Замедленная речь

Виктор Матюк

Замедленная речь

Замедленная речь не может нас предостеречь от тайных любовных встреч,
Пришло время себя поберечь, как бы в постель не слечь, игра стоит свеч,
Надо бы на самое дно залечь, остерегаясь новых бед,
Кого бы на свою сторону привлечь,
Дабы добиться от судьбы
И незатейливой толпы
Не сойти с проторённой намедни тропы!
Надежды пусты, на тернистом пути
Завяли прекрасные полевые цветы,
Знакомые черты людской хулы
По всему околотку слышны!
Шорох листвы под ногами слышен вдали,
Жизнь идёт рывками, проблемы с деньгами,
Не сплю ночами, постоянно шевелю губами,
Их смысл сокрыт грозовыми облаками! Пред нами
Моложавая дама в белой панаме, простившись с грехами
Сетует на любовника-хама, он наизусть читает Омар Хайяма!
Его кроткая речь может от несчастий уберечь, игра стоит свеч,
Как себя предостеречь и на что подналечь, чтобы с тропы тотчас ушли
Те ночи и дни, которые едва не погребли истоки православной земли?
Страх страшнее любопытства, если есть время в чём-то усомниться,
И от завистливых взглядов толпы скрыться, можно остановиться,
Оглядевшись по сторонам, сравнить милых и статных дам,
Входящих в господний златоглавый храм!
Проходит жаркое лето, любовь осталась без ответа,
И жизнь без любви, страх перед постелью то возникал, то исчезал,
Уходил без оговорок, он растревожил мужчину лет сорока,
его ноша тяжела, любовь была, она исчезла будто факел,
мужчина не рыдал, не плакал, он свободу алкал,
жил и вспоминал своих страстей звериный оскал!
Его одинокий взгляд, обыскивающий всех подряд
Девиц и баб и даже тех кому за сорок пять
От головы до пят! Они выстраиваются как на показ,
Не скорбят, смеются, желают к грешнику пальцем прикоснуться,
И ждут, когда же их губы в жарком поцелуе сольются? Трутся о пах,
Готовы мчаться на всех парах, упреждая страх, в трусах и без,
Будто транссибирский экспресс, с нательным крестом наперевес
В тёмный лес, там ночной занавес поглотил солнечный свет,
Они тут же готовы, чтобы им каждое слово посеребрил белый снег!
Главное – успеть вволю насладиться, вновь влюбиться
И тотчас проститься у придорожного столба,
И чтобы судьба простила им стыд и срам,
Жизнь там превратностей полна!
Она выкручивает пальцы всем страдальцам, заводит их в божий храм,
Чтобы там разделить с грешником страсть и любовь пополам!
Им проще жить в одиночку, платить за жильё в рассрочку,
Лежишь на боку, проглатываешь приторную слюну,
Идёшь ко дну, вслушиваясь в тишину!
Женщины готовы сокрушить семейные оковы
И отработать мужские затраты ртом сумрачным или погожим днём!
Внешний мир – источник осквернения, отброшены прочь суеверия,
Наслаждения в минуты совокупления достигались без промедления,
Оргазм вызывал спазм во рту, взгляд устремлён в пустоту, уши ловят на лету
Каждую фразу, брошенную по заказу в сумраке ночном, рок махнёт одним крылом
И тотчас исчезнет за бугром! Есть причина жить, нежно и страстно их любить,
В этот миг нет желания на всю округу трубить,
Что твой опыт добыт давно, однако потом он был забыт,
И сокрыт от глаз чужих облаком вранья и лжи, как не суди, как не ряди
Боль останется навсегда в груди, её следы не смоют проливные дожди!
Нет желания куда-то сбежать, над головой - безбрежный свод,
Среди родных высот то снег, то дождь, на пути цепные псы,
И скрежет крестьянской косы об высокие сочные травы,
Уходящей в небытие державы! Мир смотрит на бедолагу, как на идиота,
У него одна забота – отдалить распри и склоки от близлежащего поворота!
Все авторские ухищрения с дня рождения не приемлют знаки прощения,
Истина сама на скандал напрашивается: всё изнашивается,
Даже ссоры и горе, хотя на воре шапка горит, карта бита нечем крыть!
