Первый класс. Аист и кот доступа

    Мы проучились почти год , до каникул оставалось две недели. Нам нравилось учиться и мы весело и радостно бежали в школу, мы стали довольно, таки, дружным классом, успешно конкурировали и с классом Б , и с классом В и противостояли им.
    Я в своем дворе лениво качалась на качелях и не знала чем заняться, уроки сделаны, Следопыт дочитан. Увидела идущего ко мне Вову, его выражение лица и общий вид меня встревожили. Лицо было сердитым, брови сдвинуты и даже глаза потемнели до темно-изумрудного. Я встала с качелей и пошла навстречу. Он сказал:" Давай сядем, я тебе сейчас кое-что расскажу". Мы уселись на скамейку.
 - Ты знаешь, откуда дети берутся?
 - Конечно , и ты знаешь, в животе растут до тех пор пока он не станет им тесен, а потом врачи в роддоме их достают. Помнишь какой большой живот был у тети Гали, и ребеночек там толкался то ручкой, то ножкой, а мы его гладили, потом ее увезли в роддом и она вернулась с хорошеньким младенцем.
 - А от чего они в животе заводятся?
 - Не знаю. Ну, значит там всё время сидят, а как приходит время начинают расти.
 - Слушай, я всё узнал, ребята говорили.
И он рассказал мне о тайне зачатия. Ужас обуял меня, это каким безобразием надо заниматься, чтобы получился ребеночек! Какое бесстыдство!
    В тот день белая птица - аист настучал нам по головам своим клювом и довольно больно.
    Подумав, я сказала:" Если другим путем нельзя сделать ребеночка, значит закрыть глаза и потерпеть, один раз, если, конечно, это недолго, а если долго,
то это невозможно, гадость ведь."
   - Ребенка? Так они этим занимаются постоянно, для этого и спят вместе.
   - Они обнимаются и целуются, потому что любят друг друга, а потом засыпают.
   - Да, обнимаются и целуются, а потом занимаются этим! Могли бы пообниматься и поцеловаться на диване, зачем им кровать?
   - А нас они ругают за всё, а сами, что вытворяют? Ужас , до чего безобразно.

Инквизиторские нотки прозвучали и мантия Торквемады накрыла нас ,да, мы впервые судили и осуждали родителей и всех взрослых.
    - Ладно бы ругали за дело, я понимаю, мы не ангелы, но ведь - за всё, - продолжал обличительную речь Вовка - помнишь, как к нам во двор ворвались и ругали нас с криками и визгами Ольга Ивановна и Мария Степановна? За сломанное дерево, которое мы не ломали и не могли сломать такое большое, его дядя Петя самосвалом сломал. А мама при всех начала бить меня ремнем? А ты (он рассмеялся) кинулась к маме и отняла у нее ремень. У мамы были такие глаза! В тот день и тебе бы попало, если бы не вмешался папа.
    Я прекрасно помнила тот день. Дядя Филипп появился в самый разгар скандала. Я стояла с ремнем в руках , вытянувшись в струну, если прикоснуться, то зазвенела бы, в такой же позе стояла тетя Нина, ее глаза метали громы и молнии, и мы готовы были кинуться друг на друга. Я не чувствовала страха, я упивалась гневом и яростью горячей волной накрывших меня. Дядя быстро встал между нами и сказал:" Девочки, девочки, тише, тише. Вы прекрасны в гневе", - он забрал у меня ремень и обнял зарыдавшую тетю Нину, а Вове сказал :" Уводи ее к себе и не отпускай, их надо помирить ". Вовка взял меня за руку и повел в беседку, я пыталась вырваться, но он усадил меня на лавочку и , смеясь, говорил:" Тише, ишь как разошлась." Дядя уводил рыдающую тетю.
   Соседки испарились. Мы сидели в беседке и молчали. К нам пришла тетя Нина, слезы в ее глазах еще не высохли, она сказала:" Я была неправа!" Нам стало её так жалко, что мы кинулись обнимать её и просить прощения. За что? Не знаю, но была уверенна, что просить у нее прощения надо. Легко мириться, когда не виновата и почти невозможно, если вина твоя. Тетя Нина обняла нас и целовала в макушки.
   Мы расцеловались и пошли в дом, дядя собирал на скорую руку чай, себе - рюмку водки, тете - бокал вина, нам чай. Мы молча пили чай, забыв о сладостях. Тетя сказала: "Такая милая девочка", дядя Филипп рассмеялся и продолжил:" Вы обе очень милы, свезло же нам, Вовка". Напряжение ушло, буря рассеялась, сияло солнце было светло и тепло. После этого Вовку уже не били.

    - Я не буду выходить замуж" - сказала я -" в такое безобразие.
    - Не бойся, хотя я тебе как брат, а на сестрах не женятся, но не брат же. Придется на тебе жениться, я не могу допустить, чтобы ты страдала .
      На этом и порешили, по сути назначив себе целибат.

Это знание окончательно лишило нас ангельского чина, хотя мы ангелами и никогда не были . Взрослые лишились безусловного уважения и их авторитет заколебался с увеличивающейся амплитудой. Наши глаза насмешливо останавливались на взрослых - фу, ты, ну, ты, какие мы серьезные и строгие, а сами...
     Это продолжалось не долго, горькую, неудобную, низкую правду жизни об аисте пришлось принять и не возвращаться к ее обсуждению, что делать? Так.

     Сейчас я с ужасом представляю в каких словах и выражениях всё это было представлено Вове старшими товарищами, это по-настоящему безобразно, и есть от чего прийти в смятение чувств.

     С того дня мир разделился на два полярных мира.
 Я поняла, что принадлежу к женскому миру, где тепло, уютно, пахнет духами, шоколадом, ванилью и пудрой, я тогда не знала, что иногда этот мир отдает кровью.
В женском мире красивая подсветка нежно розового цвета, сиреневый туман, но выглядит он не так акварельно сказочно - девочки, такие девочки, а уж когда вырастают...
     Девочки с раннего детства владеют приемами манипуляций, интриг и всего мощного девичьего арсенала - заводские настройки. Это был мой мир со всеми своими красотами и темными сторонами.

     И был отдельный мир, чужой и чуждый - мужской. Запретный и закрытый мужской мир с бесконечным соперничеством, борьбой, культом силы и сложной иерархией, в этом мире бушевали страсти тайные, дикие, хищные и темные. Этот мир пах Шипром, дымом, пивом, водкой, соленой рыбой, железом, бензином, гарью.
В мужской мир не пускали женщин, а уж девчонок и подавно и нет кота доступа, просто нет кота. И некого погладить или подкупить вкусняшками, чтобы заглянуть одним глазком, из чистого любопытства. Кота доступа не было. Так ведь и страха перед этим миром не было