Восхождение. Том 3. Часть 15

Варнир скрылся за горизонтом, погрузив весь Данмар в глубины ночи. Хорьки, к удивлению стражников усадьбы и Рандара, не покинули земель барона. Издалека были слышны песни, крики, споры, были видны столбы дыма от костров. Если бы они хотели обмануть, то не стали так развлекаться. А может, это лишь отвлекающий манёвр, чтобы уйти под покровом ночи?
Юный командир не желал отпускать таких важных союзников, а потому, всё же решившись провести с ними вечер, чтобы понять, как сблизиться с разбойниками, покинул пределы поместья, прихватив с собой нескольких подчинённых и предупредив стражу Генура в случае чего отправить в лагерь Хорьков подкрепление.
Воины без особого энтузиазма выпустили гостя за ворота, напомнив ему об опасности своры разбойников. 
Чем ближе воины из Духарта подходили к лагерю Хорьков, тем больше крики и смех начинали напоминать бессвязный галдёж. Удивительно, как они ещё не собрали вокруг себя всех тварей, скрывавшихся во тьме.
Силуэт Манура Рандар узнал издалека – лидер Хорьков восседал на пне, попивая пиво из кружки, хлопая ладонью по ногам и хохоча над похабными песнями, которые напевали его товарищи.
- Можно присоединиться, - довольно громко произнёс юный командир с серьёзным лицом, пытаясь понять настрой разбойников.
- Вон оно как, - резко обернулся Манур, размахивая руками, широко улыбаясь и крича охрипшим голосом. – Эй, ребята, вот наши новые товарищи. Это их главный, а этих я не знаю! Давайте, парни, присоединяйтесь – нечего с рожами кислыми смотреть на веселье. Давайте, давайте, - подзывал он пришедших рукой, - мы вам нальём. Несите пиво!
Воины из Духарта принялись осматривать лагерь Хорьков – всё они уже были настолько пьяными, что не могли представлять никакой угрозы. Кажется, ни один из Хорьков не был старше двадцати пяти лет – молодые юноши и девушки, танцующие, поющие, играющие на инструментах, борющиеся и хохочущие. Кажется, можно было слегка расслабиться.
Рандар неловко присел рядом с Мануром – специально для командира принесли табурет. Его подчинённые встали позади своего главаря.
- Вот, берите, - произнёс Манур, - жестом показывая своему товарищу, кому раздавать кружки с пивом. – Там у нас мясо жаренное, там ещё что-то, не помню. В общем, отдыхайте – за всё платит тот придурок из усадьбы.
- Может, не стоит съедать и выпивать всё сразу? Впереди долгий путь, – предложил Рандар, наклонившись к Мануру.
Лидер Хорьков, живо опустошив деревянную кружку, с любопытством в глазах глянул на командира. Несколько безмолвных мгновений, после чего Манур хитро улыбнулся и произнёс:
- Воины твои, кажется, подле тебя даже выпить не могут. Может, позволишь им расслабиться, познакомиться с моими товарищами, а мы пока побалакаем, как командиры? Что скажешь?
Не очень хорошая идея. Хотя, воины Духарта были вооружены, не были пьяны, а вот многие Хорьки уже были так пьяны, что еле держались на ногах. Рассудив, что убедить Манура к сотрудничеству будет проще в личной беседе, Рандар повернулся к своим подчинённым и что-то им сказал.
Воины с подозрением посмотрели на своего командира, затем также посмотрели на хитрого Манура. В конце концов, воины удалились, направившись вглубь лагеря.
- Это хорошо, - качал головой лидер разбойников, у которого уже плохо поворачивался язык. – А как тебя вообще зовут? Кто ты? Плохо ведь обращаться к такому человеку без имени и титула.
- Меня зовут Рандар, - отвечал юноша, попивая мерзкое пойло, которое, скорее, было похоже на пиво, смешанное с чем-то более крепким. – Без титула. По крайней мере, в лагере – я обычным селянином был. Так что без формальностей.
- Вот как? – Усмехнулся Манур, жестом попросив у товарищей наполнить его кружку. – И как же ты, обычный селянин, оказался здесь, во главе диверсионной группы? Тот безумный князь тебе доверяет, да и барон доверился – как же ты заслужил их уважение? – В голосе лидера слышались нотки недоверия. Да ещё и в таком возрасте.
- Долгая история, - качал головой Рандар, делая вид, будто бы его жизнь не такая уж и интересная. – Я исполнительный, верный, головой думаю – я удобный для вельмож. Видимо, поэтому и выбрали.
- Вот оно как! – Медленно произнёс главарь. – А почему ты такой… ну… с чего вдруг ты им помогаешь?
Вне всякого сомнения, Манур допрашивал Рандара. Говорить ему правду, разумеется, ни в коем случае нельзя. Как и в случае с Равиром, перед лидером разбойников стоило строить из себя доверчивого, слегка глуповатого юнца.
