Сто седьмой день

Сто седьмой  день новой  войны  с Ираном.
Без него  его женили.
Электронный меморандум подписан  Трампом, Вэнсом, Галибафом.
Немедленное прекращение  огня  на  всех фронтах, включая Ливан.
Пролив  открывается.
Какое счастье. Теперь заживем.  До первого  беспилотника  от хизбаллы, которого  долго ждать не придется.
Трамп  превысил свои полномочию.  Этот номер у него не пройдет. Его усилия по поводу замирения хизбаллы  с Израилем не увенчаются  успехом.
Израиль не избирал его  свои президентом.  И вообще  президент  в  Израиле  номинальная фигура, свадебный  церемонимейстер.
Война   начиналась  с трех  требований, одним из которых  было прекращение  поддержки  Ираном  прокси  сил. Эффект прямо противоположен. Но проблема в  том, что  Биби  не положит свою голову на алтарь  Трампа, не угробит окончательно свою политическую репутацию, не подчинится  этой никчемной  бумажке, громко названной  меморандумом  о  взаимопонимании. За громким  названием  пустота. У Биби  своя  предвыборная  компания, своя игра на  выживание  и цена бензина  на американских  бензоколонках  его не касается.   
Этого  не может быть,  потому что не может быть  никогда.
Неожиданно  вспомнил  Окуджаву:

Ах, война, что ж ты сделала, подлая:
Стали тихими наши дворы,
Наши мальчики головы подняли —
Повзрослели они до поры,
На пороге едва помаячили
и ушли, за солдатом — солдат…
До свидания, мальчики!
Мальчики,
Постарайтесь вернуться назад.

Несмотря   на все изъяны  Израильской  власти  она  не даст похоронить  военные достижения  наших   еврейских  мальчиков  и взрослых мужей.  Мы не уйдем из буферных  зон, мы не оставим  высоты  в  южном  Ливане, мы не дадим террористам вновь  распоясаться.
Биби  и  так нарушил  клятву    Менахема   Бегина, данную в телефонном   разговоре  с Рейганом   летом  82  года.   Господин Президент, я хочу сказать вам кое-что личное - не о себе, а о моем поколении. То, что вы сейчас услышали о неотъемлемых правах еврейского народа на Землю Израиля, может показаться вам академичным, теоретическим, даже спорным. Но не моему поколению. Для моего поколения евреев эти вечные узы - неоспоримые и бесспорные истины, столь же древние, как и письменная история. Они затрагивают самую суть нашего национального бытия.
Наше поколение - почти библейское поколение страданий и мужества. Наше поколение - поколение Разрушения и Искупления. Наше поколение - поколение, поднявшееся из бездонной ямы Ада. Мы были беспомощным народом, господин Президент. Нас обескровливали, не один раз, не два, а век за веком, снова и снова. Мы потеряли треть нашего народа за одно поколение - мое. Полтора миллиона из них были детьми - нашими. Никто не пришел нам на помощь.
Мы были терцированы, господин Президент. ... Терцированы, а не децимированы. Происхождение слова «децимация» - один из десяти. Когда римский легион признавался виновным в неподчинении, одного из десяти предавали мечу. В нашем случае это был один из трех - терцированы!
Сэр, я приношу вам клятву от имени еврейского народа - это никогда больше не повторится.
Такие  дела.
16.06.2026 г.
на сайте изд ва  Лит рес  есть моя электронная книга  Борис Стрелец Две войны