Путешествие из Ташкента а Ленинград

Это было очень давно, во времена моей молодости — в те далекие советские времена, когда мы были совсем юными, а жизнь казалась бесконечным приключением. Мы жили совершенно по-другому, не то что сейчас: никаких смартфонов, гаджетов и прочей современной атрибутики. Всё было просто, но как-то радостно.

Как-то раз я поднакопил деньжат, и мы с моим другом Аликом решили махнуть в Ленинград. Хотя, признаться, даже тогда все местные и мы вслед за ними звали его просто Питером. Купили билеты на самолёт и вылетели из родного Ташкента. Четыре часа в воздухе — и вот мы на месте.

Город на Неве и эхо блокады

Августовский Ленинград встретил нас отлично, хотя после ташкентской жары показался, мягко говоря, прохладным. Перелёт запомнился одной грустной деталью: в самолёте я листал газету и наткнулся на новость о смерти композитора Дмитрия Шостаковича. Получилось так, что мы прилетели в город как раз в день его траура.

Мы сняли квартиру где-то за Охтой и сразу же отправились гулять. Первым делом, конечно, зашли в местную столовую. Там нам повстречалась удивительная женщина — приятная, интеллигентная бабушка-блокадница. Воспоминания у неё были ещё свежими, и она рассказала нам такое, чего никогда не прочитаешь в советских газетах и не услышишь по телевизору. После этого разговора Ленинград запал нам в душу ещё глубже.

Потом началась культурная программа. Мы поехали на экскурсию в Петропавловскую крепость, где нас отвели в камеру революционера-народовольца Желябова — того самого, что организовал покушение на императора Александра II.

Напиток богов и подарок из Елисеевского

Но, признаться, кроме музеев нас, молодых парней, манила и вечерняя жизнь. Каждый божий вечер мы ходили в культовый бар «Невский», который находился на углу улицы Марата и Невского проспекта, прямо напротив гостиницы «Универсаль».

Там подавали настоящий «напиток богов». Рецепт был убойным:

Кубинский ром

Водка

Лимонный сок

Казалось, в этом баре собирались исключительно ценители этого коктейля. Мы заказывали его бокал за бокалом, и Питер становился ещё прекраснее.

Как-то раз, заглянув в ресторан на Невском, мы разговорились и познакомились с удивительным человеком — директором знаменитого Елисеевского магазина. Мы так душевно посидели, что на следующий день он пригласил нас к себе на работу, прямо в этот легендарный храм советского дефицита. Там он преподнес нам поистине королевский подарок: бутылку отличного французского коньяка «Наполеон» и два блока сигарет «Союз-Аполлон». О таком коньяке мы тогда не то что не мечтали — мы о нем даже не слышали!

В гости к «королю дефицита»

Нагулявшись по Ленинграду, мы решили навестить еще одного нашего общего знакомого и рванули в Петрозаводск. По советским меркам этот парень устроился в жизни тоже просто по-королевски: он окончил Ленинградский торговый институт и работал директором продовольственной базы. В СССР эта должность была почётнее, чем кресло министра, ведь человек имел прямой доступ ко всему дефициту, который простые смертные в магазинах никогда не видели.

Приехав в Петрозаводск, мы, как бедные студенты, заселились в самый дешёвый шестиместный номер в гостинице и сразу же попёрли к другу на базу. Разумеется, с пустыми руками он нас не отпустил и пригласил к себе «домой».

«Дом» молодого специалиста оказался отдельной комнатой, но где! На первом этаже закрытого женского общежития, где жили в основном работницы торговли. Мужское общежитие находилось вообще в другом квартале, так что наш друг жил в настоящем цветнике.

Трое суток в осаде

Мы проникли туда днём, рассчитывая посидеть пару часов, а в итоге... вышли только через три дня. Там было так весело, что уходить добровольно не хотелось, а если бы мы вышли, обратно бдительная вахтёрша нас точно не пустила.

Девушки прятали нас по разным комнатам, и это был сплошной круговорот смешных и нелепых ситуаций. По вечерам местное общежитие штурмовали кавалеры: они атаковали окна, швыряли в стёкла записки, камни и цветы.

В один из дней закрутилась какая-то заваруха, и приехала милиция. Мне пришлось около часа беззвучно сидеть в шкафу, пока стражи порядка прямо в комнате допрашивали очередную девушку и составляли протоколы. Сердце колотилось бешено, но обошлось — нас не нашли.

Домой через столицу

Из Петрозаводска, уставшие, но безумно счастливые, мы улетели в Москву. Столица встретила нас шумным суетливым ритмом, в котором наши последние сбережения растаяли с космической скоростью. В какой-то момент мы обнаружили, что остались буквально без копейки в кармане. На самолет денег уже не хватало, поэтому мы кое-как наскребли по сусекам на железнодорожные билеты.

Трое суток в поезде Москва — Ташкент стали отдельным испытанием и идеальным завершением нашего грандиозного трипа. Под стук колес, на остатках дорожной провизии, мы три дня вспоминали и Охту, и блокадницу, и штурм петрозаводской общаги, и роскошный елисеевский презент. Домой мы вернулись абсолютно вокзальными, голодными, но с багажом воспоминаний на всю оставшуюся жизнь.