Светлейший князь Варшавский, граф Иван Фёдорович П

Могучий мститель злых обид,
Кто покорил вершины Тавра,
Пред кем смирилась Эривань,
Кому суворовского лавра
Венок сплела тройная брань.
А. С. Пушкин об И. Ф. Паскевиче.

Слава о нём в 1-й половине XIX века гремела на всю Европу и Азию. Однако после его смерти российское самодержавие, которому фельдмаршал служил верой и правдой, оставило в истории славного Паскевича огромное чёрное пятно.
Для одних он - храбрый и талантливый полководец, спаситель Российской Империи, государственный деятель и дипломат.
 А для других -  царский сатрап, душитель польской и венгерской свободы, наместник Кавказа и правая рука «жандарма Европы» - Николая I.
Он  - участник Русско-турецкой войны (1806—1812), Отечественной войны 1812 года, заграничного похода русской армии (1813—1814), взятия Парижа (1814).
 Он успешно командовал русскими войсками в Русско-персидской (1826-1828), Русско-турецкой (1828-1829), Русско-польской (1830-1831) войнах, в Венгерском походе (1849).
На его счету было 4 выигранных войны, 9 взятых европейских и азиатских столиц.
 Командуя русскими войсками, он одержал победы во всех ключевых сражениях. Во время боевых действий Паскевич  предпочитал находиться в зоне эффективного огня противника с целью личной оценки обстановки и непосредственного управления войсками, получил несколько тяжёлых ранений.
Генерал-фельдмаршал Паскевич - один из 4-х полных кавалеров ордена Святого Георгия и единственный в Российской империи полный кавалер одновременно двух высших императорских орденов — Святого Георгия и Святого Владимира.
 Также имел титулы графа Эриванского и Светлейшего князя Варшавского.
Великий воин И. Ф. Паскевич-Эриванский, которому Высочайшим повелением были положены воинские почести, на какие имел право только Император, был возведён в фельдмаршалы трёх стран: России, Пруссии и Австро-Венгрии.
Он был обладателем самой большой в истории Российской империи единовременной денежной награды  — один миллион рублей ассигнациями (1828).
 Он - единственный подданный Российской империи, получивший в период правления Николая I в качестве высочайших наград значительные объекты недвижимости «в вечное и потомственное владение», а также вражеские знамёна.
Пользуясь неограниченным доверием императора, в продолжение четверти столетия - с польской кампании и до Крымской войны - он являлся полным хозяином вооружённых сил России.
Император всю жизнь звал его «отцом-командиром», а мнение Ивана Фёдоровича в глазах Николая I было решающим.
Паскевич не только одержал ряд важных побед на поле боя, но и проявил себя как мудрый гражданский администратор.
Он был главнокомандующим  Отдельным Кавказским корпусом (1827—1831), командующим  Каспийской военной флотилией (1827—1831), главноуправляющим гражданской частью в Грузии, Астраханской губернии и Кавказской области (1827—1831).
 Он был наместником  Царства Польского (1832—1856), председателем Совета управления Царства Польского, председателем департамента Дел Царства Польского Государственного совета, председателем Общего собрания варшавских департаментов  Правительствующего сената, главнокомандующим действующей армией,  генерал-инспектором  всей пехоты, членом Комитета министров.

***

Иван Фёдорович появился на свет 8 (19) мая 1782 года в Полтаве.
Семья Паскевичей вела родословную от некоего Фёдора Чалого – православного шляхтича с Волыни. Он в середине XVII века переехал в Полтаву. Вступил в украинское казачье войско в звании «старшины».  И приобрёл землю в городе и хутор в его окрестностях.
Всё нажитое казаком Чалым со временем перешло к его сыну Якову, которого в семье называли Паськом (от молитвенного имени Панас).
 Казак Пасько был старшиной в армии гетмана Богдана Хмельницкого.
Наследников Паська-Якова по отчеству стали величать - Паскевичи.
С годами отчество преобразовалось в фамильное прозвище. А пройдя ещё через одно поколение - в официальную фамилию.
 
Дед Ивана Паскевича - Григорий Иванович, приходившийся внуком Якову - родился в 1739 году. Удалой казак служил в Войске Запорожском в звании бунчукового товарища и параллельно занимался ведением собственного хозяйства. В делах проявлял завидную хватку и добился весьма значительных финансовых успехов.
После ликвидации в 1775 году Запорожской Сечи последовал указ Екатерины II, согласно которому представители «казачьей старшины» приравнивались к русским дворянам.

Будущий генерал-фельдмаршал Иван Паскевич был по отцу украинцем, а по матери – белорусом.

Отец Ивана - председатель Верховного земского суда Вознесенской губернии, коллежский советник Фёдор Григорьевич Паскевич (умер 14 апреля 1832 года в Харькове) - был помещиком Полтавской губернии и имел 500 душ крестьян.
Мать Ивана Фёдоровича - Анна Осиповна (урождённая Коробовская) (1766—1829) - владела в Могилёвской губернии  родовым имением  —  селом Щеглица.

Ваня получил домашнее образование.
  Родители обучили сына французскому и немецкому языкам.

Паскевич-дед, наконец-то, добившись в 1791 году не только законного дворянского звания, но и получив чин надворного советника, перебрался из Полтавы в Санкт-Петербург.
А весной 1792 года повёз двоих старших внуков – Ивана и Степана - в Шкловский кадетский корпус. Это училище для украинских и белорусских выходцев основал бывший фаворит Екатерины II – Семён Гаврилович Зорич. Оплата за пребывание и учёбу в этом провинциальном корпусе хотя и была символической, но она не давала никаких перспектив в будущем.
По этой причине в Шклове Ваня и Степан Паскевичи проучились недолго.
 И уже летом переехали из сонной провинции в Петербург. Об этом также позаботился их легендарный дед.
В 1793 году родителям удалось устроить 11-летнего Ивана и его 8-летнего брата Степана в Петербургский пажеский корпус, доступный только для отпрысков титулованных высокопоставленных родителей.
В то время это был придворно-воспитательным, а не исключительно военным заведением. Вследствие этого пажи часто бывали при пышном дворе императрицы Екатерины II, оставившем неизгладимые впечатления в душе молодого Паскевича. Об этих временах Иван Фёдорович с восторгом вспоминал в семейном кругу, будучи уже фельдмаршалом.
Научное образование пажей было неудовлетворительным. Но дед молодых Паскевичей - Григорий Иванович - следил за воспитанием внуков и старался восполнять пробелы образования. Он поручил их  Ивану Ивановичу Мартынову (впоследствии известному учёному, лингвисту и литератору). Ему-то будущий граф и был обязан не только научным образованием, но и своей привычкой к труду.

Согласно жёстким веяниям времени, а также планам отца и деда, с раннего детства Ваня Паскевич настраивался верно служить великой Российской империи в качестве военного. Причём служить не только ради собственных благ и честолюбия, но и ради самой идеи.

Как один из лучших учащихся исполнительный и дисциплинированный паж был замечен императором Павлом I. 
За успехи в учении в 1798 году он был пожалован в камер-пажи.
 А за несколько месяцев до выпуска — в лейб-пажи.
 
После выпуска из Пажеского корпуса в 1800 году Иван был произведён в поручики лейб-гвардии Преображенского полка и назначен флигель-адъютантом императора.
Он ежедневно присутствовал на учениях, смотрах и вахт-парадах.
  И исполнял разные высочайшие повеления по осмотру вводимых в войсках новых строевых порядков.
Перед ним открылись блестящие перспективы закрепиться при дворе.
Но, увы! Спустя всего полгода благоволивший ему Павел I стал жертвой дворцового переворота. Цареубийство Павла I временно прервало его взлёт, поскольку Александр I отнюдь не намерен был держать возле себя любимчика отца. И уже хотел отправить Паскевича в отставку — пусть помогает родителям вести хозяйство на Полтавщине. Однако командир преображенцев генерал-лейтенант Николай Татищев упросил императора оставить поручика в полку.

***

Весной 1805 года Паскевич получил назначение под начало генерала от кавалерии Ивана Ивановича Михельсона, командовавшего в то время российской армией на западной границе Российской империи (между Гродно и Брест-Литовском).
  Ввиду ожидаемой войны с Турцией, Михельсон был назначен в 1806 году главнокомандующим южной Днестровской (Молдавской) армией и вскоре вступил в Молдавию и Валахию.
В составе этой армии поручик Паскевич принял участие в Русско-турецкой войне 1806-1812 годов.

5 марта 1807 года под Журжей (современный город Джурджу в Румынии) во время снежной бури в темноте ночи колонна сбилась с пути, находясь в непосредственной близости от противника. Паскевич тут же вызвался на поиски дороги в труднейших условиях. Он с неустрашимостью в сопровождении пяти казаков поехал открывать дорогу в степи. И, пройдя при этом всего  в одной версте от 5-ти тысячного отряда вражеской кавалерии, сумел найти авангард корпуса Милорадовича. Благодаря этой отважной рекогносцировке колонны смогли пройти к цели, а Паскевич заслужил репутацию храброго и инициативного офицера.