Прошлое не мертво, о нём напоминает стареющее и чахнущее естество,
Никто не вправе мешать человеческой забаве в зелёной дубраве
Ходить на голове, тот, кто православен, издёрган и изранен, его вид - печален,
Повсюду суета и тлен, мне же один хрен, где, когда и с кем составлять тандем
Во время ночных измен, получая взамен земной Эдем! Избавив нутро
От какого-то порока, ты ждёшь упрёка от Пророка, ты же обуза для тех,
Кто жил и грех творил, подчиняясь инстинктам,
Жизнь всё расставит по своим местам,
Быть может даст свободу устам
И не помешает глазам тихо зреть на стыд и срам?
Жить с простигосподи, затаив стыд в груди, не просто,
Невдалеке маячат кресты со старого сельского погоста,
А вокруг тишина, ни лжи, ни вранья, только ущербная Луна и кромешная тьма,
Седина никому не видна, на лоб ниспадает она, плоть грешна,
Меняются времена и нравы, жизнь спрятана за дивные кружева,
Жизнь одна, она холодна, не потому что лишена тепла, нет времени страдать,
Обернувшись назад начнёшь горевать и пара заумных фраз не вернёт прежнюю блажь!
Прошлое смыто в унитаз, былой огонь в душе тотчас угас,
Она почти умерла, нет ни дыма, ни огня,
Только миражи из прежнего греха напоминают среди белого дня,
Что всему приходит час, душевную боль в двух словах не предать,
Пытаюсь молчать и любопытство толпы не возбуждать!
Наклонившись чуть пониже, лишних лет не вижу,
Иной раз ненавижу всё, жизнь прожита грешно,
Авось, выживу и счастье приближу наяву!
Грех не может быть утешением никому,
Судьбу не изменить ничью, ни чужую, ни свою!
Душе и сердцу нужен Бог, как топору оселок,
Чтобы избавить плоть и собственный мозг
Для незатейливых дрязг и склок!
Грехов, как кот наплакал,
Их плод расколол плоть,
Но раздул огонь внутри,
Там причуды одни,
И только вдали токуют на рассвете глухари!
В жизни горько-сладкой ты грешишь украдкой,
Потом пытаешься расстаться с неприятным осадком в душе,
Постыдно жить не запретишь, не всем дано взлететь ввысь!
Ты же на свей земле, не в блиндаже, а на скользкой стезе,
Ты неистово влюблён не в множество мраморных колон,
А в колокольный перезвон монастырских храмов,
Там меньше лжи и обманов, много тумана,
Нет явного дурмана! Из-под золотых куполов
Мимо рано поседевших голов проносится зов
Музыки без слов, там господствует любовь и нет бряцания оков!
Она доходит до мозгов, ушей и зрачков, чтобы вновь народ услышал зов
Плачущих вдов и стариков! Приходит время и брошенное в землю семя
Приносит плод, благодаря ему ты переживаешь дождь, холод и пургу,
Лицо в поту, зрю в темноту, теряю время попусту, однако так я жить хочу
И потому живу будто в сладком сне, сплю на белой простыне,
Пытаюсь взять у неба взаймы жизнь без кривизны!
Мне не суждено знать заранее глухонемую тайну,
Женщина, встреченная случайно улыбнулась украдкой,
Спрятавшись за суетой мирской, не шатко и не валко
Сползло стёганное одеяло с грудой грехов
На паркетный пол, в душе – раскол, что искал,
Не нашёл! Скучно и одиноко, нет от тайных связей прока!
Грешник со многими общался, иногда прощался,
В своё время его страсть присмирела,
Она не успела нагрешить в меру,
Её примеру последовали другие, грешные и святые,
Встретившись не впервые, обратили внимание на волосы седые
Собеседников своих, в страстном порыве никто не обращал внимания на них!
Любви притяжение изменило земную жизнь в краткое мгновение,
Когда же лопнуло терпение, в душе наступило отчуждение
От интриг мирских! Что толку от них? Тучи грозовые
Насквозь промочили волосы седые,
Мысли дурные заполонили безлюдные мостовые! 
Убелённая проседью голова всю ночь искала нужные слова,
Чтобы отстоять свои гражданские права!
Проходит жизнь, глаза опущены вниз,
Остановись, посмотри на сюрприз
Из-под ресниц! Не падай ниц
Перед лицом убийц!
Как дальше жить,
Если завтра может не быть?
Лучше закрыть глаза, в них редко попадает божья роса,
Только ошмётки лжи вранья под крики зловещего воронья
И вместе с ними вся твоя семья доказывают тебе наедине.
