Белая ласточка

1. Белая ворона


Почему я не могу писать, как все нормальные люди пишут?

Либо стихи, либо прозу.

С героями - антагонистами и протогонистами, их монологами и диалогами, описаниями того и этого.

С фабулой и концепцией.

С сюжетом и композицией.

С вымыслом и домыслом.

С экспозицией, завязкой, развязкой, финалом.

Как положено!

Как повелось тысячелетиями.

Не нами заведено, не нам и отменять.


Что это вообще такое?

Стихотворения в прозе?

Проза в стихах?

Слова-струи,
Словечки-поцелуи,
Наречий град,
Междометий звездопад.

Целует меня предложенье
И делает предложенье.

Обнимает глагол,
Беззастенчив и гол.

Двоеточья, тире
Льнут как к родной сестре.

Так порешила речь:
Ты мне не перечь,
Гордая!
Я  не перестану течь
Сквозь твое горло.

Ибо нет в тебе
Для меня преград,
Ибо ты по судьбе –
Радуга и водопад.

Больно уж харизматично выражаетесь вы, автор.

Жизнь куда грубее. Злее, честнее.

Уйми, деточка, лепет, а ты, девушка - трепет.

Об одном тебя прошу, друг Аркадий, не говори красиво.


Скручиваю я и мучаю мою удачу едучую, жгучую.

Тычу перстом в тучу.

Точу заточку, к случаю.

Кычу и кукую, терплю и тоскую.

Точнее не растолкую.


Проза, мечтающая стать стихами. На глазах читателя превращающася в них.

Стихи, стоящие у порога, стучащиеся в дверь. Ну что же ты, автор! Впусти нас! Мы твои!


Глубокое, безусловное, никогда не проходящее ничем не уничтожаемое внутреннее убеждение, что я не такая, как все.

Откуда оно взялось?

Люди довели? Затравили,замучали, изгнали?

Я с этим родилась.

Не как все, не как все, не как все...

Белая ворона.

Так меня дразнили в детском садике. После слова воспитательницы, не помню, по какому поводу: Ты, Ольга, вечно как белая ворона.

Дети в упоении бегали вокруг меня, хоровод водили и выкрикивали:

Белая ворона! Белая ворона! Белая ворона!

Рева-корова! Дай молока! И кусочек пирожка!

Рева-корова тут в рифму (ее и дети признают, чуют) - к  "ворона".

Плакса-вакса, гуталин, на носу горячий блин.

А глоточек молока из соска и кусочек пирожка - намек взрослый, нехороший.

Обида. Да.

Но я не плакала. Хотя вообще-то плачу легко, из-за всяких пустяков.

Но плакать в таких случаях нельзя.


Держись.

За жись.

Скажи - я жива, и вот, такова!

Хотя бы мысленно, выговори это.


Внутренним слухом услышат.

Эхом ли, ухом.

Вдохом, выдохом, духом -

Тем, чем дышат.


Жизнь пропишет

В своем уставе:

Надо оставить.


На развод.

На всякий случай.

Завтра - каждого жжет.

Что еще нас там ждет?

...Вот так-то лучше.


Б.В - метафора, используемая в русском языке для обозначения лица, имеющего поведение или систему ценностей, отличные от других лиц своей общности. Вороны с белым оперением в природе очень редки, так как их цвет обусловлен  альбинизмом. Они более уязвимы для хищников из-за своей заметности. Белая ворона - противоречивый символ необычности, инаковости, часто сопряжённой со страданием, непониманием и отчуждением со стороны окружающих, и, в то же время, некой избранности, чистоты, беззащитности.


Белая ворона - с шипами корона.

Не виноватая я! Что не вата я.

Он сам пришел (рок).

Вдоль тебя и поперек - рок строг!

Такой родилась. Намучалась всласть.

Ничего я плохого не делаю стае. Тетрадь листаю.

Вот, пишу. Ничего ни у кого не прошу.

Я не прошу о месте - мое место уйдет со мной вместе.

Не гонюсь за ценой - все мое со мной.

Я не хочу хвалить любовь свою,

Я никому ее не продаю.


Не заклевывайте меня до смерти!


Но они, вмиг распознав инакость, почуяв чуждость, отворачиваются.


Не грубы.

Но - сдвинутые брови, поджатые губы.


И, хоть и не до смерти, но клюют.

Суд - лют.


Неужели из-за масти

Мне не будет в жизни счастья?


