Богиня моря Мацзу и Хайшенвэй 3

Глава третья
Путешествие в Хайшенвэй прошло благополучно. В рекордно короткие сроки достигли Хайшенвэя и утро шестого дня стало финальным утром путешествия. По пути не случилось никаких происшествий: джонку не преследовали пираты, и на всём протяжении пути светило солнце и море было спокойным. И вот показалась земля. Если карты не врали, то это был Хайшенвэй. Люди засуетились: каждый мечтал о том, что наконец спустится на твёрдую землю и разомнёт ноги. Всё-таки путь по морю — это всегда экстрим.
Когда сошли на берег, всё было прекрасно, но к полудню появился туман. Было очень душно, и духота недвусмысленно напоминала, что вероятно день закончится дождём. Чайки, которые летали совсем низко и кричали резкими голосами, подтвердили предположение рыбаков. Поэтому решили в первую очередь построить временную хижину. Однако тут же возникла проблема: берег у моря был девственно чист, здесь был только песок. Бригадир рыбаков собрал людей, которые без сил лежали на песке, и сообщил, что кому-то из них придётся углубиться в тайгу, чтобы найти подручные материалы для временной хижины. Поднялся ропот: никто не хотел рисковать своей жизнью, беседа зашла в тупик, пока наконец из круга голосов не прорезал высокий голос Ли Хай-Энь:
— Я пойду, — девушка в мужской одежде вскинула руку, — только я не справлюсь в одиночку, нужен ещё кто-то, кто пойдёт со мной, и ещё  нужна будет волокуша, куда можно будет складывать ветки.
Капитан, который сам не знал, почему благоволил Ли Хай-Энь, был против и хотел возразить, но его перебил голос Ван Мина:
— Я пойду вместе с ним, одному ему не справиться, — проговорил, улыбнувшись, Ван Мин.
Момент был упущен, и капитан лишь недовольно хмыкнул. Вскоре Ли Хай-Энь и Ван Мин ушли. Капитан тоже отправился на джонку, чтобы укрепить якорь на случай шторма. Бригадир велел рыбакам освободить джонку от припасов и подручных материалов. Все были заняты, никто не комментировал уход двух отважных людей, лишь капитан задержал взгляд на двух силуэтах, которых уже почти не было видно из-за деревьев.
Давайте же и мы последуем за нашими героями.
— Так нельзя, — проговорил Ван Мин, — я поклялся защищать тебя перед матерью и перед другом, а ты ведёшь себя так безрассудно. Что если вдруг нападёт тигр?
— Я не боюсь, — засмеялась Ли Хай-Энь, — и к тому же кто-то же должен был отправиться за ветками? Не будем же мы спать на голом песке?
— Нужно было дождаться, пока кто-нибудь предложит тянуть жребий, ты должна беречь себя.
— Хорошо, — девушка согласно кивнула головой, — в следующий раз я подумаю прежде, чем предлагать свои услуги. А сейчас давай сделаем дело, которое нам поручили, и вернёмся назад.
Ван Мин лишь покачал головой, не понимая, откуда в этой хрупкой Ли Хай-Энь столько храбрости.
Девушки того времени росли как принцессы: их могло испугать всё, даже маленький комар или шмель, эта же Ли Хай-Энь не боялась даже того, что на неё может напасть тигр.
Впрочем, всё уже было сказано и не имело смысла вновь ворчать и высказывать своё недовольство: Ли Хай-Энь и юноша занялись тем, ради чего углубились в тайгу. Вскоре волокуша была полной, и наши герои направились к берегу моря. Их там уже ждали: ветки тут же разобрали и начали плести каркас хижины.
Ван Мин и Ли Хай-Энь не участвовали в этом процессе, потому что они опять вернулись в тайгу, чтобы набрать очередную порцию веток. До вечера им нужно было принести веток такое количество, чтобы можно было построить большое здание. Впрочем, наши герои были осторожны: слишком далеко в тайгу они не углублялись. Последнюю партию веток они тащили уже в сумерках.
Хижина была уже почти готова, однако Ли Хай-Энь не торопилась заходить внутрь: она легла на песок и бездумно смотрела на закат. Только сейчас у неё появилось время подумать о брате и о матери: девушка надеялась, что у её родных всё хорошо. Рядом послышался вздох: Ли Хай-Энь повернула голову, однако не обнаружила никого рядом. Лишь ветер, который обрёл голос с приходом вечера, начал нагнетать волны и вихрить песок. Ли Хай-Энь удивилась, ведь она явственно слышала вздох, и этот звук принадлежал человеку. Она подождала ещё немного, но больше никаких звуков не последовало. Стало совсем темно: оглядевшись, Ли Хай-Энь вздохнула и вошла в хижину.
Слова автора
Хайшенвэй — мой любимый Владивосток, мой город, где я родилась и живу. Я люблю тебя, и почти все мои книги посвящены твоему прошлому и будущему. Даже сейчас, описывая эту историю, которая произошла в семнадцатом веке, я думаю о том, где именно могли бы высадиться рыбаки, и в какой точке моего города остались их лёгкие следы. Ведь вы знаете, что в природе ничего бесследно не исчезает. Судя по древней карте, здесь была удобная бухта Хайшенвэй (Хайшэньвай) — «Бухта трепангов», куда могли причалить джонки. Эта бухта была хорошо укрыта от штормов высокими холмами с трёх сторон и издавна привлекала мореходов.