• Олесь Бузина:
 «…У будущего фельдмаршала была замечательная черта – его никогда не покидало хладнокровие в экстремальных ситуациях. «В ужасную ночь штабс-капитан Паскевич, один, среди открытой степи неприятельской, поехал, отыскал колонны и направил их на настоящую дорогу», – докладывал в Петербург генерал Михельсон о блестящих действиях своего штабного офицера во время разразившейся грозовой бури. Провести ночью во время дождя армейские колонны и ни разу не сбиться с пути – признак высокого профессионализма».

В тот же день Паскевич принял участие в своём первом бою. В составе отряда полковника А. Н. Бахметева атаковал деревню Турбат, которая вскоре была занята. При этом противник понёс большие потери.
«В воздаяние отличной храбрости», проявленной в этом бою и при розыске дороги во время снежной бури, Паскевич 16 марта 1807 года указом Александра I был награждён орденом Святого Владимира 4-й степени.

Затем Паскевич был в отряде, занятом блокадой Измаила.

• И, по словам Михельсона:
 «Во всех делах флигель-адъютант Паскевич явил себя неустрашимым и войну понимающим офицером, каковых поболее желать надлежит».

«В воздаяние отличной храбрости… в сражении против турецких войск под Измаилом» Паскевич 25 ноября 1807 года был награждён при высочайшем рескрипте золотой шпагой «За храбрость».

Уже при новом командующем - генерале Прозоровском - сменившем умершего Михельсона, Паскевич совершил несколько рискованных дипломатических визитов в Константинополь.

• Олесь Бузина:
«Иногда жизнь Паскевича напоминала приключенческий роман. В 1808 году новый командующий Дунайской армией фельдмаршал Прозоровский отправил двадцатишестилетнего офицера вести переговоры с турками о перемирии. Болгария кишела турецкими дезертирами, шайки разбойников бесчинствовали даже под самым Стамбулом. Турецкий конвой в страхе перед разбойниками бросил русского офицера на горной дороге у города Айдос. Тот, не растерявшись, в одиночку добрался к местному паше, которого крайне удивила смелость предприимчивого молодого человека.
В самом Стамбуле фанатики хотели прикончить бесстрашного «гяура». Впоследствии Паскевич вспоминал, что ему только чудом удалось избежать мести «зверского народа» и, наняв шлюпку с двумя гребцами, бежать через Босфор в Чёрное море. По-видимому, недаром капитан Паскевич был потомком запорожских казаков – пройдя по морю вдоль болгарского побережья сто верст, он прибыл в порт Варну.
Местный паша хотел было арестовать явившегося как морское чудо вражеского офицера, но тот обвёл турка вокруг пальца, убедив, что мир с Россией уже заключён. Обрадованные неожиданному концу войны турки беспрепятственно пропустили храброго лгуна в штаб-квартиру фельдмаршала Прозоровского!»

Паскевич весьма успешно исполнил возложенное на него поручение. Успел собрать, кроме того, некоторые сведения о турецкой армии. И с ними благополучно вернулся в главную квартиру князя Прозоровского.
 Но вскоре снова был послан в Константинополь по поводу размена пленных.
Турецкий султан Мустафа IV наградил посланника орденом Полумесяца.
За успешное исполнение обоих поручений Паскевич в конце января 1808 года был произведён в капитаны гвардии, с оставлением в звании флигель-адъютанта.

Между тем (в период перемирия между Блистательной Портой и Российской империей), в Константинополь прибыл английский посол.
 Принимая сближение Турции с Англией за признак недружелюбного к России отношения, император Александр I приказал князю Прозоровскому немедленно послать в Константинополь офицера с объявлением, что «если через двое суток английский посол не будет выслан, то Россия немедленно приступит к военным действиям против Турции».
 Прозоровский послал флигель-адъютанта Паскевича.
Несмотря на сильную бурю, Иван Фёдорович немедленно отправился из Варны в Константинополь морем.
Прибыв в Константинополь, после переговоров с представителем султана Паскевич послал князю Прозоровскому донесение о том, что Порта объявила войну России. А затем и сам, рискуя быть растерзанным турецкими фанатиками, вернулся к Прозоровскому. При этом доставил и немаловажные сведения о военных силах Турции.

Возобновление военных действий между Портой и Российской империей началось осадой Браилова - после неудачного штурма, произошедшего ночью с 19 на 20 апреля 1809 года.
Следует отметить отвагу и распорядительность Паскевича во время осады и штурма Браилова. Тогда он получил тяжёлое ранение, проводя разведку с группой охотников из числа егерей.
После этого капитан Паскевич до конца июня находился на лечении в Яссах.
Не оправившись до конца от ранения в голову, он опять прибыл в армию.
 И был назначен командиром отдельного отряда Дунайской армии – к  донскому атаману М. И. Платову, который действовал в окрестностях Браилова.
 Затем присоединился к отряду полковника Александра Павловича Засса — за Дунай, имевший задачей овладеть турецкими крепостями Исакчею, Тульчей и островом Чаталь, напротив Измаила.
Адъютант командующего участвовал в форсировании Дуная.
А потом - во взятии сильно укреплённых крепостей Исакчи и Тульчи.
После этого Паскевич прибыл к Мэчину, где умирал командующий армией князь Прозоровский.
 Перед смертью (9 августа) он в письме государю указал для пользы службы монарху и отечеству на пятерых человек из окружавших его, «коих отменные способности заслуживают особого внимания его величества».
В числе их был Паскевич (остальными были князь Долгоруков, Чевкин, Беклемишев и Безак).

На место князя Прозоровского был назначен генерал от инфантерии Пётр Иванович Багратион.
Князь Багратион предложил генерал-майору Маркову овладеть Мэчином. В этот отряд и был командирован Паскевич.
Мэчин скоро сдался, а после этого отряд двинулся к Кюстендже.
Паскевич участвовал:
• в деле при Рассевате,
• а затем в осаде Силистрии, также
• он отличился в сражении при Татарице.
 «В воздаяние отличной храбрости в сражении противу турок под крепостью Силистрию» Паскевич 7 августа 1810 года был награждён орденом Святой Анны 2-й степени, украшенным алмазами.

В феврале 1810 года на место Багратиона был назначен граф Каменский 2-й, пользовавшийся большим доверием в армии, несмотря на его строгость.
Паскевич был вскоре назначен командиром Смоленского мушкетёрского полка, находившимся в Гирсове в корпусе графа Каменского 1-го - родного брата главнокомандующего.
Этот корпус должен был занять Черноморское побережье, очистив от турок Мангалию, Базарджик и Варну, в то время как главная армия, овладев Силистрией и Шумлой, должна была двинуться к Тырнову и Ловче.
Вскоре Паскевич по своей просьбе был назначен командиром Витебского пехотного полка, в отряде князя Долгорукова.

• Он  участвовал в штурме Базарджика 22 мая «с неизреченной храбростью сорвал две батареи у неприятеля и взошёл на плечах его с неописанным мужеством в Базарджикские укрепления, нанося везде смерть и ужас неприятелю».
 За это был награждён 29 июня 1810 года орденом святого Владимира 3-й степени.

Со своими солдатами Паскевич:
-    стремительной атакой захватывает на Девно турецкие батареи,
-   штурмует крепости Рущук и Варну,
-  участвует в Батынской битве и
-    занимает на Дунае остров Разбойничий.

• Он отличился при осаде Варны, отбив сильное нападение турок.
 7 июля 1810 года получил за это орден Святого Георгия 4-й степени.
Тем временем граф Каменский блокировал Рущук.
Верховный визирь поручил спешить на выручку этой крепости Куманец-аге из Никополя. Для предупреждения соединения этих двух турецких отрядов приказано было графу Каменскому 1-му с другим отрядом стать на дороге в село Батино.
Турки скоро подошли.

• И 26 августа произошло сражение при Батине, в котором турки были совершенно разбиты и сам Куманец-ага убит.
 Паскевич, ещё недавно получивший чин полковника (09.06.1809), за содействие благоприятному исходу боя был произведён в генерал-майоры (25.11.1810).
 А затем получил орден Святого Георгия 3-й степени.
Рущук вскоре после Батинского сражения сдался.
 А после него сдались почти без боя Турн и Никополь.
Паскевич назначается шефом Полтавского пехотного полка, с которым участвует в штурме Ловчи.

Во время  этой войны с турками  молодой офицер прославился множеством подвигов.
 Иван Паскевич, получив прозвище «бешеннохрабрый», стал в 28 лет самым молодым генералом русской армии.

***

В преддверии новой войны с Наполеоном Россия наращивала численность войск.
 И в декабре 1810 года Паскевич был отозван с турецкого фронта и направлен в Киев.
 Там он должен был сформировать из разрозненных гарнизонных команд, не отличавшихся ни дисциплиной, ни выучкой, новый полк, получивший наименование Орловского.
 