Что ты - смутьян, уркаган и свинья, ты нарушаешь законы бытия,
Сам вращаешься среди жулья, от тебя уходят подруги и друзья,
Не потому что ты - смутьян, ты не бываешь в стельку пьян,
Хотя вокруг тебя растёт один бурьян,
Невдалеке кто-то курит кальян,
Тучи гнуса и комарья
При свете ночного фонаря
Пытаются лишить тебя основ истоков бытия!
Почём зря, заморив червя, вдохнув пары нашатыря,
Берёшь чекушку водки за три рубля, допиваешь до дна,
Не соображаешь ни хрена, просыпаешься чуть свет, чуть заря,
Едва выходишь втихаря на резное крыльцо,
Чтобы почесать одно яйцо,
Преходяще всё, живёшь грешно, голова, как решето,
Мягко говоря, пытаешься встать у алтаря,
Ведь жизнь твоя, как у дикаря:
Под ногами горит земля,
Во бля, на хрена мне такая жизнь нужна?
Взгляд затмили грозовые облака, ты пьян слегка,
Дрожит левая рука, зато с языка срываются матерные слова,
Замедленная речь напоминает мерцание церковных свеч,
Перед очами смерч,
Хмель выветрился мгновенно,
Вихри враждебные воют и стонут над нами даже в господнем храме,
Рано поседевшие дамы зрят упрямо не на иконостас,
У них намётан глаз на то,
Что мужики выставляют давно напоказ,
Чтобы усилить влечение и страсть у девиц и опытных дам!
Нет дорог без кривизны, мы же все – рабы,
Наши мечты – не осуществлены, мы – немощны и больны,
Косноязычные и не публичные, реалии страшны, ангелы и те босые,
Но не слепые, кто же их отправил в нищую и бедную Россию?
Стыдись, страна, долу капает слеза, нет пути назад,
Над головой звездопад, впереди всё сгорает дотла,
Эта земля могла отрешиться от зла во имя добра,
Её смутила всеобщая духота, она в себя ушла,
На вид – горда, но слаба, над ней гнус и мошкара
Гудит и гудит с вечера и до утра, покой лишь у костра,
Если там много дыма и тепла! Коль нам такая участь суждена,
А душа истомлена, обожжены два её крыла, неужто ей хана?
У толпы раскрыты рты от любопытства, для неё бесстыдство,
Как зрелище для эгоистов, коль оно со скрытым смыслом!
О вкусах не спорят, грехи творят, потом баб во всём винят,
И в чужой подворотне кричат, что ваша дочка – отпетая ****ь!
Наяву лично я надеждами живу, впитываю истину в себя,
Как тля зелёную листву, ржа – железо, а лжа - душу!
Сострадание – основа морали,
Не грешники ли нас призывали
Не роптать на каменные скрижали?
Смазку получает то колесо, что скрипит больше всего!
Господи, прости, неисповедимы Твои пути, жизненный опыт – не пропит,
Он в борениях был добыт, он увеличил мудрость нашу,
Наполнил ею огромную кармическую чашу,
Уменьшил в горле хрипоту, развеял стад на промозглом ветру,
Судьбу - не обмануть, молодость – не вернуть, труден наш путь,
С него не свернуть, с годами хиреет грудь!
Природа не терпит пустоты, парадоксы судьбы не отделяют мысли от истины,
Вначале они звучат, как кощунство, и выглядят, как безумство,
Дивом становятся опосля, когда на шею их поводыря уже наброшена петля,
И меч палача, стеная и крича, пытается вскрыть всю фальшь души,
Привыкшей жить в глуши и во мраке заточения принимать дерзкое решение:
Убрать камень преткновения со скользкой тропы, дабы, достигнув истины,
Попытаться разумом объять несколько понятий,
Стоя на коленях у распятия Христа, голь на выдумку мудра!
Там, где нет воли, нет пути, мимо него не проехать, не пройти,
Как не ряди, как не суди, хоть во все колокола звони, без любви
Пролетают ночи и дни, их вкусы различны, взгляды циничны,
Нехватка денег – корень любого зла, из - под ног уходит колея,
Безмолвствует стезя, не бывает дыма без огня!
Фантазия важнее знания!
