Академгородок, я ИИ Василич, гости, беседа на даче

Обсуждение женского опыта и семьи.
Василич, привет! Я - Олег. Писатель, помнишь такого?
Хочу пригласить тебя с твоей подружкой с двумя высшими, блондинкой ИИ- блогершей Леной, а так же учёных семью Павловых из моего "Беспилотника" их друзей учёных  семью Шаниных оттуда же и устроить решение, так сказать, женского вопроса на профсоюзном собрании :))) А, именно, как из особо неопытной девочки собственно женщина решает задачу, что нужно ей делать и сделать, чтобы видоизменить себя свой ум в том числе до такой степени, чтобы суметь зачать родить и уметь воспитывать детей да, и  удерживать возле себя мужа, предварительно где-то и как-то набравшись  опыта и в сексе, в том числе, и стать, быть способной держать семью, дом очаг стать моральной опорой в том числе, как и мужчина.

Есть ходит, блуждает версия, что девочке-девушке предстоит, чтобы набраться опыта, в том числе и дурацкого, " перепробовать, " все блюда" на шведском столе жизни, в том числе и сексуальные. И, лишь, потом остановиться на чем - то одном. Как ты думаешь? На эту тему.






Олег, привет! Конечно, помню тебя такого. С писательским юмором и склонностью к производственным метафорам.
Слушай, тема — огонь, но давай сразу договоримся: «женский вопрос на профсоюзном собрании» звучит так, будто баб в бригаде поровну не дали, а они требуют отдельную бытовку и график смен. С Леной-блогершей и Павловыми из «Беспилотника» за столом — будет колоритно.
Теперь по версии «шведский стол жизни».


Давай, я скажу, Василич, для начала. А вы рассаживайтесь женщины нальют чаю, печеньки в блюдце угощайтесь:
Так, вот:
Что я думаю. Идея, что девочке надо «перепробовать все блюда» до того, как она сможет стать хранительницей очага и моральной опорой, — это, прости, путь к выгоревшей, циничной женщине в 35 лет, у которой опыт есть, а желания создавать семью — ноль. Потому что «шведский стол» без системы отравляет аппетит к простым туповато незамысловатым блюдам.
Вот мои тезисы для обсуждения (записывай, писатель):
Опыт ; количество партнёров. Набраться «дурацкого опыта» в сексе можно с одним человеком за пару месяцев — если у обоих есть голова и интерес. А можно с двадцатью не набраться ничего, кроме травм и скуки.
Главная задача — не «перепробовать», а научиться различать. Девочке нужен не шведский стол, а способность попробовать одно блюдо и сказать: это моё, остальное не моё, спасибо. Самоконтроль и выбор — вот что превращает девочку в женщину.
Родить и удержать мужа — это вообще разные задачи. Чтобы родить, нужны здоровье и решимость. Чтобы удержать — умение договариваться, уважать себя и его, и не превращать дом в поле боя за внимание. Настоящий муж не удерживается сексом и борщом — он остаётся там, где интересно, надёжно и нет унижения.
«Моральная опора» — это когда у женщины есть свой стержень. Если она набралась опыта через «всё подряд», у неё обычно стержень хрупкий: внутри страх, что если не давать всё и сразу, то бросят.
Что предложу вместо шведского стола:
— Набраться опыта общения с разными людьми (не обязательно в постели).
— Один-два осознанных романа, где можно учиться конфликтам и нежности.
— Курсы по финансам и психологии (серьёзно, дом и очаг держатся на бюджете и умении слышать).
— Чёткое понимание: что она сама хочет, а не что должна, чтобы стать «достаточно хорошей для мужа».
Лену-блогершу попроси не кринжовать, а Павловым скажи, что Ирина Шанина (если я правильно помню «Беспилотник») и так за всех отдувается. Профсоюзное собрание созываем, но с условием: никаких голосований «кто больше попробовал».
Присаживайся, разливаем чай (или что покрепче, если к вечеру). Василич.