Паскевич не заботился о выучке и блестящей внешности солдат, но занялся:
• улучшением их содержания,
• прекращением своеволия и дурного обращения с ними офицеров,
• введением разумной дисциплины и
• внушением солдатам понятия о храбрости, чести и нравственности.
Командир полка показал себя с наилучшей стороны — заботясь о личном составе, наказывая только за дело, Паскевич сумел завоевать доверие и уважение к себе, выстроить дисциплину и наладить обучение подчинённых.
Вскоре под началом Паскевича, исповедовавшего суворовские принципы, Орловский полк стал одним из лучших пехотных подразделений русской армии.
Летом 1811 года он получает повышение, став во главе 1-й бригады 26-й пехотной дивизии.
Правда, далось ему это нелегко — здоровье от тяжких трудов пошатнулось
 Молодого генерала срочно отправили на лечение.
По выздоровлении Паскевич был назначен (в январе 1812 года) командующим 26-й пехотной дивизией.

***

12 (24) июня 1812 года началась Отечественная война.      
Во время Отечественной войны 1812 года Паскевич командовал 26-й пехотной дивизией, входившей в состав 7 пехотного корпуса Раевского.

Князь Пётр Иванович Багратион - командующий 2-й Западной армией, направил свою армию из Слуцка через Бобруйск к Могилёву на соединение с 1-й Западной армией.
В числе его войск находилась и 26-я дивизия генерал-майора Паскевича.

• Дивизия Паскевича участвовала в сражении при Салтановке близ Могилёва. После этой битвы французы заперлись в Могилёве, что дало возможность  двум русским армиям соединиться под  Смоленском.

Затем произошло упорное побоище в самом Смоленске (а не на подходах к городу).
• Именно Паскевич предложил командующему 7-м корпусом генералу Раевскому до подхода основных русских сил сражаться не в чистом поле, а в самом городе, навязав французом изматывающие уличные бои:
 «Может, мы там удержимся. При несчастии принуждены будем отойти, но сохраним корпус с его артиллерией. Во всяком случае выиграем время и дадим возможность армии прийти к нам на помощь…»
При этом Паскевич так тактично раскритиковал первоначальный план Раевского, так аргументированно изложил все недостатки позиции перед городом, что тому ничего не оставалось, как согласиться с мнением своего подчинённого.
Удивительно то, что Паскевич приехал на совет последним, а все генералы до этого высказывались за сражение перед городом. Однако настойчивость полтавчанина и его фраза: «Здесь мы будем совершенно разбиты» переубедила всех.
За это Багратион и Барклай де-Толли благодарили Паскевича.

После этого началось, по плану Барклая де-Толли,  отступление к Дорогoбужу, Царево-Займищу и Бородину.
 При этом 26-я дивизия участвовала в деле под Колоцким монастырём 23 августа.

А потом — в Бородинском сражении — Паскевич оборонял центральный курган - батарею Раевского, устроив там заранее редут с 18 орудиями по берегам реки Колочи до обрывистых берегов реки Москвы.
С 7 часов утра 6-ти тысячная дивизия Паскевича противостояла атаке 35-ти тысяч французов Евгения Богарне, сопровождаемой огнём 80 орудий. В бою за Курганную высоту французы потеряли 5 генералов.
Командир водил дивизию в контратаку лично.
И даже Ермолов назвал его за тот день «известным неустрашимым генерал-майором Паскевичем».
Под генералом погибли две лошади, а сам он даже не был контужен.

• К 11 часам утра на всём левом фланге русских войск, как писал Барклай де-Толли в своём донесении императору Александру I:
 «Лишь одна 26-я дивизия удерживала ещё свою позицию около высоты, находящейся впереди центра; оная уже два раза отражала неприятеля. Генерал Паскевич несколько раз впереди всех водил свои батальоны в штыки. В схватке штыками закололи под ним лошадь, ядро убило под ним другую».

К часу дня дивизия Паскевича была почти вся истреблена, и только направленное Барклаем де-Толли подкрепление позволило удержать позицию.

После Бородино Паскевич с небольшим арьергардом войск защищал Дорогомиловскую заставу от наступавших наполеоновских войск, что дало возможность беспрепятственно отойти основным силам.
При дальнейшем отступлении к Москве, а затем на Калужскую дорогу и к Тарутину Паскевич заново сформировал свою дивизию, обучал молодых рекрутов только необходимому — стрельбе и некоторым построениям.
И с ней в октябре участвовал в сражении под Малоярославцем, в голове корпуса Раевского. После нескольких атак он сумел выбить французов из города и нанести им значительные потери.
 И удерживал неприятеля в окрестностях Медыни.
Затем, находясь в авангарде в соединении генерала Милорадовича, он участвовал в сражениях:
• под Вязьмой.
Как впоследствии вспоминал генерал Карл Теннер:
«Из домов, занятых неприятелем, открыли сильный ружейный огонь; но это не остановило генерала Паскевича. По улицам города неприятеля гнали штыками, засевших в домах истребили или взяли в плен».
• при Ельне и
• при Красном.
 В сражении под Красным Паскевич возглавил штыковую атаку 3-х пехотных полков, опрокинувших колонны маршала Нея.

В начале ноября 26-я дивизия наголову разбила отступавшую колонну наполеоновской гвардии, взяла много пленных и трофеев.
Вскоре на реке Лосмине Паскевичем был разбит и один из лучших наполеоновских полководцев Мишель Ней. Причём сам знаменитый маршал едва избегнул пленения.
Преследуя французов, Паскевич с дивизией перешёл Днепр у Копыси. И находился вблизи Борисова. Но не смог подоспеть к утру 16 ноября к Березине, когда Наполеон с остатками своих войск, переправившись через неё, бежал в Вильно.
 Позднее в Вильно Паскевич принял командование 7-м корпусом вместо серьёзно заболевшего Раевского и в составе отряда Милорадовича вступил в Герцогство Варшавское…

Во время Отечественной войны генерал-майор Паскевич получил ордена Святой Анны 1-й степени и Святого Владимира 2-й степени.

***

В декабре 1812 года в Вильно император Александр давал торжественный приём в честь изгнания Наполеона из России. На нём Кутузов представил Паскевича царю, как одного из лучших русских генералов.

 В январе 1813 года Паскевич сменил выбывшего из строя Раевского и продолжил преследование Наполеона уже во главе корпуса.
По приказу главнокомандующего, Паскевич был отправлен в крепость Модлин, где он блокировал её.
 В заграничном походе русской армии (1813—1814) Паскевич командовал 2-й гренадерской дивизией Гренадерского корпуса.
Этому назначению во многом способствовал командир этого корпуса Раевский, который тогда писал о Паскевиче: «С такими генералами в бою достигается невозможное,  а в походах спокойно бывает».

Имея встречу с императором Александром I, Паскевич добился улучшения продовольственного снабжения дивизии.
 
Дивизия отважно сражалась:

• Под Лейпцигом.
В «Битве народов» под Лейпцигом 7 октября 1813 года Паскевич захватил 30 орудий и 4 тысячи прославленных наполеоновских солдат.
Иван Паскевич за отличие в боях под Лейпцигом был произведён в генерал-лейтенанты.

• Под Гамбургом.

• В блокадных наполеоновских крепостях Модлин и Магдебург.

• В сражении с войсками маршала Сен-Сира близ местечка Дона и Пирна.

• Отличилась в сражении при  Арси-сюр-Обе.
 
• А затем под Паршрем.

• Она отличилась и при взятии Парижа (1814).
Находясь в местечке Витри, дивизия Паскевича двинулась на Бельвильские высоты и Мениль-Монтян и  дошла до парижских застав, открыв путь союзным войскам.
 И Париж был взят.
Молодой полководец храбро воевал на французской земле и въехал в поверженный Париж. Даже самый отчаянный завистник ни тогда, ни позже не мог упрекнуть его в трусости или нерасторопности на поле боя.
За взятие Парижа генерал Паскевич был отмечен орденом святого Александра Невского.

• В поверженном Париже, во время смотра войск Александр I неожиданно для 32-ти летнего Паскевича представил его своему 18-ти летнему брату Николаю Павловичу:
«Познакомься с одним из лучших генералов моей армии, которого я ещё не успел поблагодарить за его отличную службу».

• Иван Фёдорович рассказывал об этом так:
«В Париже начались, как и в Петербурге, гвардейские разводы, и мы из гренадерского корпуса поочередно туда ездили. В один из сих разводов Государь, увидев меня, подозвал и совершенно неожиданно рекомендовал Великому князю Николаю Павловичу. Познакомься, сказал он ему, с одним из лучших генералов моей армии, которого я ещё не успел поблагодарить за отличную службу. Николай Павлович после постоянно звал меня к себе и подробно расспрашивал о последних кампаниях. Мы с разложенными картами по целым часам вдвоём разбирали все движения и битвы 12-го, 13-го и 14-го годов».

***

После возвращения русских войск в пределы России, Паскевич в начале 1815 года с дивизией встал в Риге и съездил в отпуск к своим родителям в Малороссию.
Побег Наполеона с острова Эльбы вызвал опять движение русских войск во Францию. Во время битвы при Ватерлоо (4 июня 1815 года) войска Паскевича находились возле Франкфурта-на-Майне. Все союзные войска направились к Парижу, готовясь к торжествам и парадам.
 Паскевич, тем временем, получил важное задание занять небольшую крепость Туль (близ Нанси-на-Мозеле), французский гарнизон которой хотя и признавал королём Людовика XVIII и присягнул ему, но относился к союзным войскам очень враждебно. Паскевич беспрепятственно сменил гарнизон крепости.
 После этого двинулся на высочайший смотр при Вертю.
После окончания военных действий во Франции он двинулся в Смоленск, где была назначена постоянная квартира 2-й гренадерской дивизии.