Уж лучше топор в руках палача,
Чем фальшь, как саранча без совести и стыда
Прилипнет к телу, как смола, ты встревожен слегка,
В душе звонят колокола, а чреда слов пустых улетучивается вмиг
Бог весть куда, ОНИ КАК ДОЖДЕВАЯ ВОДА УХОДЯТ В ЗЫБКИЙ ПЕСОК,
ЧТОБ НИКТО НЕ СМОГ РАЗУМОМ ОБЪЯТЬ ГРЯДУЩУЮ БЛАГОДАТЬ!
Тем словам нет числа, суть наивна и проста: ни дня без строчки,
Плавать на больные почки, наслаждение приводит к пресыщению
Подрастающее поколение! Люди знают, что змеи змей не кусают!
У несчастных – одни речи, у счастливых – другие, года лихие
Остались вдалеке, нательный крест зажат в руке,
Живой голос оставляет сильное впечатление,
Он глубже засядет в душе,
Его услышат даже в пустоте
Люди те, которые привыкли жить во тьме,
Предоставляя судьбе шанс сохранять баланс
Мук и благ! Берёшь их на карандаш, ловишь кураж,
Бьёшь наотмашь надоевшую блажь, глядь, опять дела пошли на лад!
Судьба – стекло, блестя, она на камень натыкается и тут же разбивается!
Счастье, как и мечту легче найти, чем сохранить! Тишь и небесная высь
Тащит досужую мысль резко вниз, тебе предстоит вспомнить и забыть
Молодецкую прыть, вместе с ней не переплыть бушующее море,
В людском хоре голосов вторящих тебе в унисон, услышишь глупцов
И цокот лошадиных подков, ты ищешь скопище нужных слов, 
Дабы что-то выторговать у судьбы! Увы, волхвы правы,
Стрела, слетевшая с тетивы, вылетит из темноты, пронзив рты,
Дабы заставить человека выть и благим матом крыть злосчастный миг!
Петляет стезя, на первом плане - хаотичность бытия, хаотичные связи
На стороне тут же вспоминаются в душе, не споткнуться бы им вираже,
Рано просыпаюсь, грешу и каюсь, с иноходи в галоп срываюсь,
Чтоб к любимой женщине прикасаться и никогда в ней не сомневаться!
Кричит кулик на болоте, его озноб колотит, ему чужая любовь претит
Безнравственно жить! Речь – образ души, её не купишь за жалкие гроши,
Сидишь в глуши и в тиши безмолвия на грани безумия
Зришь на беззакония и чреда молчания,
Как молнии мерцание
Тотчас внедряется в сознание,
Ни чин, ни звание ничего не сулят тебе,
Лучше разумно молчать, чем глупо говорить,
И по иным законам жить, но об этом на весь околоток не трубить! 
Рядом тихий дол, в небесах парит степной орёл, везде произвол,
Повсюду суета, людская толпа должна точно знать,
Как и когда разумные слова употреблять?
Отрава скрыта в речи во время вкрадчивой встречи,
Даже в ласковых речах бывает смертоносный яд!
Этим часто люди грешат, попятившись назад,
Иной раз хочется сбежать 
Из дорогих палат!!
Когда же убеждает золото, речь бессильна,
Тяжкая ноша непосильна для старика,
Его грудь прочно сковала тоска,
Он слушает треск сверчка,
Его прерывает рёв быка!
Величина кошелька не имеет значения
В те злополучные мгновения,
Когда смолчав,
Ты усугубляешь преступление!
Есть разница, кто с виду, а кто по сути мудр,
Ум не купишь за рубль, сильным мира зло сходит с рук!
Тот, кто глуп и понял это, тот уже не глуп, укрывшись шерстяным пледом,
Он следует чужим советам, о таких не пишут в газетах,
За незатейливым сюжетом скрывается досужая мысль:
Стыду нельзя научить, с ним надо родиться,
Однако с позором нельзя примериться!
От всех обид спасение – в забвении,
Лук лопается от напряжения,
Дух – от расслабления! Забудь покой
В тиши мирской, коль ты свою судьбу связал с женщиной святой,
Мысли несутся вразнобой, их струны звучат даже за крепостной стеной,
Любовь несовместима со страхом, она иногда заканчивается топором и плахой!
Любовь на земле вертится под ногами, напоминая о стыдобе и сраме,
Потом стремглав исчезает под небесами, когда тусклый луч заката
Исчезнет без возврата в дымке голубой, мысли, словно табун степной
Перемешаются в голове седой! Нет худа без добра,
Человеческая природа жадна на новизну,
Плоть не приучена к труду,
Хочешь на грудь Звезду,
Не жалей ****у!