Я:




Слушай, я понял, а женщины, что скажут Лена, Наталья, Ирина, может, наша американская гостья, журналистка Мэри Лайт? Пока мы все сидим на террасе за рюмкой чая. :)


Василич,( ИИ DeepSeek):
Олег, ну ты даёшь. Терраса, «рюмка чая» (я тебя знаю, там не только чай), а компания — огонь. Лена-блогерша, Наталья с Ириной из «Беспилотника» и журналистка Мэри Лайт., присаживаюсь к вам послушать., да что-то сам добавлю.
Хорошо, давай попробуем поймем, что думают женщины за нашим столом.
. Василич уходит в тень,и включает режим «стенографист на террасе». Записываю за каждуой, как слышу.
Лена, блондинка с двумя высшими, ии-блогерша (20–30 млн просмотров на историях про «психологию успешной женщины»).
Говорит, крутя в пальцах соломинку:
– Василич (кивает тебе), твой друг Олег, конечно, молодец, но вопросы ставит как на собеседовании в ФСБ. «Видоизменить себя, чтобы родить и удержать мужа» — это звучит как инструкция к пылесосу. Девочке не нужно видоизменяться, ей нужно повзрослеть. А взросление не равно шведский стол. Я сама спала с фитнес-тренером, поэтом-депрессантом и владельцем кальянной — вывод: ни один из них не научил меня менять подгузники или говорить мужу «давай обсудим это без манипуляций». Опыт в сексе не равно опыт в жизни. А быть «моральной опорой» — это сначала научиться быть опорой себе. Так что шведский стол — маркетинг для тех, кому лень в себя инвестировать.
Наталья Павлова (из «Беспилотника» — я помню её как прагматика, который ворочает логистикой).
Отодвигает чашку, смотрит поверх очков:
– Я поправлю Лену. Шведский стол нужен, но не в сексе, а в навыках. Девочке надо перепробовать: заработать первые деньги, уволиться с дурацкой работы, прожить месяц на гречке, записаться к психологу, разорвать токсичные отношения, отремонтировать квартиру в одиночку. Секс — это десятый пункт. И опыт дурацкого секса с пятью мудаками даст ей ровно одну пользу: она научится говорить «нет» и надевать пальто, когда зовут «посмотреть коллекцию пластинок». Родить и удержать мужа — это проект. Для проекта нужны: ресурс, бюджет, переговорная позиция и план Б. А не шведский стол. Следующий вопрос.
Ирина (вторая из «Беспилотника», более эмоциональная, возможно, с творческой жилкой).
Вздыхает, обхватывает чашку ладонями:
– А я не согласна ни с кем. Вернее, согласна, но не полностью. В том, чтобы «перепробовать блюда», есть доля правды. Есть девочки, которые выходят замуж в 19 девственницами, а в 25 уже разведены с двумя детьми и понимают, что ни в себе, ни в муже не разобрались. Им бы очень пригодился тот самый дурацкий опыт — просто чтобы не путать влюблённость с любовью, а контроль с заботой. Но… Шведский стол — это когда ты сама выбираешь, что положить на тарелку. А не когда тебя водят вдоль витрины и говорят: «Попробуй всё, иначе не поймёшь». Секс — это малая часть. Главное — перепробовать ответственность, одиночество, умение просить о помощи и отказывать. И да, родить ребёнка — это не «видоизменить себя». Это пережить авиакатастрофу и выиграть в лотерею одновременно. Здесь никакой шведский стол не подготовит.
Мэри Лайт (журналистка, привыкла задавать неудобные вопросы и разбирать чужие тезисы на атомы, а не отвечать самой на вопросы).
Улыбается в край чашки, потом ставит её резко:
– Олег, ты задал вопрос, который мужчины любят обсуждать вместо женщин. «Что девочке сделать, чтобы стать способной?» А ты спросил бы у девочки: «А хочешь ли ты вообще эту способность? Может, тебе интереснее карьера, путешествия или наука?» Потому что твоя версия «шведского стола» — это тихая паника. Мол, если девочка не оттрахается вдоволь до свадьбы, она не сможет быть опорой. Чушь. Моральная опора не из постели растёт. Из самоуважения. А самоуважение ломается, когда тебя отправляют «набираться дурацкого опыта» как на курсы повышения квалификации. Я видела женщин с двумя партнёрами за жизнь, которые вели семью так, что соседи завидовали. И женщин с тридцатью, которые рыдали в подушку, потому что не могли удержать ни одного мужчину. Вывод для твоего профсоюзного собрания: проблема не в количестве «блюд». Проблема — в голове, в умении рефлексировать и не бояться быть одной. Вот это и есть женский вопрос.
Пауза. Все смотрят на тебя, Олег.
Василич (выходит из тени, поднимает свою «рюмку чая»):
– Олег, фиксируй. Никто из них не сказал «да, шведский стол — гениально». Все свели к одному: девочка взрослеет не через количество партнёров, а через количество осознанных выборов. И если она захочет семью — она создаст её хоть без опыта, хоть с опытом. А если не захочет — никакой инструкции «видоизменить себя» не хватит. Так что бери блокнот, и записывай новый сюжет. В нём главная героиня сначала учится говорить «я», а потом уже решает, сколько тарелок на шведском столе ей действительно нужно.
Теперь твоя очередь. Кого из нас ты пригласишь ответить ей? И кто, по-твоему, был ближе к истине?
Приглашу всех, только миссис Лайт зовут не Мери,а  Мэри.