- Ну – деревню мою разграбили. А тут: возможность заработать, получить славу, может, даже какое звание.
- Значит, ты не идейный?
Рандар отрицательно покачал головой.
- Какой смысл придерживаться какой-то идеи, если тебе жрать нечего, - пожал плечами юный командир.
- Хочешь не хочешь, а какие-то идеи у тебя точно есть! Вопрос только в том, разделяешь ли ты идеи этих вот, кто делает из тебя раба, заставляя верить, что ты всё решаешь, или же разделяешь идеи тех, кто на самом деле желает тебе блага, - нравоучительно говорил Манур, резво опустошая кружку.
- А кто желает мне блага? – Резонно спросил Рандар.
- Те, кто находится на одном уровне с тобой, те, кто разделяет твои стремления. Конечно, - сдержал отрыжку лидер Хорьков, - они желают этого не по доброте душевной – всем друг на друга плевать! Но, по крайней мере, лучше работать с равными себе, чем с теми, кто хочет тебя подчинить.
- Зачем же тогда ты подписал договор с бароном?
Манур прищурился, продолжая хитро улыбаться.
- Пусть считает меня дураком. И я, и он, и ты – все понимают, что эта бумажка – мусор! Генур считает, что это даст ему возможность официально охотиться на нас, если вдруг кто-то узнает, что мы, жалкие мерзкие разбойники, работаем вместе с высокородным бароном. Когда он станет князем, ему нужно будет убрать всех, кто сможет его разоблачить. Вот и подсунул этот мусор.
- Ты не ответил на вопрос, - подметил юный командир.
Лидер Хорьков, кажется, на секунду сменил насмешливую гримасу на откровенную физиономию, но тут же опомнился:
- Смеха ради! – Задорно отвечал Манур. – Он думает, что, сменив Гелона, что-то изменит. Только вот он даже не представляет, насколько всем на самом деле всё равно, кто находится на княжеском троне. Настоящий мир находится за гранью их понимания мира!
Рандар продолжал пытаться держать серьёзное лицо, хотя внутреннее сожалел, что ему придётся иметь дело с фанатиком. Таких людей куда сложнее в чём-то убедить – для них существует только их правда.
И тем не менее, юный командир не перестанет предпринимать попыток подчинить слегка одержимого ненавистью к вельможам разбойника своей воле. От этого зависел дальнейший захват Умрата. 

Глава 9
Крики войны

Небо покрылось слоисто-кучевыми тяжёлыми облаками, в разрезах которых изредка виднелся холодный Менгон. Основное войско Гедона, которое сейчас состояло из шести сотен воинов, разошлось по палаткам и шатрам, оставив на улице лишь несколько десятков дозорных. Как минимум десять из них сторожили осадные орудия.
Погода была на стороне защитников Поварина. Расположив войска на возвышенности, воины княгини Верии осматривали лагерь, освещённый несколькими факелами – по всей видимости, чтобы не выдавать своего места положения, количество огня пытались уменьшить. Если подчинённые Гедона не обладали ночным зрением, всё это казалось бессмысленным.
Защитники Поварина выжидали, когда диверсионная группа, наконец, доберётся до позиций и подорвёт осадные орудия. В группе находилось порядка двадцати человек: десять лучших лучников и десять подрывников с наибольшими запасами пороха.
Белия, находившаяся в засаде со своим отрядом в том месте, откуда лучше всего были видны осадные орудия, высматривала диверсионную группу. Кажется, это они – подбираются, всего в десятке шагов.
Ближайший дозорный, смотревший себе под ноги, делал размашистые шаги, как вдруг стрела пронзила его голову – стоило надеть шлем даже ночью.
Хотя воин носил тяжёлые доспехи, благодаря быстрому таянию снегов, земля превратилась в хлюпающую грязь – дозорный упал на землю, издав глухой звук, который можно было услышать только в том случае, если бы кто-то находился в паре метров от него.
Наконец, диверсионная группа показала себя. Десяток лучников, быстро передвигаясь по земле с поднятыми стрелами, принялись обходить осадный орудия с двух сторон, отстреливая дозорных.
Стрелы в головы, шеи, иногда приходилось всаживать пару в торс, если промахивались – пока всё шло по плану, тихо и быстро. А в то время, что лучники отстреливали воинов, подрывники быстро раскладывали мешочки с порохом по балкам скорпионов, баллист и требушетов.
Прошло порядка нескольких минут. Лучники разобрались с дозорными, вернулись назад к остальным товарищам, ожидая возможного подкрепления врага.
Подрывники быстро раскладывали мешки, попутно рассыпая изрядное количество серого парашка на землю, вырисовывая жирные линии между осадными орудиями. По всей видимости, на этой операции придётся потратить весь порох, вывезенный из Поварина.
