Миниатюры

                ГОЛОС               
       Коля приехал к дедушке, тоже Николаю, в деревню «Вешки» на зимние каникулы. Он всегда стремился туда, но не всегда так получалось: то едет на море с родителями, то в лагерь, то в турпоездку… Но хоть на три-четыре дня, а выкроит времечко в мелькании каникулярных дней.   
       Дедушка встретил рейсовый автобус на остановке, снял Колю с последней ступеньки, обнял, и Коля приник к нему, вдыхая запах деревенской избы – печки, сухих трав, висящих на тонких верёвочках в хате. Одного запаха не доставало, как цветка в букете – табачной горечи. Стало понятно: после операции и лечения в больнице дедушка бросил курить.
       Не только к дедушке  ехал двенадцатилетний внук, ещё и к другим любимым деревенским жителям: там можно было повстречаться с деревенскими сверстниками, их было всего двое – братья Мартыновы Саша,  на год старше Коли, и Ваня на два года моложе. Других детей в деревне не было, а этих двоих в школу возил автобус, подбиравший по дороге учеников из разных деревень в большое село Новодворово.  А ещё любимый пёсик Тимка, кот Мурзик, поросёнок Зютка и… О, этого обитателя дедовой хаты Коля любил больше всех, кроме деда, конечно. Это был кенар Динь, так назвал его мальчик. Как он пел, как звенел этот малыш! Какими переливами нежных звуков наполнял просторную хату! Такой маленький, когда пел, он, казалось, вырастал, глаз не отвести! Его жёлтые пёрышки становились золотыми, словно изливали солнечный свет!
       Дедушка и внук вошли в хату. Коля быстро сбросил куртку и подбежал к клетке с Динькой. Тот сидел нахохлившись, опустив головку.
       – Вот, внучек, что-то Динь наш не клюёт корм, боюсь, заболел, а помочь не умею. Летать не хочет, только так сидит второй день. Коля открыл дверцу клетки, протянул руку к птичке, и вдруг Динь, не спрыгнул, сошёл с жёрдочки в ладонь и лёг. Чуть трепыхнулись пёрышки, и птичка затихла навсегда. Коля вытянул руку из клетки,  близко поглядел на кенара и горько заплакал, не умея удержаться от всхлипываний и рыданий.
       Дедушка молчал и гладил его по голове. Потом вздохнул тягостно:
       — Поплачь, сынок, поплачь. Такой певец затих. Такой голос чистый, светлый умолк…
       — Де-е-да! – Сквозь рыдания, еле выговаривая слова, говорил мальчик. – Он такой маленький, даже казался намного бо`льшим, когда пел! Такой маленький!..
       — Зато голос имел большой, оттого и сам большим казался. Этот голос – талант. Он всегда маленького делает большим. Так и у людей. Ты вот учишься хорошо, рисуешь красиво… Сам свой талант найди, будешь большим. Хотя… Талант – великая награда Бога. Заслужить надо…
       Диня положили в маленькую картонную коробочку и закопали под кустом жасмина, нагрев мёрзлую землю кирпичом из печки, ямка была совсем маленькая.
               
                ВЕРБЛЮЖЬИ  ГОРБЫ
        — Мама! Зачем тебе это надо? Глаза свои мучаешь, спину горбишь! Никто книг теперь не читает, особенно, если автор не «раскручен», точнее, мало известен, никто за твой труд не платит, наоборот, большинство книг ты издаёшь за свой счёт… Столько труда, волнений, никакой благодарности! Зачем?
        — Я думала об этом не раз, доченька и нашла три ответа на эти вопросы.
       Первый: только ВРЕМЯ точно определит это «зачем». Вот искали учёные библиотеку Ивана Грозного, нашли. Узнали не только о событиях истории, а о мыслях и чувствах людей его эпохи.
       Второй ответ: получен мной этот дар – писать – как же не отдать долг? Не я такая заядлая писательница, какая-то сила не даёт мне покоя, призывает к непрекращающейся работе.
       А третий ответ я изложу в короткой истории. Идёт верблюд по пустыне и укоряет Создателя:
       — За что? Зачем ты сделал меня горбатым? Все другие живут без горбов: лошади ,мулы, ослы… А я такой урод! Таскаю на себе эти горбы! Зачем?
Путь в пустыне тяжек – солнце палит весь день, а воды нет! Пали мулы, ослы, лошади, а верблюд продолжает идти и… дошёл до оазиса, только горбы его опали, истощился в них запас воды. И стало понятно – зачем горбы.
Никто не знает, для чего наш Создатель делает нас такими, а не иными. Вот и я не знаю, не могу, а теперь и не хочу знать, для чего я пишу, зачем и за что получила это задание. Пишу и всё.