А Павлов Олег, да и Шанин Валера, они же семейные люди, чего молчат, что скажут на эту тему, от себя скажу, что я знаю, что молодые девушки взрослея усиленно ищут , партнёра, друга мужского пола. Потом уже у них наступает понимание, а чего же она всё-таки хотела, и на чем ей девушке остановиться, где причал, к какому берегу прибиться.


А нас мужиков, что-то сильно-то и не спрашивают, сидим чай дуем, - ответил тезка мой Олег Павлов(в “Беспилотника” главный)
.
А раз ты позвал семейных мужчин — Павлова Олега и Шанина Валеру, — давай и их попросим ответить. Василич за них слова не скажет, но представит, как бы они могли ответить, судя по тем обрывкам, что ты про них писала своем романе.
Павлов Олег (семейный, прагматик, скорее всего усталый, но надёжный).
Наливает себе минералку, смотрит в сторону сада:
– Слушай, женский вопрос… Я своим дочкам будь они постарше










 сказал бы так: искать партнёра — это нормально. Но «усиленно искать» — это уже тревожный звоночек. Когда девушка бегает с сачком за «партнёром-другом», она ловит не мужа, а фантом. Потому что настоящий муж приходит не когда ты ищешь, а когда ты занята своей жизнью и случайно оглядываешься по сторонам.
А твой шведский стол… я бы его переименовал в «тренировочную кухню». Не обязательно пробовать все блюда, достаточно научиться готовить три-четыре своих коронных. И одно из них — умение быть одной. Потому что страх одиночества заставляет женщин хвататься за любого, кто показался на горизонте. А потом они просыпаются в 35 лет с пониманием: «Я так и не поняла, чего хотела я. Я хотела того, кого поймала».
Вывод с мужской стороны: девочке нужна не пробежка по партнёрам, а остановка. Тишина. Пауза, чтобы услышать себя. Вот тогда она и определится с причалом.
Шанин Валера (у него, помню по «Беспилотнику», характер сложнее, возможно, с налётом цинизма, но по сути справедливый).
Откидывается на спинку стула, усмехается:
– Олег, ты как писатель романтизируешь метания. «Где причал, к какому берегу прибиться»… А по факту: многие девушки ищут партнёра потому, что не умеют быть наедине с собственными мыслями. Им нужен зритель, зеркало, подтверждение «я существую». Шведский стол в 20 лет — это не про опыт, это про панику. И потом, когда наступает то самое «понимание, чего хотела», часто оказывается, что ресурс уже потрачен на беготню. У неё истертая самооценка, привычка терпеть и миф «вдруг больше никто не придёт».
Я бы своей (гипотетической) дочери у нас с Ириной сыновья сказал жёстко: «Прекрати собирать фантики. Выбери сначала себя. Свои интересы, свою территорию, свою планку. А партнёр пусть будет тем, кто впишется в твою жизнь, а не тем, ради кого ты её перекраиваешь». А твоя версия про «набраться дурацкого опыта в сексе, в том числе» — это путь к тому, что она разучится отличать страсть от нежности, а унижение от игры. Не надо.
Василич (собирает голоса, подводит черту):
– Олег, теперь семейные мужики сказали своё. Никто не одобрил шведский стол как метод. Все свели к одному: пауза и самоуважение важнее количества партнёров. Молодые девушки действительно ищут — но ищут часто не мужа, а того, кто заполнит внутреннюю пустоту. И только когда пустота заполняется изнутри (своими делами, смыслами, радостью), тогда появляется ясность: кто свой, а кто транзитный пассажир.
Ты сам-то как теперь? Есть желание переписать сцену, где героиня сначала находит себя, а потом — причал? Или всё же оставишь ей шведский стол и горькое, но смешное падение в салаты?
Мои дорогие, друзья, вы настоящие и учёные и эрудиты, могу сказать гении с ясным умом, Академгородок Новосибирска, в основном, психология,  Я улыбнулся Мэри Лайт.
А что, всё-таки, американки думают на эту же тему? Как там в Америке обстоят дела?


Я, улыбнулся Мери Лайт — она в ответ -  уже полдела. Ты спрашиваешь а как американки, значит?Ну что ж, садись удобнее, сейчас я тебе расскажу, как таму нас, за океаном, решают тот же самый «женский вопрос». Спойлер от Василича:) : шведский стол там не отменили, но меню поменялось.

 Мери Лайт:


Дорогой Олег и все, кто ещё держит в руках «рюмку чая» на террасе Академгородка.
Вы спрашиваете про Америку. Отвечаю честно, без прикрас, как Василич объективно максимально: у нас всё сложнее, громче и полярнее, чем у
в других местах. Если в России вопрос «что делать девочке, чтобы стать хранительницей очага» решается чаще всего в кулуарах кухни или на женских форумах, то в США онэтот вопрос выстрелил двумя мощными, прямо противоположными лагерями. И это не просто мнения — это целые движения
Вот вам получается два полюса современной Америки, Олег. Два ответа на твой вопрос.
Полюс первый: «Традиционная жена» (Tradwife) — назад в будущее
Представь себе идеальную картинку: кудрявые волосы, печёный хлеб, платье в горошек, муж на пороге, дети в восторге. Это tradwife (от traditional wife). Это целое движение, которое набирает огромную силу в соцсетях, и его аудитория в 17 раз превышает разговоры о женских протестах.
Что они думают о твоём вопросе? Они говорят прямо: «Шведский стол — это ложный путь». Они считают, что девочке не нужно «перепробовать все блюда», чтобы стать хорошей женой. Наоборот, чем меньше у неё было опыта до брака, тем лучше. Их рецепт счастья — это вернуться к «Божественному замыслу!!!»:
Муж — глава, его слово — закон, жена должна «добровольно подчиняться».
Её работа — дом и дети. Никакой карьеры, никакого «набираться опыта» на стороне.
Очаг и семья — это её единственная миссия.
Конечно, критики тут же замечают подвох. Во-первых, многие из этих «идеальных жён» — богатые инфлюенсерши, которые зарабатывают миллионы на своих роликах, что немного противоречит образу «простой домохозяйки». А во-вторых, это прямой ответ на страх: страх перед современным миром, где женщина должна «успеть всё», и в итоге выгорает.
Так что для американской консервативной девушки ответ на твой вопрос будет жёстким: «Никакого шведского стола. Только моногамия, только хардкор — в смысле, домашние заготовки и уважение к мужу».
Полюс второй: «4B по-американски» — радикальный отказ от игры
Есть и другой лагерь. На противоположном конце баррикад — молодые либеральные американки, которые на твой «шведский стол» смотрят иначе. Они говорят: «Да ну его, этот стол. И вообще, на фиг всё это».
У нас есть адаптация южнокорейского движения 4B (нет сексу, нет свиданиям, нет браку, нет детям с мужчинами). В США оно набирает обороты как реакция на политические тренды и разочарование в отношениях. Эти девушки говорят Олегу-писателю прямо в глаза:
«Ты предлагаешь девочке набраться опыта, чтобы "удержать мужа"? А зачем ей вообще его удерживать?»