- Приготовьтесь, - произнесла Иналия, которая стала командиром лучников, когда Ягонрута отправилась в Духарт, ведь кто ещё мог возглавить дальнобойную дивизию, если не охотница, - как только группа покинет лагерь, засыпаем врага огненными стрелами!
Сейчас страх и переживания Белии куда-то ушли: и почему они чего-то боялись, если всё казалось таким простым? Кажется, даже битва с Поварином была опаснее, нежели эта атака.
Как и было запланировано, на выполнение задачи у диверсионной группы ушло порядка десяти минут. Двое подрывников, всё время державшиеся поодаль от основной группы с тяжёлой бочкой, поставили кадку возле осадных орудий. Последнее действие означало одно – диверсионной группе пора отступать. Лучники, аккуратно шагая назад, прикрывали подрывников – группа в быстром темпе двинулась прочь от вражеского лагеря.
- Готовьтесь! – Тут же произнесла взволнованная Иналия.
Лучники слегка привстали, достали по одной стреле из колчанов и положили их на тетивы. Масло стекало с железных наконечников – хорошо, что кто-то из командиров распорядился взять побольше масла из княжеских запасов.
- Оруженосцы, приготовить фитили!
Самые юные участники войска поднялись вслед за лучниками, достали из карманов трутницы, в пару движений кремния по кресалу зажигали трут, после чего подносили пропитанные жиром горящие куски ткани к обмазанным маслом наконечникам стрел.
Хотя масла было недостаточно, всё же огонь быстро обволакивал металлические наконечники, которым должно было хватить теплового запаса, чтобы поджечь порох.
- Огонь! – Громко и уверенно произнесла Иналия, уже не боясь того, что их обнаружат.
Сотни горящих стрел одновременно слетели с луков и с невероятной скоростью устремились в сторону осадных орудий. Каждое мгновение превращалось в бесконечно долгое ожидание.
Как только горящие стрелы коснуться земли, прозвучит оглушительный взрыв, а вместе с ним – начнётся битва с одними из самых жестоких людей королевства, если верить слухам.
Горящие наконечники коснулись земли. Белия задержала дыхание. Искра. Хоть бы Деник был в порядке. Огонь. Взрыв. Порок вспыхнул, за секунду разгоревшись и разнеся пламя по линиям, охватившим осадные орудия.
Десятки мелких взрывов, звучащие друг за другом, поджигавшие дерево, разносящие балки, перекидывавшие горящие остатки пороха и обрубки брусов в разные стороны, развеяли тишину, погрузив низину в оглушительную буффонаду хлопков. Битва началась.
Защитникам Поварина пришлось зажать уши, чтобы не оглохнуть. Воины Умрата в ужасе и полном ошеломлении смотрели на вздымавшиеся к небу столбы дыма и огня, из которых в разные стороны вылетали горящие ошмётки. Несколько мгновений, и ближайшие к осадным орудиям палатки и шатры будут охвачены пламенем.
С первыми же хлопками всё войско Умрата вскочило на ноги: наспех похватав оружия и наскоро нацепив броню, воины выскакивали из палаток, пытаясь понять, что происходит. В них тут же летели стрелы, пробивавшие тела и головы.
- Конница! – Закричал генерал Бальмун, выставив меч перед собой.
Несколько сотен верховых, разбитые на отдельные боевые отряды по сотне копий, галопом понеслись на лагерь, перепрыгивая небольшой ров, который войска Умрата выкопали на закате, и, мчась сквозь палатки, рубили сметённых воинов.
Лучники продолжали обстреливать лагерь, целясь в ближайшие палатки скорее для разжигания паники, нежели для нанесения вреда. Стоило оставить как можно больше снарядов на конницу.
- Пехота, - кричали в лагере Умрата, - где пехота? Поднять конницу – нас атакуют!
В то же время две боевые дивизии пехоты двинулись вслед за своими товарищами, придерживаясь приказа атаковать врага с востока и запада, зажимая войска Умрата в тиски.
Из дальнего шатра, который походил на настоящие царские палаты с несколькими комнатами, вышел гигант с двуручным мечом на плече, холодными, ненавистными глазами осматривая лагерь. Судя по тяжёлому доспеху с изображением головы кабана и белой маске на лице, это был Гедон.
Всадник приближался к брату князя с невероятной скоростью. Воин из Поварина поднял меч, приготовившись рубануть по противнику.
К несчастью, этому мужчине сегодня было суждено умереть: Гедон, обхватив рукоять меча двумя руками, одним взмахом срубил голову коню – всадник вылетел из седла, больно ударившись об землю. Воин Поварина попытался встать, но его тут же пригвоздили к земле громадным лезвием.
Вытащив меч из трупа, Гедон уверенным шагом направился в сторону врага, попутно рубя всадников.
- Конницу по флангам, - гаркающим голосом кричал полковник, с лёгкостью разрубая лошадей и всадников. – Готовьте скорпионы!