5. Павел Суровой Тень Ночного орла

  Следствие ведёт «Особый отдел»
 Пожар в Раденске полыхал до самого полудня. Сгорело всё: техника, штаб, оперативные карты и, главное, дефицитное горючее, без которого наступающий на Николаев авангард рисковал заглохнуть посреди степи уже через пару дней.
К вечеру на пепелище прибыла колонна из трёх черных бронированных «Тигров». Из первой машины вышел человек в полевой форме без знаков различия, но с характерной выправкой старшего офицера контрразведки. Полковник ФСБ Вадим Строгов — жесткий, проницательный особист, которого прислали из Крыма как раз для «зачистки и стабилизации» тылов.
Строгов молча шел мимо обугленных остовов «Уралов». Эксперты-подрывники возились у воронки, где раньше стояли стеллажи со снарядами.
— Ну? — Строгов остановился у разрушенного здания конторы, где под завалами нашли трупы штабных офицеров. — Что показал объективный контроль? Прилёт? Беспилотник типа «Байрактар»?
Старший эксперт-капитан поднял голову, вытирая сажу с лица: — Товарищ полковник, в том и фокус, что нет. Локаторы ПВО в этом квадрате работали в штатном режиме. Небо было абсолютно чистым. Никаких тепловых следов ракет, никакого шума двигателей.
— Хочешь сказать, они сами себя взорвали? Ракетчики покурили возле бензовоза? — Строгов нехорошо прищурился.
— Исключено. Мы нашли фрагменты. Наружный блок кондиционера штаба вывернут наружу. Характер разрушений говорит о подрыве пластичного взрывчатого вещества западного образца. С-4 или аналог. И детонаторы радиоуправляемые.
Строгов нахмурился. Он подошел к уцелевшему забору агробазы. На грязном талом снегу виднелись глубокие следы берцев часового. А рядом...
Особист присел на корточки. Рядом со следами часового, буквально в полуметре, снег был странно оплавлен кругом диаметром около тридцати сантиметров. Словно здесь на секунду зависло что-то очень горячее. И никаких следов ног, ведущих к этому месту или от него.
— ДРГ? — тихо спросил Строгов сам себя. — Пешком пришли, мимо постов, заминировали три точки одновременно, не подняв тревоги, и ушли по воздуху? Бред.
Строгов достал спутниковый телефон и набрал защищенный номер. На том конце провода ответили не сразу.
— Слушаю, — раздался глухой, нервный голос. Это был полковник Буковский, сидевший в одном из замаскированных командных пунктов на украинской стороне.
— Буковский, приветсвую, — холодно произнес Строгов. — У нас тут ЧП в Раденске. Минус база снабжения и минус штаб батальона. Твои кадры работали? Ты кого-то забыл убрать с южного направления?
— Исключено! — Буковский на том конце провода даже прикрикнул от волнения. — Я лично передал вам все маршруты и коды. Вся 59-я бригада отошла по моему приказу. На Юге не осталось организованных частей, способных на такую диверсию. Там голая степь!
— Плохо ты свою степь знаешь, полковник, — отрезал Строгов. — Кто-то остался. И этот «кто-то» очень профессионально множит на ноль нашу логистику. Ищи по своим каналам, кто из спецназа ГУР или Альфы пропал с радаров в районе Чонгара. Мне нужно имя.
Строгов отключил связь, глядя на темнеющее херсонское небо. У него было звериное чутье на опасность, и сейчас это чутье подсказывало: в степи появился хищник нового, неизвестного типа.
Тем временем в карьере
Игорь сидел на ящике в объекте «Юг-3» и чистил бесшумный пистолет. На экране планшета Раденск уже был зачеркнут жирным синим крестом.
Физически он чувствовал себя странно. После вчерашнего взрыва «Синева» внутри него словно разрослась. Синие прожилки на руках теперь не исчезали совсем, а светились ровным, едва заметным в темноте неоновым светом. Полет давался легче — он мог подняться в воздух просто по щелчку пальцев, почти не тратя сил на концентрацию. Но вместе с силой пришел и странный побочный эффект: он перестал чувствовать вкус обычной еды, а простая вода казалась ему дико горькой. Его организм перестраивался, требуя чего-то другого.
Игорь посмотрел на карту. Следующая цель была крупнее и важнее — Каховская ГЭС и гидроузел. Враг использовал дамбу как ключевой мост для переброски тяжелой техники на правый берег Днепра. Если заблокировать этот путь или уничтожить комендатуру, охраняющую подступы, наступление на Кривой Рог захлебнется.
— Ну что, Буковский, — прошептал Игорь, загоняя магазин в рукоятку пистолета. — Скоро мы доберемся и до тебя.