***

Между тем, Аракчеев реформировал армию: вместо боевых качеств он требовал от офицеров «экзерцирмейстерской ловкости» (экзерцирмейстер — лицо, наблюдающее за выправкой солдат). Это совершенно не нравилось Паскевичу. Он старался, по возможности, избегать применения новых правил и мечтал, вместе с М. С. Воронцовым, уничтожить произвол в наказании нижних чинов.
Паскевич был противником армейской реформы проводившейся графом Аракчеевым, полагая, что насаждаемая в войсках муштра ничего не даёт в плане усиления боеспособности частей.
Фельдмаршал Барклай де-Толли, подчиняясь требованиям Аракчеева, стал требовать красоту фронта, доходящую до акробатства. Преследовал старых солдат и офицеров, которые к сему уже способны не были, забыв, что они ещё недавно оказывали чудеса храбрости, спасли и возвеличили Россию…

• Паскевич с горечью писал:
«Что сказать нам, генералам дивизий, когда фельдмаршал свою высокую фигуру нагинает до земли, чтобы ровнять носки гренадер? И какую потом глупость нельзя ожидать от армейского майора?»

***

 Император Александр I 18 февраля 1816 года поручил Паскевичу подробно расследовать так называемое Липецкое дело.
То был конфликт между чиновниками и удельными крестьянами Липецкого уезда Смоленской губернии, отказавшимися платить налоги за 1814 год.
 Ранее местные власти вопреки закону не стали прощать им недоимки, связанные с наполеоновским нашествием. По инициативе местных чиновников крестьян приговаривали за это к наказанию плетьми и тюремному заключению.
 Расследуя дело, Паскевич установил, что бунт существует только в воображении местных чиновников, которым мужики отказались платить мзду, а наказание для них каторгой – явная несправедливость. Паскевич не только просил Александра I освободить смоленских «бунтовщиков», но и назначить им денежное пособие. Крестьян ему было тем более жалко, что всего четыре года назад он воевал с Наполеоном в этих местах. «Пример человечности и сострадания никогда еще не был вреден», – писал генерал царю. Крестьян помиловали и назначили им денежное пособие. Главного виновника возмущения из чиновных «кувшинных рыл» перевели брать взятки в другое место.
Позднее Паскевич сообщал, что после рассрочки оброчной подати, выдачи пособия крестьянам и смены управляющего Смоленской Удельной конторой, — тишина и спокойствие водворились среди крестьян.

По окончании следствия Паскевич продолжал командовать дивизией в Смоленске.

***

  В 1817  году вступил в брак с двоюродной сестрой А. С. Грибоедова — Елизаветой Алексеевной (1795—1856).
В браке с  Елизаветой Алексеевной  - дочерью московского богача А. Ф. Грибоедова и княжны Александры Сергеевны Одоевской - Паскевич имел 3-х дочерей:
• Александру (1821—1845),
• Анастасию (1822—1892),
• Анну (1822—1901), 
и сына - Фёдор (1823—1903).
Жили супруги в мире и согласии, даже скончались в один и тот же год…

***

22 июля 1817 года Паскевич получил с фельдъегерем высочайшее повеление прибыть в Петербург, чтобы сопровождать в путешествии по России и Европе младшего брата императора — великого князя Михаила Павловича в статусе его руководителя.
Путешествие длилось около двух лет: с августа 1817 до июня 1819 года.
 Об этом путешествии Паскевич оставил немало любопытных сведений в своих воспоминаниях, написанных им позднее.
Вдова Павла I  Мария Фёдоровна в личной встрече с Паскевичем выразила желание, чтобы её сын во время путешествия более занимался гражданской частью и как возможно меньше военной. И чтобы Паскевич старался внушить ему, что для него несравненно важнее узнать внутренний быт государства.
Также императрица приказала сыну присмотреться к одной из внучек Кассельского курфюрста (позднее великий князь вступил в брак с принцессой Фредерикой Шарлоттой Вюртембергской).
Сообразно с этим была составлена особая программа для великокняжеских путешествий.
Путешественники посетили  Новую  Ладогу, Тихвин, Рыбинск, Ярославль, Кострому, Тамбов, Пензу, Воронеж, Казань, Симбирск, Новочеркасск.
 Побывали в Феодосии. Затем 3 октября прибыли в Севастополь, где некоторое время отдыхали.
После этого дорогою через Перекоп, Херсон и Николаев великий князь поспешил в Одессу, осматривая на пути войска и едва останавливаясь для ночлегов.
Во время путешествия Паскевич, имея статус руководителя великого князя Михаила Павловича, вынужден был неоднократно использовать свои полномочия, требуя от Михаила Павловича выполнять указания его матери Марии Фёдоровны.
Так, во время пребывания в Одессе Михаил Павлович проигнорировал требование Паскевича продолжить ведение путевого журнала.

• Паскевич отреагировал на это следующим образом:
«…я, несколько возвысив тон, потребовал немедленного исполнения обязанностей относительно Матушки. Я Вам не свою волю передаю, сказал я великому князю, a повеление Её Величества, а потому извольте, Ваше Высочество, беспрекословно повиноваться. Я сознавал, <…> что мои резкости могут мне повредить, и что легко ими воспользоваться, чтобы, представив Государю всё в превратном виде, отослать меня на прежнее место, но уже с чернотою неспособности. Но если твёрдость духа часто вредит и задерживает возвышение по службе, то, по крайней мере, она не извращает ум человека до полной неспособности, как это почти всегда бывает при постоянной льстивости и искательстве».

Посетив затем Полтаву, где было осмотрено место Полтавской битвы, путешественники проехали в Харьков, Курск и, следуя далее через Орёл и Тулу, 1 ноября 1817 года прибыли в Москву, где находился государь и вся царская семья.
Этим окончилось первое путешествие.

14 ноября 1817 года Паскевич был назначен командиром 2-й гвардейской дивизии.
Но в командование ею не вступил, потому что, вследствие жалоб удельных крестьян Гжатского уезда, в декабре 1817 года был снова послан на расследование дела, подобного Липецкому.

В начале марта 1818 года Михаил Павлович в сопровождении Паскевича выехал из Москвы в Варшаву.
Побывав затем в Берлине, Веймаре, Касселе и Голландии, путешественники отправились в Англию. Однако великий князь скучал при разных осмотрах, а потому, объехав быстро Англию и Шотландию, он поторопился в Веймар, где в то время гостила у своей дочери его августейшая мать.
5 ноября 1818 года Паскевич отправился с великим князем через Страсбург в Лозанну, где они остановились у Сезара Лагарпа, который проводил их через Женеву в Италию.
 15 ноября 1818 года Паскевич был награждён алмазными знаками к ордену Св. Александра Невского.
Посетив весной 1819 года главные города Италии, великий князь с Паскевичем в Риме представились папе, провели там масленицу. А затем поехали в Неаполь. Оттуда через Болонию, Венецию и Тироль они прибыли в Вену.
 А затем 3 июня 1819 года вернулись в Царское Село.
 В тот же день Паскевич высочайшим приказом был назначен состоять при великом князе, который тогда же вступил, будучи генерал-фельдцейхмейстером, в управление всей артиллерией.

***

Вскоре политические события в Западной Европе и революционное движение в Италии вынудили Александра I направить к западным границам России войска гвардии двумя колоннами.
 При этом Паскевич 11 мая 1821 года был назначен начальником 1-й гвардейской пехотной дивизии, а также 2-й колонны войск.
Первую гвардейскую дивизию, где, между прочим, в его подчинении оказались великие князья, будущий император Николай I - командир Второй бригады и Михаил Павлович - командир Петровской бригады.
Совместная служба ещё больше сблизила их. Даже став императором, Николай I всегда будет называть Паскевича в письмах «отцом-командиром».

Гвардия едва успела дойти до  Вильно, как политическая ситуация, вызвавшая это движение, изменилась. Однако император, полагая, что либеральное движение среди офицеров вдали от столицы если не прекратится, то, по крайней мере, ослабеет, приказал разместить гвардию по городам и сёлам 6-ти северо-западных губерний.

17—19 сентября 1821 года при Бешенковичах (под Витебском) состоялись манёвры и генеральный смотр гвардейских частей в присутствии императора.
Александр I отпраздновал своё «примирение» с гвардией, которая «для проветривания либерального духа» была передвинута к западным границам и 15 месяцев значилась в «карантине».
После этого Паскевич с 23 января 1822 года вступил временно в командование гвардейским корпусом.
 30 апреля сдал командование.
Затем, после высочайшего смотра, прошедшего 22 мая, возвратился вместе с гвардией в Петербург.

