Робин Гуд стрелы, монеты и Шервудский беспредел

Я, Робин «Лук» Гуд, стою на краю холма, смотрю на Ноттингем внизу и думаю: «Какого чёрта я ввязался в эту историю с королевским золотом?» Рядом стоит маленький Джон — здоровяк с руками, как у гориллы, он чешет затылок так усердно, будто надеется выкопать там гениальную идею.

— Робин,
— бубнит Барни,
— а может, ну его, это золото?

Давай лучше оленей постреляем? 

— Барни,
— если бы я слушал тебя каждый раз, когда ты предлагаешь «лучше оленей», мы бы до сих пор жили в пещере и ели сырое мясо. 

— Но мы и так живём в лесу и едим… 
— Замолкни. И смотри туда. 

Внизу, по дороге к замку, тянется вереница повозок с мешками. Всё началось с того, что шериф Ноттингема решил сыграть в благородство. Объявил: «Король едет с визитом! Собираем золото на торжественный приём!»

А мы с ребятами решили: «Почему бы не помочь королю сэкономить?» План был прост: перехватить один мешок по дороге в замок, оставить бедным — пару монет, себе — побольше, шерифу — кукиш.

Но кто;то нас сдал. Или, точнее, перепутал. Вместо мешка с королевским золотом мы схватили… мешок с голубиным кормом.

— Это что, Робин?
— Уилл поднял горсть серых зёрен. 
— Похоже на… 
— Голубь! — радостно заорал Уилл, наш местный шут, прыгая и размахивая мешком.

— Мы ограбили голубя! 

Тут из;за деревьев вышли шестеро стражников: сапоги, мечи, шлемы. Во главе — сам шериф, жирный, с двойной складкой на подбородке и ухмылкой до ушей.

— А, Робин Гуд!
— заржал он.
— Опять кормишь бедных?
На этот раз пернатых? 

— Просто тестируем новый рацион,
— я подмигнул и бросил горсть корма в его сторону.

— Хотите попробовать? 

Завязалась драка. Я стрелял стрелами с записками «Оплачено Робином Гудом». маленький Джо крушил всё дубиной, Уилл кидал в стражников голубиный корм: «Чтобы они тоже почувствовали вкус нищеты!»

Мы сбежали в лес, но шериф кричал вслед: 

— Найду
— повешу всех!

А тебя, Гуд, повешу дважды — за наглость! 

На следующий день на рыночной площади глашатай читал указ, толпа шумела: «Король объявляет турнир лучников. Приз — тысяча золотых. Но победитель должен отдать половину шерифу „на нужды города“».

— Ловушка,
— сплюнул маленький Джо. 
— Конечно, ловушка,
— я ухмыльнулся.
— Но кто сказал, что мы будем играть по их правилам? 

Мы решили: я участвую под видом простого крестьянина, выигрываю, а ребята устраивают отвлекающий манёвр. План на 70;% гениальный, на 30;% — безумный. Как всегда.

Турнир. Я в лохмотьях, лук — старый, потрёпанный. Шериф смотрит на меня с презрением: 

— Ты что, крестьянин, решил попытать счастья? 
— А что, нельзя?
— я почесал затылок.
— У меня дед был лучником.
Правда, слепым. Но он говорил: «Главное — верить». 

Выстрелы. Я попадаю во все мишени — стрелы вонзаются точно в центр. Толпа ревёт. Шериф хмурится.

Финальный раунд — стрельба вслепую. Я натягиваю тетиву, поворачиваюсь спиной к мишени… и стреляю через плечо. Попадание! Толпа сходит с ума от восторга.

Шериф бледнеет:

— Как?! 
— Дед научил,
— я пожимаю плечами.
— Он же был слепым, вот и тренировал меня стрелять так, чтобы он мог «увидеть» результат. 
Толпа хохочет, шериф краснеет от злости.

Как только мне вручают мешок с золотом, начинается хаос. Маленький Джо взрывает дымовую шашку — громкий хлопок, облако дыма окутывает площадь. Флинт выпускает стаю голубей прямо в лицо шерифу — один голубь даже садится ему на шлем. Брат Мартин, наш монах;боец, бьёт стражников по головам Библией, приговаривая: 

— Отче наш, иже еси на небеси…
— удар
— …да святится имя твоё! 

Мы хватаем золото и бежим в лес. Но шериф не сдаётся — пускает по следу собак и сотню стражников.

— Робин,
— задыхается маленький Джо,
— они нас окружают! 
— Значит, играем по;крупному,
— я достаю рог.
— Брат Мартин, твоя очередь. 

Монах достаёт из;за пазухи свирель и начинает играть народную мелодию. Звук свирели перекрывает шум погони. Стражники сбиваются с шага, начинают топтаться на месте, неуклюже пританцовывать. Собаки лают в такт.

— Что это?! — вопит шериф. 
— Народная терапия, — я подмигиваю.
— Танцуйте, господа, танцуйте! 

Мы уходим в лес, смеясь. Золото делим на всех — часть отдаём бедным семьям, часть тратим на новые стрелы, часть — на Эль.

Вечером у костра маленький Джо жарит кабана, Уилл рассказывает байку, Брат Мартин играет на свирели что;то лиричное.

— Робин, — Барни протягивает мне кружку эля, — а что дальше? 
— Дальше? — я делаю глоток, смотрю в огонь. — Дальше будет новый день, новый план и новый мешок золота, который очень просит, чтобы его украли. 

Уилл взрывается хохотом: 
— И новый мешок голубиного корма! 
— Замолкни, Уилл. 

Но я тоже смеюсь. Потому что в Шервуде жизнь — это одна большая игра. И пока мы помним, что смеёмся последними, — мы побеждаем.