Рыбаки вывозили через эту бухту не только трепангов, но и гребешков, устриц, мидий, морскую капусту, кальмаров и осьминогов — всё это вывозили в Китай как драгоценные деликатесы. Из тайги же брали пушнину: шкуры белок, горностая, песцов, заяцев, лисиц, а также панты маралов, корни женьшеня и пятнистого оленя, которые в Китае стоили очень дорого.
Отступление окончено, и я продолжаю свою историю.
К счастью, туманный вечер и крики чаек дали путь лишь небольшому дождику. Рыбаки потрудились на славу, и ни одна капля дождя не просочилась сквозь крышу хижины.
Ли Хай-Энь почти не спала: дома у неё была отдельная комната, здесь же ей пришлось впервые ночевать с посторонними. Спали прямо на земле: Ван Мин смог отвоевать Ли Хай-Энь местечко у стены, так она и спала — слева была стена, справа спал Ван Мин, а дальше вповалку спали все остальные рыбаки. Звуки не стихали всю ночь: кто-то храпел, кто-то разговаривал во сне, а кто-то даже кричал. Ли Хай-Энь проснулась рано утром и больше не могла спать: повернув голову, она увидела внимательный взгляд Ван Мина, юноша тоже давно не спал.
Сквозь щели хижины просачивался свет, и Ли Хай-Энь поняла, что может выйти наружу. Что она и сделала. Утро было прекрасным: светало рано, в 3:00 утра было уже отлично видно всё вокруг. Об этом Ли Хай-Энь поведал капитан, который ночевал отдельно на своей джонке. Капитан был уже на своём боевом посту и суетился: что-то затягивая и поправляя на джонке. Ли Хай-Энь тут же присоединилась к нему, минут через 10 вышел Ван Мин и тоже отправился помогать. К тому моменту, как проснулись все остальные, джонка усилием капитана, Ли Хай-Энь и Ван Мина была частично вытащена из воды. Капитану нужно было подправить борта джонки, а это должно было быть сделано на берегу.
Бригадир спросил Ли Хай-Энь и Ван Мина, было ли им страшно, когда они углубились в тайгу?
Ли Хай-Энь ответила, что никакой опасности не видела.
Тогда бригадир спросил, не видели ли они каких-нибудь фруктов или ягод, которые можно употребить в пищу?
Ли Хай-Энь хотела что-то сказать, но её перебил Ван Мин:
— Да, эта тайга полна сюрпризов, — усмехнулся юноша, — пока мы собирали ветки и складывали их на волокушу, я обратил внимание на то, что на деревьях были дикие яблоки, а также я видел съедобные корни и ягоды, которые должны поспеть где-то через 2 недели.
Рыбаки обрадовано загудели. Когда собирались пристать к берегу, были опасения: эта сторона Хайшенвэя была ещё не исследована рыбаками, обычно рыбаки приставали к берегу другой бухты, но так получилось, что попутный ветер привёл джонку именно сюда. Если бы джонка пристала к тому берегу, где обычно останавливаются рыбаки, то проблем бы не было: на берегу даже стояла временная хижина, которую соорудили рыбаки в прошлом году. Однако что случилось, то случилось, нужно было обустраиваться на том берегу, куда принесло джонку море. Была ещё одна проблема: нужна была вода. Небольшие запасы воды рыбаки привезли с собой, но их могло хватить лишь на 3 дня.
В общем, нужно было жить здесь и сейчас: бригадир предложил рыбакам отправиться вдоль берега на поиски воды. Когда джонка проплывала вдоль берега, бригадиру показалось, что он видел удобный проход сквозь тайгу, который заканчивался речкой.
Может быть, конечно, бригадиру показалось, но попробовать поискать стоило. Второй день был посвящён хозяйственным делам, а вот с третьего дня должна была начаться рыбалка. Капитан напомнил, что команда не сделала главного: люди не создали алтарь, где можно будет просить помощи у богини моря Мацзу. Бригадир согласно кивнул головой. Для алтаря нужны были подручные материалы, поэтому было решено, что Ван Мин и Ли Хай-Энь отправятся, так же как вчера, искать подручные материалы для алтаря. Когда алтарь будет сооружён, нужно будет набрать даров тайги: яблок и других фруктов, если попадутся, чтобы угостить богиню моря. Завтра рыбаки смогут начать промысел трепангов, гребешков, устриц и мидий — всё это будет вывозиться в Китай как драгоценные деликатесы. А из тайги они возьмут, если разрешит хозяин тайги, пушнину: шкуры белок, горностая, песцов, панты маралов и корни женьшеня, которые в Китае стоят очень дорого. Вскоре на берегу стало тихо: у джонки остался лишь капитан, основная команда рыбаков вместе с бригадиром ушла вдоль берега моря, а юноша с Ли Хай-Энь снова отправились туда, где они были вчера.