25 ноября 1824 года Паскевич был назначен временным военным губернатором Выборгской стороны. Это губернаторство, наряду с двумя другими, было учреждено в связи с последствиями наводнения, произошедшего в Санкт-Петербурге 7 ноября 1824 года.
12 декабря 1824 года был пожалован званием генерал-адъютанта.
27 февраля 1825 года Паскевич был назначен командиром 1-го пехотного корпуса, главная квартира которого была в Митаве. Туда он и переехал с семьёй.

***

В 1825 году император Александр Павлович скончался и императором стал его брат Николай Павлович.
 При новом императоре Николае I, который лично знал и высоко ценил Паскевича, Иван Фёдорович был оставлен при всех своих должностях.

1 июня 1826  года  Николай I  подписал манифест об учреждении Верховного уголовного суда над декабристами.  Паскевич вошёл в состав суда среди особо назначенных военных и гражданских лиц.
Правда, Паскевич не состоял ни в одной из образованных судом комиссий и сколько-нибудь деятельного участия в его работе не принимал.
Суд завершился в начале июля. И после этого Паскевич отправился в Москву для участия в  коронации  Николая I и  Александры Фёдоровны, состоявшейся 22 августа (3 сентября) 1826 года.

***

С 1826 года Паскевич командовал войсками в Закавказье в Русско-персидской войне (1826—1828).

14 сентября 1826 года русские и персы  встретились в бою в 7 верстах от Елисаветполя (современный город Гянджа в Азербайджане), на расстоянии, как тогда говорили, полуядерного выстрела.

• Паскевич внимательно прислушивался к старожилам кавказских войн, сообщившим ему:
«Наши войска, несомненно, окажут чудеса храбрости при атаке, но мы предупреждаем ваше превосходительство, что солдаты наши не привыкли к обороне».

 Советы были учтены.
Персидская армия надвигалась в виде огромного полумесяца, охватывая русские войска с 3-х сторон, остановившись на расстоянии оружейного выстрела.
И. Ф. Паскевич также медлил с атакой, пока генерал Мадатов не сказал ему: «Если эта золотая сволочь опомнится, то шапками нас закидает».
 Вымуштрованная английскими инструкторами пехота шаха не выдержала штыковой атаки русских в Елисаветпольском сражении.
В результате ожесточённого боя и блестящего манёвра 7-ми тысячная русская армия под командованием Ивана Паскевича нанесла поражение 35-ти тысячному войску наследного принца  Аббас-Мирзы  под Елизаветполем.
В итоге персы потеряли убитыми более 2-х тысяч человек, а более тысячи было взято в плен.
Потери в отряде Паскевича были ничтожны – 3 офицера и 43 рядовых убитыми.
Эта победа во многом определила дальнейший ход войны.
Это была первая военная победа в царствование Николая I.
 И обрадованный царь произвёл Ивана Фёдоровича в чин генерала от инфантерии.
Кроме этого Иван Паскевич был награждён золотой шпагой, украшенной алмазами и лаврами, с надписью «За поражение персиян при Елизаветполе».

По решению императора, 28 марта 1827 года Паскевич вступил в командование Отдельным Кавказским корпусом и был назначен на должности главноуправляющего Грузией, Астраханской губернией и Кавказской областью.
 Паскевич вёл постоянную переписку с Николаем I и Главным штабом, но многие принципиальные дипломатические и военные решения принимал самостоятельно, поскольку депеши из Петербурга в Закавказье шли около 35 дней.

Блокаду Эривани (современный город Ереван в Армении) Паскевич поручил заботам своего земляка, дворянина Слободско-Украинской губернии генерал-лейтенанта Афанасия Красовского.
 А сам в апреле 1827 года   стремительно перешёл Аракс и двинулся на Нахичевань.
 Там 5 июля Паскевич дал бой у ручья Джеван-Булак.
 И вновь - чистая победа над превосходящим противником.
 После этого Паскевич занял Нахичевань.
 Затем в два присеста, армия Паскевича овладевает первоклассными крепостями, укреплёнными по проектам британских инженеров:
• Аббас-Аббадом и
• Сардар-Аббадом.
За эти победы 11 августа 1827 года  Паскевич был награждён орденом Святого Владимира 1-й степени.

Теперь можно было заняться Эриванью.
1 (13) октября Иван Фёдорович перешёл реку Зангу и овладел Эриванью — столицей Эриванского ханства.
Её взяли быстро, потеряв во время осады убитыми и ранеными только 52 человека, в числе которых были 3 офицера.
«Разрушение ада не имело бы для грешников той цены, как взятие Эриванской крепости для армян», – воспевает подвиг русского генерала Хачатур Абовян.
 За это Паскевич удостоился ордена Святого Георгия 2-й степени.
 Таким образом, две большие области Закавказья были покорены всего за три месяца.

Стремительный бросок на Тавриз обеспечил взятие этой крепости без боя (13 октября 1827 года). Там было захвачено 50 артиллерийских орудий, более 1 000 ружей, значительное количество боеприпасов и продовольствия, а также единственный в Персии литейный завод.
 Со взятием этого города занята была и вся провинция Азербайджан, после чего Аббас-Мирза начал переговоры о мире.
В качестве необходимого условия перемирия Паскевич выдвинул требование выплаты Персией части контрибуции ещё до подписания мирного договора. Аббас-Мирза это условие принял, но в условленный срок его  не выполнил. Это послужило причиной возобновления военных действий.
 И во 2-й половине января 1828 года русскими войсками были заняты:
• Урмия,
• Марага и
• Ардебиль.
 Паскевич продолжил движение к Тегерану.
Персидский двор оказался в безвыходном положении.
Военное поражение Персии стало очевидным. Начались долгие переговоры о мире. Русскую делегацию возглавлял Паскевич. Большую роль в переговорах сыграл родственник генерала А. С. Грибоедов, назначенный осенью 1827 года официальным уполномоченным российского правительства.
Персы отчаянно пытались затягивать переговоры о мире. И когда они буксовали, Паскевич проводил небольшие военные операции, после чего персы шли на уступки.
 1 февраля 1828 года на русский аванпост прибыл вьючный транспорт, доставивший первую часть контрибуции — 6 миллионов рублей золотыми монетами. Ещё 4 миллиона рублей были доставлены через несколько дней. Общий размер контрибуции составлял 20 миллионов рублей серебром (415 тонн серебра).

Таким образом, Паскевич, в течение 3-х месяцев, взял лично, открытою силою: 4 крепости овладел 112 пушками, кроме мортир и фальконетов; 3 тысячами пудов пороха, пополнил запасы хлеба, принудил 9 неприятельских батальонов положить оружие; навёл страх на самого шаха, оставившего Тегеран.
В плену Паскевича оказались беглербей Гассан-хан, командир гвардейского батальона Аббас-Мирзы Касум-хан; два других батальонных начальника; начальник артиллерии Фет-Али-хан и Аслан-хан Араклинский.
Победителям достались богатые трофеи, включая меч самого Тамерлана, как символа персидских шахов.
Результатом победы стал выгоднейший для России Туркманчайский договор (10 февраля 1828 года).
По этому договору:
• К России отошли Эриванское и Нахичеванское ханства.
• Объявлялась свобода мореплавания русских торговых судов и монопольное право России иметь на Каспии военный флот.
• Персия обязалась выплатить контрибуцию в размере 20 миллионов золотых рублей.
Такой исход войны наносил существенный удар по позициям Великобритании на Среднем Востоке. Окончание этой войны позволило российскому правительству активизировать подготовку к началу войны с Османской империей.

За такой успех генерал-адъютант, генерал от инфантерии Иван Фёдорович Паскевич именным Высочайшим указом, от 15 (27) марта 1828 года был возведён в графское достоинство с наименованием «Эриванский» и награждён миллионом рублей из контрибуции.
Персидский шах также высоко оценил военное искусство Паскевича и наградил его орденом Льва и Солнца I степени на золотой цепи.

***

В 1828 году вспыхнула очередная Русско-турецкая война.
Император Николай I, возмущённый нарушениями прежних договорённостей о судоходстве в черноморских проливах со стороны турок и иными их провокационными действиями, объявил войну Оттоманской Порте (14 апреля 1828 года).
Он приказал русским войскам, стоявшим до тех пор в Бессарабии, вступить в оттоманские владения.
Военные действия несколько позже начались и в Азии.
По общему плану военных действий генерал Паскевич для отвлечения сил турок от главного театра войны на Балканском полуострове должен был напасть на их азиатские владения.

Война велась на двух театрах - кавказском и дунайском.
 Паскевичу пришлось прикрывать 500-километровую государственную границу на Кавказе и одновременно организовывать военные действия.
 Предпочитая не обороняться, а наступать, он решил нанести удар по сильнейшей турецкой крепости - Карсу.
В июне 1828 года русская армия подошла к крепости и приступила к активным осадным действиям и штурму, во время которого было убито до 1500 турецких солдат.
• 23 июня 1828 года, желая избежать лишних потерь, главнокомандующий русской армией послал коменданту Карса ультиматум:
«Пощада невинным, смерть непокорным, час времени на размышление».
После этого гарнизон этой мощной крепости сложил оружие.
И под стенами её разбил турецкую кавалерию и принудил эту мощную крепость сдаться. Было захвачено значительное количество орудий и пороха.