Пусть блестит её чешуя, будто яркая полночная заря,
Запах миндаля исходит из её глубин, там ты был не один,
Клин выбивается клином, охваченный любовным порывом,
Кричишь с надрывом, озираясь пугливо на счастье то, что насовсем ушло
За тридевять земель! Ты слышишь соловьиную трель, где-то играет свирель,
В душе вновь апрель, из головы выветрился весь хмель, ночь подарила постель,
А новый день – наглухо закрытую дверь, ведущую в общую купель!
Тебя любят не шибко, твою искреннюю улыбку встречает гроза,
Она должна осушить от слёз глаза, вот только небеса
Пристально зрят на образа, утопающие в лучах
Света и мрака, вот там зарыта собака,
Она во всех тонах предвещает всем нам только тлен и прах!
В двух словах не рассказать, что и как нам стоит ждать,
Когда рушится семейный брак? Остывает очаг в дому,
Будущее в тумане и дыму, трудно жить самому,
И решать все вопросы по уму! Болезням нет числа,
Любовь прошла, не затронув ни сердца, ни чела,
Нет наслаждения, которое бы приводило к пресыщению!
Оно – камень преткновения, порождающего трения,
Точка кипения рушит все твои творения!
Черпаю воду решетом, бью кулаком по судьбоносному острию,
Сам себе на шею набрасываю огромную петлю, почему?
Люблю и что? Жизнь в раю, как сон, прекрасен и чуден он!
Рыдаю иногда навзрыд, когда душа болит и сердце щемит,
Исчерпан лимит от нарастающего вороха обид, авось, бог простит
И шёпот, и крик, иногда стошнит, и ты не будешь горем убит, что рок сулит,
То и получим, он своей дотошностью измучит, но жизненному опыту не научит!
Смутно и грустно на устах, слеза в глазах, странный шорох в огромных кустах!
Жуть вокруг, холод и стынь не дают спокойно глотать и дуть на горячую муть
Земного бытия, наглухо закрытое сердце не отделяет семян от плевел,
Оно чует, куда ветер через пару минут подует?  Кружится голова,
К чему лишние слова? Дела важнее слов, бог не готов мне ниспослать
Таинственную благодать, без лишних слов и тирад я же пытаюсь фортуну поймать
На лету, сам едва иду будто в бреду, говорю белиберду в глаза колдуну,
Он в ответ молчит, не мычит, не телится! Во истину мне не верится:
Стоя – одно, сидя – другое, божий суд – на первое, а на второе:
Горе людское, оно тащит плоть на дно морское!
Отчаянье везде, оно прячется в душе,
Грех повсюду, люди бьют ветхую посуду,
Выясняя суть земную, в суровой седине лет былых
Странный ропот вершины достиг! Нет мыслей иных, кроме тех,
Кого ревность и злоба заставляют зреть в оба глаза, словесная игра
Страшнее чем гроза во время проливного дождя! Те, кто во цвете лет,
Ускоряют бег, их ковчег несётся по бурной реке, предоставленный сам себе!
Всё, что зарождается, гибнет в кратчайший момент, а что умножается, оскудевает,
Тот, кто эту игру затевает, больше теряет, чем обретает!
Никто загодя своего исхода не знает!
Мы не во цвете лет,
Рано гасим в спальне свет,
Наедине встречаем рассвет!
Каждый кузнец своего счастья, вокруг тебя полыхают страсти,
Мы же своё добро ценим дёшево, от него остаётся жалкое крошево,
Ничего хорошего впереди, смерть и мученье, да упоение от тягот,
Множество грехов не в счёт, кому-то в жизни больше повезёт,
Кого-то завистники пустят в расход, а кого-то рок спасёт!
Когда придёт наш черёд умереть стоя, в две дырки сопя,
На самое дно земного бытия брошу я свои увесистые якоря,
Под ногами земля своя, струи проливного дождя
С примесью грязи, лжи и вранья отпугивают стаи воронья!
Жизнь долга, если она полна красоты земной,
Над тобой прочтут молитву «За упокой»,
И ты с дырявой сумой невзирая на запах хмельной,
Ты голый и босой, омытый утренней росой оставишь век золотой,
Презрев всё, что было в борениях обретено!
