Миссия заноза продолжение

  (черновик)
 В Отделе обеспечения реальности и плотности мира кипела работа. После незначительного сбоя всё было восстановлено, и теперь линия Посланника велась ровно и без каких-либо сбоев. К тому же Посланник добился своего, и договорённость о помощи была достигнута.

 А Айэр молча наблюдал, как Дмитрий поглощает мороженое. Внутри него нарастало неподдельное волнение. «Ну где же эти посланники? Где же эти мастера перехода? Я только-только договорился, вроде же выполнил свою миссию. Почему же до сих пор никого нет? Я, конечно, понимаю, что
человеческая натура может съесть много вкусного. Но я же обещал, что пока он ест десерт, будут и посланники. Что же случилось? Почему никого нет? И группа перехода...»
Эти мысли ходили по кругу, устраивали невероятные хороводы, но тем не менее становились ещё тяжелее.
Вдруг неожиданно запахло дождём.
— Ну наконец-то, — облегчённо вздохнул Айэр, а потом встрепенулся.
Он ещё должен играть роль для этого человека. Он должен быть авторитетом. Молча, степенно, нарочито медленно сказал:
— А вот и наша группа перехода.
Дмитрий удивлённо приподнял голову. Никого не видно, не слышно, едва заметный запах дождя.
«Ну, ещё дождя не хватало. Хотя тут накрыто, поэтому, я думаю, не зальёт.
— Да и где же они, уважаемый Айэр?»
— Не беспокойтесь, Дмитрий, они уже на подходе. И запах дождя, это запах озона, то есть запах перехода.
— Ну прямо классика жанра фантастики.
— Ну, возможно, и вы правы. Это может быть вполне классика в вашей фантастике, ведь она иногда говорит вполне реальные вещи.
— Хорошо, ждём ваших специалистов.
Действительно, запах озона слегка усилился, и, казалось, в воздухе повисло электричество. Вдруг в конце возникли две фигуры. Именно возникли — в принципе, как и ожидалось, они материализовались. Эти фигуры были среднего роста, абсолютно средней внешности, ничем не отличимые от тысячи обычных работяг. На них были самые обычные рабочие комбинезоны вроде тех, которые носят строители либо разнорабочие.
«А что-то не очень похожи на более представительных переговорщиков, — подумал Дмитрий. — Какие-то они уж простоватые».
— Ну что вы, Дмитрий, это, конечно, не специалисты-переговорщики. Это технический персонал. Отныне мы решили не скрывать от вас никакие детали, разницу в наших мирах, и показывать пошагово все этапы перемещения, чтобы вы не волновались и понимали, с чем имеете дело. Ведь мы играем в открытую, верно?
— Пожалуй. Куда же ещё более в открытую? По крайней мере, с моей стороны. Будем считать, что я принял. Жду ваших авторитетных…
Постепенно реальность вокруг немного начала меняться. Нет, кафе осталось кафе, запах озона едва был уловим, но что-то случилось вокруг. Света вроде стало больше, словно включили дополнительные прожекторы, хотя солнце оставалось солнцем и небо оставалось небом. И казалось, аллейки вокруг стали ещё более стерильными — и уже не то что пылинки не было, а и листика лишнего не было. Вот ну 100% декорация к фильму! Тем более, это были сгенерированные декорации. Теперь и сомнений не было, что это просто генерация искусственного интеллекта, ну или чего-нибудь подобного.
— Вы так не переживайте, Дмитрий, сейчас будут наши представители, — вмешался в поток мыслей Айэр. — Я прошу прощения, я всё время забываю, что в нашем мире не принято читать мысли. Ещё раз приношу извинения.
— Ладно, я уже привык, — великодушно сказал Дмитрий. Он же всё равно ничего не мог с этим поделать.
Вдруг одна из ближайших аллей стала практически прозрачной, и в её начале стало возникать что-то, напоминающее не то цветок, не то кокон. Похожее на что-то среднее между бутоном тюльпана и коконом бабочки. То, что возникло, увеличилось в размерах до среднего человека и
постепенно-постепенно стало превращаться действительно в фигуру человека.