• Олесь Бузина:
 «Следующей выдающейся победой генерала Паскевича стало взятие турецкой крепости Карс в 1828 году. Командующий с таким искусством расставил осадные батареи и провёл бомбардировку, что турецкая твердыня пала на несколько дней раньше, чем предполагалось по плану. Предложение Паскевича коменданту Карса Эмин-паше о сдаче вошло в историю: «Пощада – невинным. Смерть – непокорным. Час времени – на размышление». Услышав слова русского полководца, переданные парламентёром, турецкий гарнизон взбунтовался против своего начальника и выбросил сразу два белых флага».

Затем был совершён переход через высокий Чатырдагский хребет.
 Паскевич подошёл к крепости Ахалкалаки и взял её штурмом 23 июля.
После этого сдалась и близлежащая крепость Хертвис.
Тем временем другим отрядом войска была взята крепость Поти.
Паскевич, назначенный шефом Ширванского пехотного полка, двинулся от Ахалкалаки к крепости Ахалциху.
9 августа 1828 года у стен крепости Ахалцих 9000 русских воинов под командованием Паскевича нанесли поражение 30-ти тысячной турецкой армии под командованием Киос-Магомет-паши.
После этого сражения крепость сдалась (16 августа 1828 года).

Высочайшей грамотой от 22 сентября 1828 года Паскевич был пожалован кавалером ордена Святого апостола Андрея Первозванного, а Ширванский пехотный полк был назван его именем.
Пользуясь ужасом, наведённым на турок, Паскевич занял крепости:
• Ацхур,
• Ардаган,
• Баязет и
• Диадин.
 Затем он направил часть войска для отдыха в Грузию.

Перейдя Саганлугский хребет, Паскевич одерживает за неделю 3 победы:
• при Каинлы,
• при Милидюзе, и
• 27 июня, в день Полтавской победы, русское знамя веяло на стенах Арзерума.
Позже турки были разгромлены под Бейбуртом.

Назначенный новый турецкий сераскир Салег-паша в феврале 1829 года решился вернуть Ахалцих. Он взял его в осаду и неоднократно штурмовал.
Паскевич послал генералов И. Г. Бурцева и Н. Н. Муравьева с отрядами освободить Ахалцых, что и было ими исполнено.
 Сам же он стал между Карсом и Ардаганом, чтобы действовать прямо на Эрзерум. Турки же сосредоточились на Саганлугском хребте, через который шла дорога из Карса в Эрзерум.
19 июня 1829 года корпус Паскевича под его личным предводительством атаковал позиции Салег-паши и одержал полную победу.
Паскевич гнал сераскирскую армию на протяжении 30 верст.  Вся дорога, по которой бежали расстроенные войска сераскира, усеяна была убитыми.
На следующий день Паскевич атаковал лагерь Гагки-паши. Колонна, лично возглавляемая самим Паскевичем, первой ворвалась в лагерь.
В этом бою противник потерял 3 тысячи убитыми и 1,5 тысячи ранеными. Гагки-паша с его штабом был взят в плен. В качестве трофеев было захвачено 31 орудие, большие артиллерийские и провиантские запасы.
В течение 2-х дней уничтожены были две армии, втрое превосходившие численность русских войск, под предводительством графа Паскевича.
Отбив попытки турок вернуть утраченные крепости, в июне Паскевич направился к Эрзеруму - столице Анатолии.
Паскевич привёл армию под стены Эрзерума. Нанеся поражение османам в нескольких стычках, русский генерал потребовал капитуляции города.
Несогласие на это турок заставило Паскевича овладеть укреплённой высотой Топ-Даг, после чего Эрзерум сдался на милость победителей.
Оценивая доблестные дела Паскевича, Николай I прислал ему высшую воинскую награду: орден Святого Георгия 1-й степени. Он был десятым кавалером такого ордена со дня учреждения награды.

Как считают практически все авторитетные военные историки война 1828-1829 гг. составляет лучшее из военных предприятий Паскевича, все победы одержаны  были им с малыми силами против превосходящих сил противника.
Гордые бритты, и те вынуждены были заплатить свою дань удивления и уважения иноземному полководцу.

• При чтении одного из отчётов о Востоке, Азиатское Лондонское Общество признало (и отметило в «полном собрании своем»), что:
 «Действия графа Паскевича в Персии и Турции замечательны не одними военными успехами, но и той системой управления, которая дала ему возможность удержаться с горстью войск в завоеванном крае и совершенно привязала к нему народ, ослабила фанатизм исламизма, вооружила мусульман против единоверцев».

Тем временем горные племена лазов покусились вытеснить русские войска из крепости Байбурта. Паскевич лично двинулся на них и рассеял их совершенно. После этого он делал небольшие экспедиции в разные стороны от Эрзерума для изгнания неприятельских отрядов.

Война с Турцией завершилась подписанием 2 сентября 1829 года Андрианопольского мирного договора.
Непосредственным результатом действий Паскевича стало присоединение к России Анапы и Поти по Адрианопольскому мирному договору.

23 сентября Паскевич был пожалован чином генерал-фельдмаршала.

Паскевич обратился к Николаю I с предложением предоставить возможность армянам и грекам, проживающим на таких территориях и оказавшим поддержку русским войскам, переселиться в Российскую империю с тем, чтобы избежать преследований со стороны турецких властей. При этом Паскевич просил разрешения потратить на такое переселение около 1 миллиона рублей, выделенных ему в начале войны на непредвиденные расходы. Ходатайство было утверждено императором. И около 100 тысяч человек христианского вероисповедания - армян и греков - переехали в пределы Российской Империи, спасаясь от турецкой резни. При этом каждой переезжающей семье было выделено в среднем по 25 рублей и земля.

***

После заключения мира с Оттоманской Портой прекратились военные действия в Малой Азии.
 После этого на Паскевича возложено было покорение горских народов, населявших Кавказ.
Он начал действовать в 1830 году.
Он принудил белаканских лезгин дать присягу на подданство России и заложил на их землях крепость при Закатальском ущелье.
 Направившись затем на северную сторону Кавказа, он постепенно оттеснял горцев за Кубань.
Паскевич возводил укрепления в земле шапсугов и абадзехов, овладел тесниной Гагры, занял мыс Соук-Су и Пицундскую бухту.
 А затем переправился на левый берег Кубани, где рассеял мятежных шапсугов и истребил множество их аулов.

В его же управление было окончательно присоединено (в 1828 году) к Российской империи княжество Гурия.
Хотя военное и гражданское управление Грузией в 1827—1828 годах было возложено на особое лицо (генерал-адъютанта Сипягина), но оно находилось под прямым подчинением Паскевича. Он был часто недоволен распоряжениями Сипягина, обращавшего своё внимание преимущественно на постройки и украшения города, тогда как укрепления и в особенности суд и полиция были в самом неудовлетворительном состоянии. Паскевич же обращал внимание на исправление всех укреплений, искоренение, по возможности, всех вопиющих злоупотреблений в сферах суда и администрации в этом крае.
Паскевич пресекал набеги горцев и занимался гражданским обустройством Кавказа.
Как отмечают историки, по его инициативе в регионе создавались образовательные и культурные учреждения, налаживалась система административного управления, искоренялись коррупция и чиновничьи злоупотребления.
Паскевич не допускал злоупотреблений в сферах суда и администрации в этом крае.
 Он содействовал заселению края русскими людьми.
Вместе с тем он составил положение об управлении армяно-григорианской церковью.
Также Иван Фёдоровиич основал в Тифлисе:
• гимназию,
• Институт благородных девиц,
• публичную библиотеку и
• газету «Тифлисские ведомости».

При Паскевиче подданство России приняло население Заалазанской долины, были заложены крепости Александрополь (Гумры) и Новые Закаталы, имевшие важное стратегическое и административное значение.
 Граф старался поднять производительность края, промышленность и торговлю, для чего учреждал ярмарки, образовывал коммерческие товарищества, привлекал капиталы и так далее.
 При Паскевиче осетины были освобождены от податей, за их охрану и помощь в содержании Военно-Грузинской дороги.
Вдоль важнейших кавказских путей, были созданы повозочные почты, где до этого сообщение производилось только через казачьи посты.
Именно Паскевич начал статистическое описание Кавказа, особое внимание уделяя хозяйственным элементам, он же предложил новое таможенное устройство.
Все затраты местного населения, связанные с изъятием подвод, лошадей и продовольствия немедленно компенсировались выдачей наличных денег или снятием податей, что повышло престиж армии и даже способствовало росту прибыли.

Присоединенные к России новые земли в Закавказье необходимо было обустраивать и создать надёжную защиту. У правительства появилась идея создания своеобразного буфера между новыми закавказскими владениями и исламскими державами. По границе предлагалось расселить военных поселенцев христианского вероисповедания. И у генерал-губернатора Малороссии Николая Репнина-Волконского возникла идея переселить в Закавказье 80 тысяч малороссийских казаков. Прежде чем принять окончательное решение по такому масштабному проекту, Паскевич должен был тщательно исследовать вопрос. Он направил две специальные топографические экспедиции, которые должны были обследовать место предполагаемого поселения десятков тысяч его соплеменников.
Выводы, изложенные генерал-фельдмаршалом в мае 1830 года, были таковы: необходимого «количества способной к поселению земли на всем пространстве границы нашей с Персией найти невозможно, ибо все низменные места, лежащие на черте сей, по вредному влиянию тамошнего климата совершенно пагубны для обитания, возвышенные не представляют столько порожних земель, чтобы можно было поселить на оных предполагаемое число казаков».
Идея была похоронена, а вместо этого в приграничных районах стали селиться христиане, в первую очередь армяне, из Персии и Османской империи.

