Если никто не услышит

Улыбка, которая вчера согревала, сегодня лишь скользит по лицу, как приклеенная деталь от старой театральной маски. Она не приглашает к разговору, не дарит тепла. Это просто обязательный атрибут бесконечной череды встреч, где никто по-настоящему не обращается друг к другу.

Каждый жест, взгляд, движение губ выверены до автоматизма. В кафе бариста машинально приподнимает уголки губ, выдавая стакан кофе. В офисе коллеги рассыпают вежливые усмешки, но тут же отводят глаза. Они боятся показать, сколько пустоты и неприязни скрывается за их улыбками. На улице прохожие улыбаются из вежливости, из привычки... В последнее время все понурые, словно идущие на помины. Девяносто процентов прохожих даже не отрывают взгляда от своих гаджетов. Проходят мимо, словно не замечая тебя.

Поцелуи, когда-то наполненные волнением и нежностью, стали формальностью. Люди прикасаются губами или щеками, чмокая воздух, как будто ставят галочку в списке: «проявить внимание», «сохранить лицо», «не выглядеть чужими». От этого становится особенно горько.

Признания в любви теперь звучат как заученные реплики из плохой пьесы. «Я тебя люблю», — и пустота после этих слов. За ними не стоит ничего, кроме усталости от объяснений или страха остаться одному. Слова истончаются, теряют вес, оседают пылью на краях фраз. Люди произносят их, как привычные формулы вежливости: «спасибо», «пожалуйста», «до свидания», не чувствуя их истинного смысла.

На улице каждый замкнут в своём маленьком мире. Люди толкаются в метро. Стоят в очередях за продвинутым гаджетом. Сидят за соседними столиками, но между ними тянутся невидимые границы. Кажется, все договорились: не приближаться, не заглядывать внутрь, не спрашивать «как ты на самом деле?». Одиночество перестало быть бедой — оно стало нормой, фоном повседневности.

Слова рассыпаются на звуки, теряя смысл. «Люблю», «скучаю», «помогу»... Каждое из них может оказаться ложью или правдой. Но как отличить одно от другого, если все говорят одинаково ровно, гладко и пусто? Или, наоборот, превращают фразы в тарабарщину без эмоций. Я начинаю сомневаться даже в собственных словах: не стали ли они лишь набором звуков без настоящего чувства?

Но иногда, в летние вечера, город ненадолго затихает. Шум отступает на загородные трассы, и я улавливаю проблески живого: взгляд, задержавшийся чуть дольше обычного, тепло, проступившее в нём. Появляется надежда: смысл, ещё можно что-то вернуть. Для этого нужно всего-то перестать бояться быть настоящим. Перестать прятаться за улыбками, поцелуями и красивыми фразами. Нужно рискнуть и сказать то, что действительно думаешь и чувствуешь. Даже если в ответ будет тишина. Не обращать внимания, если никто не услышит... Всё равно...

                июнь 26г)"