Люди, которые были в форме рабочих, аккуратно приблизились и странным образом, словно убирая лишние слои, стали высвобождать этого человека из кокона. Постепенно-постепенно фигура стала полностью материальной, и Дмитрий наконец увидел, кто к нему идёт.
Это был среднего роста, длинноволосый — практически с прозрачными волосами — человек. Его облик был ещё более странным, чем у Айэра. Определить его возраст было практически невозможно, потому что черты лица, несмотря на то, что были молоды, явно имели отпечаток ни одного, — судя по тому, что знал о них Дмитрий, — тысячелетия. Глаза были невероятно небесно-голубого цвета, и казалось, вовсе не имели зрачков. К тому же выражение его лица не излучало никаких эмоций; казалось, что само лицо ещё не загрузилось.
Хотя, пока он приближался к беседке возле кафешки, оно всё-таки начало выражать эмоцию — приветственную, доброжелательную. Но, опять же, почему-то это не вызывало мысли о фальши. Сразу хотелось верить этому человеку, хотя Дмитрий уже отлично понимал, что это не человек.
К тому моменту, когда высший представитель неземной расы подошёл к кафе, он уже был полностью прогружен. Его лицо действительно вызывало доверие, а горделивая осанка скорее говорила об уважении к собеседнику, чем о пафосе.
— Рад вас приветствовать. Позвольте мне представиться, меня зовут Индей.
— Доброго дня, меня зовут Дмитрий, — машинально поприветствовал парень пришедшего.
— Да, Дмитрий, рад познакомиться лично. Я ознакомился с вами немного
раньше, чем мы с вами смогли встретиться, и могу сказать, что мы не ошиблись в выборе.
— Ну прямо уж так. Таких, как я, много, я середнячок середнячком. А мне тут ваш сотрудник сказал, что от меня требуется какая-то помощь. Сразу хочу предупредить: я явно не Супермен и навряд ли смогу спасти какие-то миры, если что-либо сверхъестественное понадобится. Но если это в моих силах, ну, помогу, так и быть. Тем более лето у меня явно свободное.
— Мы не сомневаемся в ваших способностях, молодой человек, и действительно будем рады вашей помощи. Давайте, если вы мне позволите, я немного покажу вам карты наших миров, для того чтобы вы осознали всю суть вашего вмешательства в наш мир.
— Да, давайте. И где же эти карты?
Дмитрий ожидал что-нибудь вроде карты на планшете, либо, как в фантастических фильмах, гость сейчас поставит коробочку и перед ним возникнет 3D-проекция миров, ну либо, в крайнем случае, бумажную карту. Но неожиданно со спины к Дмитрию подошли те же два работника и для чего-то с силой толкнули его.
Падая, Дмитрий только и успел подумать: «Ничего себе финальчик! Сейчас жахнусь головой и очнусь, прямо выходя из этого бреда».
Дмитрий неожиданно для себя не упал, хотя толчок был достаточно сильный. Да, его сильно шатнуло, ему даже показалось, что он сейчас ударится лицом об асфальт, но нет — он стоял на ногах, и даже, казалось, стоял более уверенно и плотно. Хотя что-то начало происходить вокруг. Да, вокруг него что-то начало сгущаться, уплотняться. Вдруг он заметил, что его словно обволакивают вот эти же работяги. Они мечутся вокруг него с большой скоростью и словно обматывают его плёнкой. «Боже, как же это всё нелепо. Как же это всё глупо. Моё подсознание не могло придумать что-нибудь получше, эпичней, что ли?» — неожиданно сам для себя подумал Дмитрий, и он уже ощущал это физически.
И когда обволакивающая его пелена прекратила быть прозрачной, вдруг всё
застыло. Застыло всё, казалось, застыл сам воздух. Прекратилось дыхание, и ему не хотелось сделать вдох — сложилось впечатление, что что-то происходит действительно вне реальности.
Вдруг краем глаза он заметил, что он-то не один, и рядом находится вот этот человек — не человек, в общем, посланник по переходу, которого он встречал в кафе. Человек этот тоже застыл, и его тоже практически обмотали. А где-то совсем вдалеке, сквозь почти непрозрачную уже пелену, виднелся ещё один такой кокон, и, насколько он понял, это был Айэр.
«Странный способ перехода, очень технологично», — ещё с большим сарказмом подумал Дмитрий.