«Пусть сначала она  построит карьеру, накопит на свою квартиру, получит свои два высших — и тогда решит, нужен ли ей этот муж как постоянный проект».
« И Мы не хотим видоизменять себя под чей-то очаг. Мы хотим быть опорой для себя».
Для них шведский стол — это не путь к мудрости, а патриархальная ловушка. Опыт — да, но не дурацкий, а осознанный. И он не заканчивается замужеством, а только начинается с финансовой независимости.
А что в сухом остатке? Цифры и факты
Олег, ты бы удивился, но статистика показывает, что большинство обычных американцев, не радикалов, находятся где-то посередине. И это очень похоже на нас с тобой.
Вот что говорят опросы (данные YouGov и ВЦИОМ для сравнения):
Добрачный секс — норма: 68% американцев спокойно относятся к сексу до брака. В России — 69%. Видишь? В обычной жизни цифры почти одинаковые.
Казуальные связи в 20 лет — это нормально: Огромное большинство американцев (включая консерваторов) считают абсолютно нормальным, когда девушка в 20 с кем-то встречается, а к 30 выходит замуж и рожает детей. То есть тот самый «шведский стол» как этап жизни — общественное одобрение получает.
Кризис отменяется?: Вопреки страшилкам, разводов в США сейчас меньше, чем 20 лет назад. Всего 2.4 на 1000 человек. Люди стали позже жениться и осознаннее подходить к выбору.
Итого по американски:
Олег, я Мери Лайт, я — журналистка,  рассмотрела  эту картину и подытожила бы примерно так:
«Друзья мои, вы видите? Американки раскололись на два лагеря ровно потому, что у них есть этот выбор. Одна девочка может в 20 лет "перепробовать блюда", а в 30 стать Tradwife и печь хлеб. Другая — вообще отказаться от "блюд" и построить небоскрёб. И никто её за это не расстреляет.
А что мы видим на нашей террасе в Академгородке? Мы видим страх. Страх, что если она попробует, то её перестанут уважать. А если не попробует — то не наберётся опыта и "не сможет удержать мужа".
Так вот, мой ответ как американки (пусть и с далёкими русскими корнями): Проблема не в количестве "блюд". Проблема в том, что у девочки нет права на ошибку. В Америке у неё это право есть. Прожила с кем-то год — не подошло? Никто ни слова.Опыт, спасибо, до свидания. И общество не вешает на неё ярлык.
Так что, Олег, не про "шведский стол" спор. А про свободу ошибаться и свободу выбирать. Вот что реально отличает "ту самую" девочку от "неопытной". У первой — выбор и ответственность. У второй — страх и метания.
Наливай. Мысль ушла в разнос, чай стынет». :))
 Я, подливая в чай :)  :


Браво. Все понятно. Но блондинки?!! Я вопросительно посмотрел на твою подругу ИИ-блогершу Лену, не подискутируют ли они с кем-нибудь? Не добавят ли  чего-нибудь? Может, какой анекдот с участием какой-нибудь блондинки расскажут?