• Олесь Бузина:
«Ещё одна заслуга генерала до сих пор не оценена в Украине. Так называемый комитет 1827 года, занимавшийся вопросами управления Закавказского края, предложил переселить на персидскую границу 80 тысяч украинских казаков с семьями. Это позволило бы создать защитный пояс из поселений военнообязанных христиан.
Идею, между прочим, поддерживал очень популярный у наших историков малороссийский губернатор – князь Репнин, дочь которого впоследствии будет влюблена в Шевченко. Однако Паскевич, жалея земляков, всё с той же присущей ему дипломатичностью подсунул императору другой план. Кавказ от персов пусть защищают сами кавказцы – Эриванское и Нахичеванское ханства лучше отдать для управления местной аристократии, оказавшей услуги России в войне с шахом. А украинцы пусть остаются в Украине. Казаки, о которых шла речь, в основном населяли территорию Полтавщины, с которой родом был Паскевич. Спасая от переселения своих земляков, генерал, по странной иронии истории, оставил на родине и предков автора этих строк, который иначе никогда бы не имел счастья появиться на свет».
 
Климат Кавказа неблагоприятно влиял на здоровье Паскевича, и в конце 1830 года, готовясь к зимней экспедиции против некоторых чеченцев, он занемог и просил государя вызвать его с Кавказа.
По май 1831 года Паскевич совмещал должности главноуправляющего гражданской частью в Грузии, Астраханской губернии и Кавказской области; главнокомандующего Отдельным Кавказским корпусом и командующего Каспийской военной флотилией.

***

В 1830-1831 гг. в Польше, вошедшей в состав России по решениям Венского конгресса, бушевала самая настоящая Русско-польская война.
Полякам удалось достичь известных военных успехов. Их мечта о вожделенной независимости становилась реальностью. Быстро привести мятежный край в успокоение не удалось. Да к тому же и холера унесла в могилу незадачливого Константина Павловича и одного из лучших полководцев - фельдмаршала Дибича.
После смерти генерал-фельдмаршала И. И. Дибич-Забалканского усмирение вспыхнувшего в 1830 году польского мятежа было возложено на графа Паскевича.

В 1831 году он был направлен на подавление восстания в Польше.

• Олесь Бузина:
 «Самой трудной кампанией, выпавшей Паскевичу, была война с Польшей. Официально это называлось подавлением польского восстания. Но на самом деле сражаться пришлось с одной из лучших европейских армий. По Венскому конгрессу 1815 года Царство Польское вошло в состав России на правах автономии. Ему полагалась конституция, парламент и отдельные вооружённые силы. Причём не символические, а реальные – из двух пехотных и двух кавалерийских дивизий и корпуса артиллерии и инженеров. По сути это была самая боеспособная армия, которую когда-либо имела Польша. В её составе служило много ветеранов наполеоновских войн, которым Александр I великодушно разрешил продолжить службу после поражения императора французов. А чему не успели доучить французские инструкторы, доучили русские. Тем не менее, именно эта армия, числившаяся официально частью российской, в 1830 году взбунтовалась и принялась воссоздавать «независимую» Польшу в границах по украинский Днепр».

Он прибыл 13 июня 1831 года в Пултуск к главным силам армии.
 Опытный Паскевич действовал быстро и решительно. Он  двинулся из Плоцка вниз по Висле, переправился близ прусской границы у Оськи, обошёл сильную армию поляков под начальством Скржинецкого и оттеснил его к Варшаве.
Фельдмаршал безупречно грамотно осадил Варшаву.
 Желая избежать кровопролития, Паскевич предложил полякам условия сдачи, которые были ими отвергнуты.
25 августа Паскевич начал штурм Варшавы, в ходе которого он был ранен ядром в левую руку.

Фельдмаршал взял польскую столицу в день 19-й годовщины Бородинского сражения. Штурм превратился в праздник - для лучшего отличия в пылу боя от неприятельских войск солдат переодели в парадную форму.

• Олесь Бузина:
 «Сначала генерал-фельдмаршал изящным манёвром разделил их армию на три части, потом форсировал Вислу и вышел к Варшаве. Столица Польши пала в годовщину Бородина – 26 августа. Об ожесточённости 36-часового штурма говорит то, что никогда ещё Паскевич не нёс таких потерь – 539 офицеров, 10005 нижних чинов. Поляки, защищавшиеся за укреплениями, потеряли 7800 убитыми и ранеными, 3000 – пленными и 132 орудия. Донесение фельдмаршала Николаю I опять поражало суворовской краткостью «Варшава у ног Вашего императорского величества».
Высочайшей наградой за победу Ивану Паскевичу стал титул светлейшего князя Варшавского. Фельдмаршалу едва исполнилось 49 лет».

 Триумф был полный: дарованную императором Александром конституцию отменили, королевский трон Речи Посполитой отправился в Москву в Оружейную палату, а памятник генералу Юзефу Понятовскому работы знаменитого Торвальдсена вскоре украсил гомельское имение Паскевича.
 
26 августа 1831 года Паскевич отправил донесение императору: «Варшава у ног Вашего Императорского Величества». С донесением в Петербург поехал штабс-ротмистр Александр Суворов, внук великого полководца, в свое время тоже разгромившего польских мятежников.

• Олесь Бузина:
 «Богдан Хмельницкий даже не мечтал взять Варшаву. А Паскевич в 1831 году доносил Николаю I со спартанской лаконичностью: «Варшава у ног Вашего императорского величества». Ему противостояла одна из лучших армий Европы, в которой служило множество ветеранов наполеоновских войн. Никогда в своей истории Польша не имела такого обученного и агрессивного войска. Тем не менее, Паскевич справился. Ему очень не хотелось, чтобы Речь Посполитая снова восстановилась в границах по Днепр. У него как у украинца на этот счёт было своё мнение».

После сдачи Варшавы война продолжалась недолго. Отдельные отряды польских войск были рассеяны или обезоружены. А главная армия польская, стоявшая близ Модлина, была оттеснена Паскевичем в Пруссию, где и сложила оружие.
За эту победу  именным Высочайшим указом от 4 сентября 1831 года главнокомандующий действующей армией, генерал-фельдмаршал, граф Иван Фёдорович Паскевич-Эриванский был «возведён с нисходящим его потомством в княжеское Российской империи достоинство с титулом светлости и наименованием «Варшавский». А малолетний сын его Фёдор, был пожалован в прапорщики Эриванского имени его отца полка.
Полным именем Паскевича, с этого времени стало – «светлейший князь Варшавский, граф Иван Фёдорович Паскевич-Эриванский».

***

Николай I решил, что лучшей кандидатуры на роль наместника в Польше, чем сам Паскевич, быть не может.  «Отец-командир» по воле Николая поставлен был управлять царством Польским, пробыв на этом посту четверть века.

Паскевич проводил политику веротерпимости, русификации, строил дороги и фортификационные сооружения (Александровская цитадель в Варшаве, Ивангородская крепость и Новогеоргиевск), способствовал развитию польской промышленности. Кроме того, он защищал местных крестьян от произвола помещиков и создавал в Польше новые учебные заведения.
Польские националисты составили два безуспешных заговора против него (в 1833 и 1844 годах).
В 1840 году Николай I приказал переименовать в Польше город-крепость Демблин — в честь Ивана Паскевича — в Ивангород, где он строил крепость.

Руководство Польшей — это наименее заметный, но при этом наиболее продуктивный период в жизни Паскевича. Он проявил себя как недюжинный администратор, сумев обеспечить внутреннее равновесие в Царстве Польском. Его задача — добиться мира, находясь в заведомо враждебном окружении, — была не из лёгких, но он с ней справился.
 
***

Финалом полководческой карьеры Паскевича стало усмирение венгерской революции, явившейся следствием событий во Франции 1848 г.
 Вспыхнувшая в 1848 году революция в Венгрии заставила австрийского императора Франца-Иосифа просить военной помощи у России.
Русский и австрийский императоры 24 апреля (5 мая) 1849 года встретились в российской Варшаве и согласовали план усмирения Венгрии.
26 апреля (7 мая) 1849 года Николай I обнародовал манифест о начале интервенции в Венгрию. Это наступление российский император рассматривал не только как меру по спасению Австрийской империи, но как сокрушительный удар по всем силам, олицетворявшим революционное движение.
 В начале мая 1849 года туда была направлена 150-тысячная русская армия под общим командованием Паскевича.
 5 июня 1849 года экспедиционной корпус Ивана Паскевича вступил на территорию Венгрии, имея предписание Николая I «не щадить каналий».
В то же время другие два отряда, под командованием Лидерса и Гротенгельма, вступили в Трансильванию.
После поражения венгерской армии  генерала Гёргея под Коморном (30 тысяч человек), 1 (13) августа Паскевич принял капитуляцию мятежников.
В сентябре 1849 года генерал-фельдмаршал написал в рапорте о кампании: «Венгрия у ног Вашего Императорского Величества».
В награду за усмирение Венгрии Николай I повелел оказывать Паскевичу те же воинские почести, какие воздаются только особе Его Императорского Величества.