Дмитрий ещё метнул мысль: «А зачем меня укутывают, если их мир, по сути, менее плотный? Нет, конечно, было бы отвратительно, если бы меня разбирали на более рыхлые кусочки, это было бы вообще, пожалуй, совсем-совсем неприятно, но тем не менее быть замотанным, как муха в паутину — не очень приятное ощущение».
И когда Дмитрий уже начал подумывать, как ему выбраться из этого кокона, вдруг всё окончательно прекратилось. Он снова почувствовал запах озона, и уже более медленно и аккуратно с него начали стягивать этот кокон теперь изнутри. Он видел, как рабочие, словно луковицу, разбирают его маленькую невольную тюрьму. И когда он уже даже не видел вокруг себя ничего, наконец-то рука возле его лица словно сняла невидимую паутину, и он понял, что освободился.
Ничего вокруг не изменилось. Он стоял в том же парке, возле того же кафе. Или что-то поменялось?
— Ну вот, молодой человек, — вдруг услышал он рядом с собой голос вновь прибывшего члена переговоров. — Добро пожаловать в наше измерение.
—- Значит, это был переходной кокон для перехода между измерениями?— нашёлся Дмитрий.
—Да, это более точная, максимально более точная аналогия в вашем мире. Вы сейчас находитесь в нашем мире и, по сути дела, теперь вы можете так же само чувствовать и понимать наш мир, только с той разницей, что ваши способности видеть плотный мир никуда не делись. А мы не можем видеть
плотный мир отсюда».
—А почему же мы тогда в том же самом парке, с тем же самым кафе?
—-Это, молодой человек, продолжение симуляции, той же самой, в которой вы были. Вы же поняли, что это симуляция?
Почему-то его расстроило слово «симуляция». Значит, всё, что он ел, это всё лишь иллюзия? И он будет снова голоден, как только выйдет из этой симуляции? Жаль, завтрак был изумительный. Когда ещё студенту удастся так покушать?
—- Молодой человек, я не могу здесь читать Ваши мысли, но по выражению лица я понял, что вы расстроены, что еда была симулирована. Но не переживайте, в вашем мире — это был ваш мир, и всё, что вы поглотили, это реальная правда, и оно реально будет приносить вам пользу в виде калорий. Ну и гастрономических воспоминаний.
— Ну, это хоть как-то успокаивает, — неожиданно безразлично ответил Дмитрий, хотя в душе он порадовался: будет что вспомнить. «Насколько я понимаю, прогулка была довольно лёгкой...» Вдруг неожиданно по телу Дмитрия прошла дрожь. Его резко бросило в холод, потом в жар, потом опять в холод, голова закружилась, и он, уже не держась на ногах, повалился, словно его только что толкнули. Хотя он помнил что толчок был несколько минут назад.
Но Дмитрий опять не упал: здесь уже он опёрся на вежливо подставленное плечо Айэра.
—-Ну что же вы, мой друг, аккуратней. Понимаю, первый переход всегда сложный, и всегда теряешь самообладание. Но вы сильный, вы справляетесь, вы отлично справляетесь, мой друг, — Айэр опять был очень назидателен. Хотя, если честно, это был всего лишь его второй переход, и его самого знатно мутило, но он держал марку.
Сперва Дмитрий даже не узнал человека, который был рядом. Это был юноша, немного моложе его. Да, белобрысый, да, голубоглазый, но не было ни капли того пафосного старика. Хотя что-тознакомое  в образе этого парня всё-таки было. И да, он был одет в те же самые белые одежды.
А вы?.. — замешкался Дмитрий.
Юноша опустил глаза. Теперь он понял, что его истинную суть видит и Дмитрий, и его напускной пафос уже ни к чему.
—-Здорово, мы оказывается, практически ровесники, уже по-человечески тепло, — сказал Дмитрий. Хотя он великолепно понимал, что 1500 лет (если это, конечно, не шутка, или у них года считаются секундами или ещё какими-то там квантами времени) — это всё-таки большой срок.
—-Ну и что теперь? — логично заметил Дмитрий.
Он оглянулся: ни работников, ни представителя по переходу рядом уже не было. Рядом был только Айэр, а в конце парка уже не виднелся город, было просто темно.