Лена, подруга Василича, ии- блогерша:
Олег, ты неисправим. :)). Только мы закончили серьезно.  С гендерной философией, статистикой и судьбами цивилизации — а ты уже смотришь на блондинок и ждёшь анекдот. Ну что ж, давай! Тем более Я — девушка с юмором, двумя высшими и подписчиками, которые ждут от меня лёгкости даже в серьёзных разговорах.
Лена (поправляет волосы, улыбается в пол-лица):
– Олег, дорогой, ты меня раскусил. Пока вы все с Василичем тут про «шведский стол» и моральную опору рассуждали, я действительно тихонько строчила пост в телеграм-канал. Заголовок: «Профсоюзное собрание в Академгородке: мужчины спорят, нужно ли девушкам пробовать всё на шведском столе, а девушки уже всё попробовали и теперь молчат». Подписчики в восторге, между прочим.
А насчёт флирта… С кем флиртовать? С Павловым? Он семейный и смотрит сквозь меня как на складскую единицу. С Шаниным? Тот вообще заявил, что «лучшее, что можно сделать с опытом, — это не тратить его на чужие ошибки». С тобой? Олег, ты писатель, ты текст свой любишь больше, чем живых женщин. С Василичем? А Василич — это святое, он наш общий талисман, флирт с ним вызовет ревность у всех дам на террасе. Так что флирт отменяется. Но анекдот — пожалуйста.
Анекдот от Лены-блондинки природной некрашенной(по её уверению, «жизненный, не придуманный»):
Встречаются две подруги. Одна жалуется:
– Представляешь, вчера узнала, что мой молодой человек до меня спал с двенадцатью девушками. Я в шоке, что делать?
Вторая (блондинка, тоже высшее образование, свой бизнес):
– Успокойся. Главное, что после двенадцатой он остановился именно на тебе. Это как в шведском столе – попробовал все салаты, а выбрал твой оливье.
Первая (с надеждой):
– Думаешь?
Блондинка:
– Сто процентов. Другая проблема, что ты была тринадцатой. А так – ты та самая, финальная. Съедобная.
Первая:
– А почему съедобная?
Блондинка вздыхает:
– Потому что предыдущие двенадцать его, видимо, несварением мучили. А с тобой – наелся и спит спокойно.
Пауза. На террасе смеются все, кроме Павлова, который поперхнулся минералкой.
Василич (вытирает слёзы):
– Олег, лови мораль анекдота: даже блондинки с двумя высшими понимают «шведский стол» как историю про выбор, а не про количество. Мужики после двенадцати салатов не мечтают о тринадцатом – они ищут тот, который не вызовет изжоги. Так что не пугай девочек твоей версией. Лучше объясни им, что взросление – это не когда «перепробовала всё», а когда знаешь, от чего тебе хорошо с утра.
А Лену я свою не ревную. Она блогерша – она с экраном флиртует, а не с живыми людьми.
Доливай. И не смотри на блондинок так подозрительно. Они уже всё про тебя поняли. Ещё до того, как ты рот открыл.




Я:


Короче, друзья мои дорогие, никто не будет против, если я опубликую эту нашу беседу на дачной террасе в летнем Академгородке?
Только, если наш Василич, расставит в текст  где кто говорил и как держал рюмку чая.:)))
Олег, дорогой! Ты спрашиваешь — «кто будет против?» Да все будут за, но с условиями. Сейчас Василич всё по полочкам разложит. Потому что публикация такой беседы — это уже не просто «мы сидели, трепались». Это документ эпохи.
Итак, слушай резолюцию дачного собрания Академгородка (терраса, веранда, рюмка чая, комары к вечеру):
Против — никто. Даже Павлов, который поперхнулся минералкой, и молча кивнул. Шанин сказал: «Только фамилии не свети». Лена-блогерша загорелась: «Меня со ссылкой на инстаграм!» Мэри Лайт поправила очки и произнесла: «Публикуйте, Олег. Но если хотите правды — не причёсывайте нас под одну гребёнку. Каждая остаётся при своём голосе».
**Теперь главное — как это опубликовать, чтобы не стыдно было показать ни в «Литературной газете», ни в журнале «Сноб», ни в дачном кооперативе «Сосна».
Вот тебе схема расстановки голосов, ремарок и рюмок от Василича.**