Выбор у меня  невелик - между вороной белой и черной овцой.

Идиома «чёрная овца» имеет более сильную отрицательную коннотацию.

Это символ интровертности, ассоциальности, социофобии, аутизма.

Ч.О. - типичный белый цвет овечьей шерсти обусловлен не альбинизмом, а доминантным геном. Для того, чтобы у белой овцы от белого барана родился чёрный ягнёнок, необходимо, чтобы оба родителя были гетерозиготны по рецессивному гену «черноты». Но и в этом случае вероятность рождения чёрного ягнёнка составляет лишь 25 %. Держать чёрных овец было
коммерчески невыгодно, так как их шерсть низко ценилась, её невозможно было выкрасить в желаемый цвет. Поэтому чёрных овец отбраковывали, не допуская к размножению, но вновь появляющиеся в стаде чёрные ягнята рождались от белых родителей.

В средние века из-за непонимания причин этого явления, чёрного ягнёнка считали «помеченным дьяволом».

Овцы черные это диссиденты, борцы с доминирующей системой, с официально принятой идеологией, государственной политикой.

Я не диссидент, не бунтарь, не воин.

Попробую в женском роде, как сейчас положено:

Не подписантка, не белоленточница, не поравалистка (еще-потерпистка), не сиделица, не инагентша.

Вообще не член (не членша, о боже!) какой-либо группы, партии, общности.

Я просто сама по себе.

Сама в себе, в своей судьбе.


Белые вороны - чудачки и чудаки.

Очумелые чуваки.

Чисто чудики.

Чудные людики.


ЧУдные или чуднЫе?

Не чужие, родные.


Люди, я ваша сестра,

С утра и до вечера,

С вечера и до утра,

Навечно.


Без меня народ не полный.



2. Гадкий утенок


Эту книжку в детстве любила и боялась.

Так любила, что боялась.

Так боялась, что любила.

Убирала ее с глаз подальше. За другие книги, к самой стенке шкафчика. Потому как увижу - боль.

Плачу, не могу иначе.


Я гадкий утенок.

Хотя на вид всегда была вполне себе миленькой, и в детстве и потом (могу описать внешность свою, слов хватит).   

И даже красавицей, временами.

Но - несомненно, утенок, и при том гадкий.

Персонаж из сказки Андерсена.

Отчасти, сам Ганс Христиан Андерсен.


Пожалейте, люди, гадкого утенка. Даже тогда, когда он стал лебедем.

Ведь в сущности, ничего не изменилось.

Скажи на милость.

Внешне-то он лебедь, а внутри все такой же.


Это не о некрасивости.

Это о нелюбимости.


Верьте. Уж кому и  знать, как не мне.

Может, даже лучше, что ворона я белая, а утенок я гадкий. Так красивее (по-народному, красивЕе). И правильнее (по-народному - правильнЕе).

Но не счастливее (по-народному - так же).

Может, можно как-то исхитриться, притвориться.

Чтобы стать невестой принца.


Нет! Чтобы сбыться

И не забыться!


Выкраситься, наконец, в черный цвет.

Почему бы нет -

Хоть сапожной ваксой.

Перестать быть плаксой.


Чернилами!

Пиши, пиши, пиши.

Не для черни.

Для души.


А в сущности, мы все, без единого исключения - утята гадкие и белые вороны.


Летучие коровы.

Не без уронов дроны.


Каждый по-своему,

Воя воем.


Изгои, парии, чмо!

Построились рядами!

Шагом марш!


Равнение на белую ласточку!

Летит она впереди нас, освещая путь.



3. Ласточка


Кружит над моим окном.

Кружево кружения.

Вот возникла на мгновение, крутанулась на краю крушения.


Зигзаг в лазури, в воздушной хмари, эфирной буре.


Тур, тур! Жете!

Реверанс красоте!

Фуэте!


Ласточка - пернатая балерина.

Из весеннего царства, птичьего государства.


Олицетворение грации.

Вечной для бескрылых провокации - самим пуститься в полет.

Вперед!


Я знаю ее секрет.

Существа двойственного: не от мира сего, но и не от мира иного.


Меж дольним и горним,

Меж счастьем и горем.


Несет на своей спинке Дюймовочку.

Катает малюток-эльфов.

Доставляет письма и посылки с облаков на землю, с земли на облака.


Божья почтальонка.

Та, кем я стану после смерти.


Господи! Когда умру, сделай меня своей ласточкой!


