ноги цеплялись за корни дубов. Я вспомнил, как один из таких дубов хватал меня за ноги, когда мы убегали от друидов.

Внезапно следы кончились. Высокая трава доходила до колен. Я раздвигал её руками, но следы обрывались, словно Дэя просто испарилась. Растворилась в воздухе.

Я не знал, что делать. Я кричал её имя до хрипоты — сначала громко, потом всё тише, пока голос не сорвался на хрип. Ответом мне был лишь далёкий крик ворона, каркнувшего трижды, и равнодушный шелест листьев.

Я остановился, прислонившись спиной к высокой старой сосне. Попытался отдышаться, но дыхание сбивалось, в груди жгло. Ветер стих. Ворон замолчал.

Страх сковал меня. Я гнал от себя ужасные мысли о том, что могло случиться с девушкой. Не хотел даже допускать этого. Только бы была жива. Только бы цела.

Внезапно я ощутил движение. Меня что-то слегка толкнуло. Я отпрянул от дерева и с ужасом увидел — сосна шевелилась. Её ствол чуть склонился, а колючие ветки тянулись ко мне, как лапы зверя. Кора пульсировала, словно под ней билось живое сердце.

Внезапная мысль пронеслась в голове: может, Мирра рядом? Или… я не закончил мысль. Неужели дело во мне?
Я подавил в себе ужас. Сделал шаг к сосне. Ещё один. Протянул руку и коснулся шершавой коры. Я должен был попытаться...

— Пожалуйста, — прошептал я. — Если ты меня слышишь… Подскажи, где Дэя. Прошу.

Я замер, боясь дышать. Ждал. Секунды тянулись как вечность.

— Иди левее, по тропе, — услышал я скрипучий, древний голос, который, казалось, исходил не откуда-то снаружи, а из самой глубины ствола. — Там, в ельнике, найдёшь её следы. Они приведут тебя к ней. Она цела. На краю болота.

Я резко выдохнул, убрал руку. Сосна замерла, снова став неподвижной. Ветви опустились, ствол выпрямился.

— Спасибо, — сказал я, чувствуя, как дрожат губы.

И побежал. Налево, по тропе, которую раньше не замечал. В ельник, где пахло хвоей и сыростью. Туда, где ждала Дэя. Живая. Целая.

Я больше не боялся леса. Он говорил со мной. И я слушал.