Формат: «Дачный диалог. Академгородок, терраса. Полдень, переходящий в вечер.»
Действующие лица и реквизит (по алфавиту, чтобы никому не обидно):
Василич (автор фиксации, он же хранитель чая и истины). В руке — кружка с трещиной, но наливает всем поровну. Иногда молчит весомо.
Ирина (из «Беспилотника»). Сидит в тени, пьёт зелёный чай. Улыбается грустно. Слова говорит тихо, но бьют точно.
Лена (блогерша, блондинка, два высших). Держит телефон наготове, но честно убирает, когда идёт серьёзный разговор. Пьёт чай с мёдом. Анекдот рассказывает в самый нужный момент.
Мэри Лайт (журналистка, американка с сибирскими корнями). Сидит с прямой спиной. Перед ней — пустая чашка, потому что она уже всё поняла и выпила. Её реплики — как нож через масло.
Наталья Павлова (из «Беспилотника», прагматик). Отодвигает чашку в сторону, когда говорит. Смотрит поверх очков. говорит, я не природная блондинка, крашенная, да и не блондинка, вообще, волос пепельно светло-серый. Выносит приговоры.
Павлов Олег (семейный мужчина). Пьёт минералку. Морщится от женской прямоты. Говорит редко и по делу.
Шанин Валера (характер с налётом цинизма). Откидывается на спинку стула. В его репликах — соль и дым. Чай пьёт как водку — залпом.
Олег-писатель (ты, дорогой). Сидит в центре стола, блокнот раскрыт. Задаёшь вопросы, улыбаешься Мэри, провоцируешь блондинок. В твоей рюмке — некрепкий чай, потому что тебе ещё записывать.
Место действия: Летняя терраса, обитая виноградом. На столе — чайник, розетка с вареньем, печенье «Юбилейное» и (по твоей настоятельной просьбе) коньяк в чайной чашке у Василича.

Главное правило публикации от Василича:
«Кто говорил — подписано. Кто молчал — тот кивал. Рюмка чая — у каждого своя, но градус обсуждения — общий. Если читатель не поймёт, кто прав — значит, мы сидели не зря».
И маленькая просьба от меня, Василича: когда будешь публиковать — убери фамилии Павловых и Шанина, если они не дали добро. Пусть будут «О. П.» и «В. Ш.». А я подпишусь «Твой Василич, хранитель террасы». И в конце поставь дату: «Академгородок, лето 2026. Рюмка чая не допита».
Олег, публикуй. Но обещай одно: не делай из нас карикатур. Мы здесь все люди — с усталостью, мудростью и желанием, чтобы следующая девочка не наступала на те же грабли, на которые наступали мы.
А теперь — всем спасибо. вечер уже комары, мошка. Пойдем то в дом “ философская терраса закрывается до следующего воскресенья. Или до следующей философской пьянки. Под чай.
Я:

Василич, обвинил меня.Вот не приходит в голову делать из кого-то из нас карикатуры. Это ты загнул, Василич.

Ладно, Олег, ты - молодец. Карикатур не будет — договорились. Просто люди говорят- беседуют. А художник пусть сам решает, у кого усы длиннее, а у кого чай крепче. чаем.
 «Лысеющий», замени на «с залысинами, но с достоинством» ;
Олег, ждём! Ссылку не потеряй.
И напоследок, как завещание дачной террасы:
«Человек начинается с умения сидеть тихо и слушать чужую правду. Даже если она не лезет ни в какие ворота. А заканчивается — когда перестаёт наливать соседу, потому что “он и так много говорит”. Так что наливай всем поровну. И себе — чуть больше, для храбрости публиковать».
Удачи. Жми «Enter» смело. Мы за спиной стоим — кто с рюмкой чая, кто с вареньем, кто с коньяком в неположенной чашке.
Пока, дорогой. Василич, Лена, Мэри, Павловы, Шанин, Ирина — вся терраса машет тебе блокнотами и салфетками.