Старость - не радость Главы - 7, 8

«Надо же – погрустнел старик, - за короткое время я умудрился усложнить свою жизнь, создавая себе лишние проблемы. Это было непростительно, ведь можно было просто забыть её и начать всё с чистого листа. Честно говоря, я тогда этого не понимал…»


ГЛАВА-7

С постели я встал от своего крика, как зверь, будто ночь провёл в жутком аду. Потом осознал, что это лишь последствия от вчерашнего неприятного вечера ожидания Лейлы.

Как только снова исчезла Лейла с моих глаз долой, я о многом успел переосмыслить с важными выводами для себя, и, казалось бы, вот-вот ещё немного – даже не вспомню её имя, и всё войдёт в свои места, и наконец, я приобрету прежний душевный покой.

Теперь, глядя иными глазами на своё положение, я охотно мечтал съездить к своим детям и заодно помириться с женой и обрадовать покойную душу любимой тёщи — и в то же время угодить Творца своего — в одно мгновение покончить со всеми проблемами в целом. Потом уж надеялся доживать остаток жизни, припеваючи, подражая на приличных стариков своего времени. Тогда же сама по себе утиралась бы из памяти и надоевшая людская поговорка «старость — не радость», болезненно властвующая надо мной по скучным вечерам, да и свежим утрам не без того…

Время шло, и всё могло сложиться иначе, если бы она не пришла ко мне домой поздним вечером — как раз в тот день, когда я убирал картины с её изображением, чтобы они больше не маячили перед глазами.

Естественно, её неожиданный визит привёл меня врасплох. А радоваться я не смог, печалиться тоже. Просто растерялся, поскольку на тот момент жизни я не общался с ней почти в течение года — со дня преддверья её дня рождения.

Когда она вошла в коридор квартиры, создалось впечатление, что между нами будто ничего не произошло, — как бы казалось обычное ее поведение. Она поцеловала меня в обе щеки с веселым видом, обула тапочки подруги и разлеглась на моём диване,  как у себя дома. А хотя я показывал своё полное равнодушие, она все равно уставила колдовские глаза, улыбаясь, как будто читали мой фальшивый взгляд. Самое неприятное — она получала удовольствие от этого сама.

«Она пришла теперь надо мной издеваться? Неужели это она или мерещится мне?!» — в душе я злился, но стерпел, ожидая, что ещё будет. А пока она встала с дивана с подозрительным взглядом, включила мой телевизор громко, приготовила кофе на двоих и уселась за стол, ожидая, когда же старик подойдёт к ней, хоть слово замолвит.

— Дядя Омар, что с вами? Как незваный гость, — она усмехнулась, глядя на меня.
— Спасибо, — я подхватил её тон и сел. — У тебя здесь чудесно!
— Правда? Угощайтесь тогда и чувствуйте себя как дома. Сколько ложек сахара вам класть? Ах да, помню, вы же не сладкоежка. Что вы так смотрите? Кофе остудить? Воды налить? Или сами справитесь?
—Ты что, сегодня только вопросы задавать будешь?
-Не целоваться же пришла я, дядя Омар!
- Даже не надейся!
- Однако вы настоящий хулиган!
- Мадам! Я сейчас хочу только одного: чтобы вы больше не кривлялись! Понятно, дорогая?
- Лучше бы вы посмотрели на себя в зеркале, чем грубить женщине, дядя Омар! – она опять похихикала.

Теперь только озарило меня: что-то со мной не так, и побежал к зеркалу: посмотрев на себя, я быстро переоделся. И, вернувшись, робко  сел на свое место.

— Извини! Сегодня у меня была большая стирка. На мне одежда жены, это же не чужие…
— Понимаю, мой милый дядя Омар. Но только зря вы переоделись, теперь не на что смотреть.

Она глядела на меня лисьими глазами, и, конечно, сегодняшнее поведение ее вполне выяснилось. Поэтому мы спонтанно оба вдруг расхохотались и нежно обняли друг друга с извинениями. Как только пополнили упущенное время общениями за чашкой кофе, мы вышли на балкон и невольно замерли…


Глава 8

Покорившая  нас ночная красота, будто  собрала самых ярких звёзд Вселенной. Они были так тесно расположены, что одна из них даже вырвалась на свободу и тут же упала вниз прямо за нашими деревьями,  оставляя за собою длинный хвост. Вроде бы на  балконе  ничего такого необыкновенного  и не произошло.  Но  я давно  так не вникал в красоту тишины и неиссякаемою  её глубину с тех пор, как  я внезапно лишился   видеть эту женщину и слушать её одурманивающий голос. Я поневоле взял её за талию и нежно поцеловал её  как свою любимую дочку.  Она покорно сложила голову мне на плечо… 

-Лейлочка…

-Я слушаю вас.

-Я был счастлив с тобой раньше…очень-очень!..  а сейчас – вдвойне…

-Взаимно, - она ответила как бы машинально и сменила тему разговора, - дядя Омар!  А что там за звёздами?

-Такие же звезды...

-А дальше?

-Знаешь,  милая, когда мне стукнуло семь лет, я у мамы спрашивал: «Мама, кто ещё живёт на этой земле?» А мама отвечала, сгибая пальцы: «Таджики, киргизы,  казахи, русские и немцы - фашисты. Теперь немцев нет –  мы их уничтожили! Стало быть, кроме нас ещё четыре нации». Я продолжаю: «Мама, а где кончается земля?» Она отвечает: «Я забыла. Рядом нас живут ещё и китайцы – там и кончается земля».  «А за ними сразу пропасть?»  «Конечно». «А за пропастью?» «Не спрашивай, сынок, это только самому Богу известно!»

-Ну, а дальше? – засмеялась Лейла.

-Очень захотелось  мне самому узнать обо всем подробно:  вырос, окончил школу, потом уехал учиться  и дальше... А когда я приезжал на короткое время домой, родители  плакали,   и  каждый раз  бросались  к  моим  ногам, чтобы удержать меня  хоть немного. Я снова и снова покидал их - постепенно привыкая  жить на просторе огромной нашей страны СССР.  В то время я уже сам  разобрался во всем, даже имел  некоторое представление  о нашей Галактике, а нашу Землю, как горошинку  в сравнении  солнцем, а  самой солнце -  намного  меньше от некоторых звёзд.  Под конец я узнавал, что где-то есть и моя собственная  звезда… ты не поверишь, Лейлочка.  Однажды  она вдруг  спустилась с неба, чтобы  побеседовать со мной, а потом улетела обратно.  Но когда  спускалась снова, так и оставалась на земле…

-Интересно. А где же тогда она теперь?

-Рядом  со мной стоит, и вопросы глупые задаёт... 

-Вот оно что, - посмеялась  она, - только знаете, дядя Омар, в голове у вашей звезды сидит какая-то бес и мучает её самой с тех пор, как она вас загнала тогда в больницу.

-Да?! - я вздрогнул, - это так просто объясняется: я долго тогда ждал её у открытого окна на морозе голышом и простудил щитовидную железу.

-И все?..

-И всё.

-Надо же, … а любовь – чем вы её  страшно напугали?
-Страшно напугал?!.. эта же моя собственная проблема. Причем тут любовь, дорогая моя? Я еще повторюсь: я  никогда-никогда в обиду ей  не дам

- Значит, она  придумала  всякие гадости и так плохо вела себя?..

-Скорее всего, да, милая ты моя…


Продолжение следует...