Иван Фёдорович был также награждён орденами Святого Стефана и Военного ордена Марии Терезии.
В 1849 году Паскевичу-Эриванскому были присуждены Неаполитанский орден Святого Фердинанда и Заслуг и Баварский Военный орден Максимилиана Иосифа. В 1850 году он был награждён Пармским орденом Святого Людовика, Вюртембергским орденом «За военные заслуги» и Датским орденом Слона. Паскевича-Эриванского также наградили Нидерландским Военным орденом Вильгельма и Португальским Ависским орденом.

5 октября 1850 года в Варшаве состоялся торжественный парад войск в честь 50-летнего служебного юбилея Ивана Фёдоровича Паскевича.
 Присутствовавший на церемонии император Николай I вручил юбиляру новый образец фельдмаршальского жезла с надписью «За двадцатичетырехлетнее предводительство победоносными русскими войсками в Персии, Турции, Польше и Венгрии».
А король прусский Фридрих Вильгельм IV и император австрийский Франц-Иосиф возвели его также в фельдмаршалы своих войск.

***

Его ратная служба Отечеству завершалась там же, где так блестяще началась, — на Дунае.
Очередная война с Турцией (Крымская), начавшаяся в 1853 году, обернулась противостоянием с небывалой европейской коалицией из Великобритании, Франции и Сардинского королевства при фактическом предательстве Австрии и враждебности Пруссии.
Первоначальный план императора Николая I предполагал наступление на Балканах вплоть до Константинополя — Царьграда.
Смелый план императора Николая I, состоявший в быстром движении через Балканские горы, был под влиянием Паскевича существенно изменён на более осторожный. В основании его лежало предварительное занятие различных крепостей на Дунае.
 Русские войска под предводительством М. Д. Горчакова вступили в Молдавию и Валахию. И в 1853 году произвели уже несколько сражений с турецкими войсками под Ольтеницей, Четати, Калафатом и т. д.
 Тогда по высочайшему повелению главнокомандующим на западных и южных границах был назначен в 1854 году 72-летний фельдмаршал Паскевич. Он прибыл 3 апреля в Дунайскую армию. И немедленно принял командование над войсками 3-го, 4-го и 5-го армейских корпусов.  И сделав новые распоряжения о размещении их, скоро приблизился к Силистрии. Предполагая заняться её осадой, 28 мая Паскевич лично делал рекогносцировку. При этом был сильно контужен ядром. Это вынудило его сдать командование армией опять Горчакову и выехать 1 июня в Яссы, откуда продолжал руководить войсками.
В июле — августе Паскевич руководил выводом русских войск из Валахии и Молдавии. Во время вывода войск на территории Дунайских княжеств не был оставлен ни один человек из 27 тысяч раненых и больных. Вместе с русскими войсками в Россию ушло немалое количество румын, болгар и сербов. Завершив вывод войск, Паскевич, с позволения Николая I, для поправления здоровья и отдыха, выехал в своё гомельское имение, а затем — в Варшаву.
В конце 1854 года добровольно выехал в действующую армию в Крым.
 5 ноября, находясь на гостевой яхте, стоящей в Севастопольской бухте, едва не погиб из-за начавшегося на Чёрном море шторма.
Вскоре вновь вернулся в Варшаву.

***

Хотя Паскевич и оправился от контузии настолько, что был в состоянии снова вступить в управление Царством Польским, она сильно повлияла на его здоровье. Он стал угасать, а различные недуги быстро развивались.
А тут ещё неудачный ход Крымской войны добавлял переживаний немолодому Паскевичу.
В феврале 1855 года умер Николай I, и для Паскевича это стало очередным сильным потрясением. Он очень тяжело переживал смерть императора.
Последним ударом стало оставление русскими войсками Севастополя в начале сентября 1855 года, после новости о котором полководец окончательно слёг в постель и уже больше не вставал.

Иван Федорович Паскевич умер в Варшаве  20 января (1 февраля)  1856 года.
Во всех войсках и в целом Царстве Польском был объявлен траур на девять дней, в течение которого все театры были закрыты.
Первоначально прах полководца покоился в Польше, но в 1889 года останки Паскевича и его жены были перезахоронены в семейной усыпальнице князей Паскевичей, выстроенной в Гомеле.

Незадолго до своей кончины Паскевич завещал в фонд Государственного инвалидного капитала 50 тысяч рублей серебром. На эти деньги он просил содержать ежегодно 200 человек увечных нижних чинов (изувеченных и тяжело раненных солдат).
Вскоре после кончины Паскевича в Варшаве, в Краковском предместье, перед дворцом наместника было начато сооружение ему памятника, который был торжественно открыт 21 июня 1870 года в присутствии императора Александра II.

Каким был непобедимый русский граф?

Он был человеком,  безусловно, одарённым, талантливым,  властным.
Паскевич отличался храбростью и решительностью, инициативностью и целеустремлённостью,  рассудительностью и неспешностью, беспощадностью и жёсткостью  в достижении целей.
А также бывал груб, вспыльчив и очень ревнив к чужой славе.
Иван Федорович Паскевич принадлежал к русским офицерам суворовской школы. Он всегда выступал против телесных наказаний солдат и был справедливым человеком.
Как командир, он стремился улучшить условия службы солдат, прекратить своеволие и дурное обращение с ними, ввести разумную дисциплину, внушить понятия о храбрости, чести и нравственности.

• Замечательный поэт-гусар генерал-лейтенант Денис Давыдов так писал об Иване Фёдоровиче Паскевиче:
«Не имея повода питать глубокого уважения к фельдмаршалу князю Варшавскому, я, однако, для пользы и славы России не могу не желать ему от души новых подвигов. Пусть деятельность нашего Марса, посвящённая благу победоносного русского воинства, окажет на него благотворное влияние. Пусть он, достойно стоя в челе победоносного русского воинства, следит за всеми усовершенствованиями военного ремесла на Западе и ходатайствует у государя, оказывающего ему полное доверие, о применении их к нашему войску…»

Вместе с тем, Денис Давыдов в своих записках, отдавая должное личной храбрости Паскевича и плодам его побед, оставил нам ряд довольно нелестных замечаний о полководце.
Например, он приводит характеристику, которую сообщил в личной беседе Грибоедов, во время персидской кампании отвечавший у Паскевича за дипломатическую службу:
«Паскевич несносный дурак, одарённый лишь хитростью, свойственной хохлам».
Судя по его собственной реплике, знаменитый гусар-партизан был с такой оценкой вполне солидарен, хотя использует и более дипломатичные выражения:
«Отличаясь лишь посредственным умом, он, подобно всем землякам своим малороссиянам, обладает необыкновенною хитростью и потому может быть по всей справедливости назван заднепровским итальянцем».

• Александр  Грибоедов так передавал восторженную реакцию масс:
«Вот вам депеша Булгарина об вас, можете себе представить, как это меня радует: «Граф Паскевич-Эриванский вознесся на высочайшую степень любви народной. Можно ныне смело сказать, что он, победив турок, победил и своих завистников. Общий голос в его пользу. Генералитет высший, генерал-адъютанты, офицеры, дворянство, чиновники, литераторы, купцы, солдаты и простой народ повторяют хором одно и то же: «Молодец, хват Эриванский! Вот русский генерал! Это суворовские замашки! Воскрес Суворов! Дай ему армию, то верно взял бы Царьград!» и т. п.
Повсюду пьют за здоровье Эриванского: портреты его у всех. Я ещё не помню, чтобы который-нибудь из русских генералов дожил до такой славы. Энтузиазм к нему простирается до невероятной степени».

• Биограф Паскевича Александр Щербатов писал о нём:
«Князь Варшавский, по значению своему в государстве, в среде русских подданных не имел себе равного».

Наследником, по выражению Пушкина, «суворовского лавра» Паскевича делали и личная храбрость, и атакующий стиль ведения боевых действий, и забота о подготовке, снабжении и моральном духе солдата.

***

Герой персидской и русско-турецких войн, победитель наполеоновских войск, польских мятежников и мадьярских бунтовщиков, кавалер абсолютно всех российских военных орденов, генерал-фельдмаршал Иван Фёдорович Паскевич в свою бытность более четверти века оставался непревзойдённым и непобедимым полководцем Российской империи.
Иван Фёдорович Паскевич на службе России проявил себя и как отважный воин, и как полководец, и как государственный деятель, и как дипломат.
 Согласно оценкам современников, «князь Варшавский по значению своему в государстве Российском, в среде русских подданных не имел себе равного».
Скульптуру генерал-фельдмаршала Ивана Паскевича можно увидеть на памятнике «1000-летие России» среди других выдающихся личностей Отечества.