Цветовая слепота или дальтонизм

Цветовая слепота или дальтонизм

(статья из «Правительственного Вестника» № 16 от 21 января 1900 года)

Редакция: Андрей Меньщиков


Цветовая слепота или дальтонизм — оптический недостаток глаза, вследствие чего дальтонист не может различать всех цветов спектра, — встречается довольно часто и, как известно, в военно-морской и железнодорожной службе может повести к роковым последствиям.
До последнего времени о дальтонизме существовали довольно ошибочные понятия даже среди врачей, что и побудило германского ученого, проф. Артура Кёнига, посвятить основательному изучению этого оптического недостатка несколько лет; результатом этих исследований явился весьма обстоятельный доклад, читанный названным ученым в январском заседании берлинского политехнического общества, в присутствии представителей заинтересованных в выяснении вопроса министерств и многих специалистов.
Сущность этого доклада представляется в следующем. Полная цветовая слепота, т.-е. такая, при которой глаз отличает только свет от мрака, встречается лишь в крайне редких случаях; лиц с таким оптическим недостатком легко распознать: они близоруки, постоянно мигают, и при дневном свете держат глаза полузакрытыми; для военной, морской и железнодорожной службы их следует признать безусловно непригодными. Несравненно чаще встречаются лица, страдающие «частною» формой дальтонизма; сюда принадлежат все те лица, которые из всего богатства красок природы способны различать лишь некоторые.
В прежнее время различали слепоту по отношению к цветам зеленому, красному, желтому и голубому, причем твердо установилось мнение, будто «голубая» слепота — наиболее часто встречающаяся форма дальтонизма.
По мнению проф. Кёнига, подобный взгляд ошибочен, как равно несостоятельно и воззрение физиологов, будто «голубая слепота» может быть прослежена со времен Гомера и должна быть объяснена недостаточным, будто бы, развитием зрения у древних.
В действительности, мнимая «голубая и зеленая» слепота древних объясняется гораздо проще и вернее недостатком в культурном языке древних соответственных слов для обозначения понятий об этих цветах.
Когда им требовалось выразить понятие о зеленой краске — они говорили «цвет листьев», красный — «кровавый» или «розовый», голубой — «цвет неба» и т. п.; некоторые из этих цветовых терминов сохранились до наших дней, как, напр., фиолетовый (цвет фиалок), оранжевый (цвет апельсинов).
Из 170 цветовых оттенков спектра, дальтонисты, обыкновенно, различают отчетливо только два цвета — желтый и голубой; в отличие от людей с нормальным зрением, они посредине спектра видят какую-то белую линию; но, различая только два цвета, они, тем не менее, могут довольно верно перечислять все главные цвета спектра; в общем, образованный дальтонист точнее определяет цвет, чем необразованный человек с нормальным зрением; но все это применимо лишь к цветам спектра; совсем иначе относится глаз дальтониста к окрашенным предметам, например, к стеклу, бумаге. Известно, что цветные стекла часто бывают окрашены смешанными красками.
К красной краске нередко примешивают белую и т. д.
Человек с нормальным зрением все-таки видит такое стекло красным, тогда как дальтонисту белая краска, примешанная к красному стеклу, отчетливо представится зеленою и, если такой дальтонист состоит в железнодорожной службе, то подобный недостаток зрения может иметь роковые последствия.
Перечислив ряд заблуждений по отношению к цветовой слепоте, вкравшихся даже в научную офтальмологию, проф. Кёниг переходит к обзору средств и признаков, по которым можно распознавать дальтониста, непригодного или опасного для перечисленных выше служб.
Прежде всего такой дальтонист видит посередине спектра белую линию, невидимую для лиц с нормальным зрением.
Если затем заставить его определять цвет красной краски, к которой прибавлено много белой — он определит цвет зеленым.
Самым лучшим способом исследования зрения Кёниг признает метод упсальского проф. Гольмгрена, предложившего заставить испытуемого рассортировать множество окрашенных лоскутов шерсти в цветовом порядке.
Кёниг признает эту болезнь врожденною лишь по отношению к тем, которые, как сказано было в начале, в состоянии различать только свет и мрак; остальные же формы являются последствием болезней и, отчасти, курения табака и алкоголизма.