В тельце ее всели,

Ангелов повесели.


В департаментах горних
Я всего лишь курьер,
Вестник счастья и горя,
И не ищу карьер.

Ландышам и поэтам
(Факс – устарел, как фарс)
Передаю приветы,
Тет-а-тет и анфас.

Из шампанского пены
Лесенка сплетена.
Я взберусь по ступеням,
Не держите меня.

Ввысь, в земные объятья,
По спирали строки!

Меж мирами, собратья,
Есть тоннели - стихи.

Лучшее о ней стихотворение, то, что проходят в школе, что знает наизусть, наверное, все население страны, хотя заучивать никто не заставлял:

Травка зеленеет, солнышко блестит.
Ласточка с весною в сени к нам летит.

С нею солнце краше и весна милей.
Помаши с дороги нам крылом скорей!


Часть национального менталитета.

Одна из эмблем Родины.

Присяга русскому языку.


Здесь, в Венеции ласточки тоже обитают, с весны до осени.

Вьются в воздухе, издавая такой знакомый свист.

Посвист. Свирест.

Голос чист.

Трепещущий лист.

Лепет, щебет, трепет, который, в сущности и есть поэзия.


Как я жду тебя, ласточка, каждую весну.

Будь ее чертог
Трижды золотым,
Но далекий край
Не назвать родным.

Как трудно, почти невозможно добираться тебе на маленьких твоих крылышках, из Африки, через все параллели, домой.

Домой!

Слово милое - домой,
Ты одно у нас осталось,
То, что ворона картавость
Не ославила чумой.

По три-четыре дня кряду, в полете, не спускаются они с небес, не садятся на воду.

Не пьют ни капельки.

Я каждый раз переживаю - вдруг не долетят, сдадутся, упадут в океан.

Нет порою сил,
Труден перелет.
Только как весна
Без тебя придет?

На твоем пути
Горы и моря.
Ты лети, лети,
Ласточка моя!

И как же я тебе рада, когда ты, наконец, машешь мне с порога крылом.

Значит, можно жить дальше.

Дам тебе я зерен,
А ты песню спой,
Что из дальних странствий
Принесла с собой.

Я насыпала в кормушку, на балконе моей съемной квартиры на Лидо (сеней нет), хлебные крошки, пшено, подсолнечные семечки. И патентованный корм из зоомагазина.

Но они почему-то ничего этого не клюют.

Не поют.

И гнезд под моим кровом не вьют.

Что мне больно.


Надо бы написать рассказ о том, как девушка мастерит домик для птиц.

Старается. Стучит молотком, клеем крепит досточки, шлифует их наждаком.

Стены, дверца, крыша, два окошка.

Весь повыше - не достала б кошка.


Не то, не то.

Слишком маленький вышел домишко, тесно в нем будет птичкам.

... А этот слишком велик.

И дверца не открывается.


Ничего не сбывается.


Надо все начинать сначала.


Вот и получилось.
Теремок
Всем хорош, не низок, не высок.

Прилетайте, пташки,
Моей поклюйте кашки.


Но никто не селится в скворечнике.


Очень уж это похоже на мою судьбу.


Дым, улетевший в трубу.

Есть дом, да никого - в нем.


Домик-то построен, да жить в нем не получается.


И все ж, душа моя с нею венчается!


Ласточка, касаточка,
Пой песню, пой.
Лапушка, красавица,
Христос с тобой.

Голубые воздухи очнулись
После долгих зимних похорон.
Ласточки на землю потянулись
Из своих заоблачных хором.

Ты не плачь, сестренка, над убитым –
Вот, теплея, дрогнули ланиты.
В круглых ладанках откос речной,
Воротились ласточки домой.

В воздухе мелькали, как лопатки,
Черную могилу вороша,
Чтоб коснулась с ласкою касатки
Домовины Лазаря – душа.

Неизменно достоянье птичье,
Слабой грудки пестованный сад.
Те ж они, свидетельницы притчи,
Над полями русскими летят.

Видишь, в небе выстроились лестнички,
Засновали хлопотуньи-ласточки,
Все невесты бедные, Одетты,
В старенькие платьишки одеты.

Вот уж, сквозь больничное окно
В руки к нам летит веретено.
Шитовильце, божия игла,
Землю с небом сшила, как могла.

Юной Богородицы подружки,
В фартучках прислужницы весны.
И бровей моих крутые дужки
Вековым свиданьем сведены.