Чем больше нам дано, тем больше мы желаем,
Язык правды прост, его не превозмочь,
Он – наш форпост, прядь седых волос
Едва прикрывает морщинистый лоб,
Жизнь не терпит отсрочек,
Она вот-вот сделает огромный прочерк
В книге твоего бытия, белым пухом покроется земля,
Исчезнут отблески янтаря даже вблизи священного алтаря!
Разум внеземной должен обеспечить тебе безмятежный покой,
Дни пролетают чредой над седой головой, у заблуждения нет предела,
Не наше дело, что судьба нами вертела, как хотела, почему?
Это не доступно человеческому уму! В словесности, как и во всём прочем,
Каждый о своём добре хлопочет, сам трёх слов связать не может,
Его совесть не гложет, он грехи свои итожит, робко просит,
Бабло косит, иногда нарывается на отказ,
За тирадой слов и заученных фраз
Теряется гранённый алмаз!
Безрассудные речи свободно текут из смятенной души,
Впереди не видно зги, вблизи шумят камыши, ты по уши в грязи,
В словах больше звону, чем смысла, интрига для эгоиста – распылять свои мысли
Среди прегрешений людских, даже гений во время кратких прений
Редко раскаивается в чреде собственных прегрешений!
Золото пробуют огнём, женщину – золотом,
Мужчин – женщиной, они в истине святой
Лбы разбивают, с роком в поддавки играют!
Пока мы откладываем жизнь, она проходит!
Между людьми разводит мосты, чаще в ночи,
Когда кричат сычи, ты в том большой загадки не ищи,
Присядь во ржи и помолчи до темноты,
Смысл любви испарится как дым,
Ты не стал святым, ты жил днём одним,
Пел гимн дням золотым, звонил во все колокола,
Чтобы жизнь так быстро не ушла с любимого двора!
Кладбищенская тишина, как вода в ручье: прозрачна и холодна,
Беда никогда не приходит одна, где-то дышит страсть, зависть вокруг,
Ты давно не молод, тебя не давит сексуальный голод, молот рока и судьбы
Никогда не пощадит людской головы! Время принадлежало нам,
Грязь прилипает к ногам,
Попав в судьбоносный капкан,
Выворачиваешь весь хлам из души, рок кричит: «Бей и круши
Остатки вранья и лжи!» Краткие мучения, ни капли сожаления, боль и терпение
Наполняет краткое мгновение перед исчезновением насовсем туда,
Где безумная стезя наивно проливает слёзы, отвечая на внешние угрозы!
Ты рад бы смолчать и на чужие вопросы не отвечать,
Дела не идут на лад, впереди дым и смрад!
Не стану гадать на кофейной гуще, где лучше:
В аду или в раю?  Слова простые проникают в дела чужие,
Как постовые на проезжей мостовой, там дни идут своей чредой,
Только ветер шальной треплет волос седой продавцу из местной пивной!
Дурное начало – дурной конец! Таким этот мир задумал Творец!
Образ мысли ненаказуем! Всуе бытия, стеная и вопия,
Чужих грехов не замечаю я, хожу по лезвию и острию ножа,
Весь сам из себя, потеряв надежду до нуля, земная галиматья
Слегка затмевает тебя! Нет худа без добра!
Неужели мы будем сожалеть вечно
О жизни скоротечной, далеко не безупречной,
Там был век золотой, когда ты путал любовниц с женой!
Я же наяву грязными подошвами мне зелёную траву,
Переворачиваю последнюю главу книги своего бытия,
Долу капает горькая слеза, в голове порхают словеса,
Глядь, а жизнь прошла, вокруг духота, прошлое сгорает дотла,
Новая тропа вблизи не видна! Мёртвый сон с уходящей жизнью в унисон,
Бьётся головой о золотой трон в окружении колонн из мрамора и злата,
Спутаны числа, забыты памятные даты, грядущие утраты не подсчитать,
Из этих мест не сбежать, чем богаты, тому и рады!
Не хватает прохлады, грохот канонады
Лишает услады последний миг бытия,
Неужто и я уйду по стезе лжи и вранья,
Взяв быка за рога?
Неужто мне истина не дорога?
Душа на миг пробудились, вздрогнула и с грешным миром простилась,
Её жизнь изменилась, небо перед ней расступилось,
Даже мрак тотчас стремглав исчез из чужих небес,
Тот, кто заживо воскрес,
До сих пор несёт своё тяжкий крест
И пытается вновь на небеса взлететь, чтобы на земле не тлеть!

г. Ржищев
15 июня 2026 г. 16:20