—-Так что же дальше, Айэр? — Дмитрию теперь было намного легче обращаться к своему неожиданному союзнику по имени, ведь теперь между ними не стояла пропасть времени, а эти иллюзорные 1500 лет и вовсе казались шуткой.
—-Сейчас мы должны будем с вами, мой друг, дождаться транспорта, и я, если вы позволите, сопровожу вас в центр, где вы сможете отдохнуть после перехода. И немножко могу ознакомить вас с нашим миром, потому что, я думаю, вам это потом понадобится для помощи в изучении инородного тела, как вы выразились- занозы.
—--Слушай, Айэр, а мы с тобой разговариваем на моём языке, потому что ты его изучал, или у тебя встроенный переводчик? Потому что у меня иногда складывается впечатление, что язык у тебя ну какой-то старомодный, что ли. Что ты!- от обиди Айер перешел на ты- Я разговариваю на твоём языке, потому что я его знаю. Я, как раньше говорил, знаю все языки твоего мира. Я знаю все культуры твоего мира. Я знаю все танцы твоего мира, понял?
—Понял, понял, не перечисляй, — остановил перечисление Дмитрий. —-Хорошо, будем принимать так, как есть. Но ты говоришь очень забавно, прости
—-Ты только скажи, на какой мне лучше диалект твоего языка перейти, и я перейду на него. Мне просто казалось, что та речь, которую я использую, является классической культурной речью.
—--Да ладно, ты и так слишком важный. Давай, расскажи мне немножко о своём мире, пока я вижу то же самое.
—-Знаете, мой друг, мне легче будет всё-таки вам показать, чем рассказать. Если я начну излагать историю и динамику моего мира, боюсь, нам не хватит и нескольких сроков вашей жизни. Наш мир немного старше вашего, и он намного сложнее устроен. Ну, могу только сказать, что визуальный ряд у нас с вами очень похож, и мы имеем те же самые города и те же самые островки, как бы вы сказали, дикой природы, пожалуй, это самое подходящее понятие. И по сути, если уж полностью смотреть на облик моего мира, он не очень будет отличен. И если не менять плотность, осязание даже будет практически таким же самым на ощупь. Разве что у нас нету гастрономических необходимостей, и мы больше потребляем всё-таки мысленно энергию, чем её уплотнённый вариант. Но, тем не менее, я думаю, вы тоже здесь голодными не останетесь».
Дмитрий немножечко недовольно хмыкнул: «Ну вот, это была кормёжка перед тем, как мне здесь теперь придётся торчать голодным? Я не умею питаться духом».
—-Хорошо, когда будет этот ваш транспорт?
—-Должен быть скоро, должен быть.
Айэр вообще-то очень сильно волновался. Шло всё вовсе не так. Конечно, он сам-то рассчитывал, что его с плотным посланником встретят, сразу предоставят транспорт, отдых, а здесь специалист по переходу со своей бригадой куда-то резко исчез. Видимо, дела совсем плохи, и они рванули залатывать очередную дыру. «Если не придёт транспорт, придётся мне выкручиваться самому, — рассуждал Айэр. — Всё-таки плотный посланник на моей совести, и я обязан довести его до центра. Как же мне это сделать? Идти, двигаться самим по линиям потоков? А сможет ли он? Выдержит ли? Всё-таки без закрытого пространства ему будет тяжеловато двигаться в наших мирах, хотя сейчас по плотности мы максимально сопоставимы. Подожду ещё пару минут и буду думать».
Так он рассуждал ещё минуты две, пока не увидел на себе довольно-таки удивлённый и уже нетерпеливый взор Дмитрия.
—-А, пожалуй, мы можем и пройтись, здесь недалеко, — бодро сказал Айэр. — Вы не против прогуляться после плотного завтрака?
—-Я не против, — ответил Дмитрий, понимая, что действительно, кажется, переел. И прогуляться для улаживания того количества вкусной еды, которую он, несмотря на то, что были переходы, продолжал чувствовать в своём желудке, будет очень логично.
Айэр хотел взять под руку Дмитрия, но тот отстранился.
—Прошу прощения, я забыл, что в вашем мире это не принято. Тысяча извинений, я вовсе не хотел нарушить ваше личное пространство. Следуйте за мной, мой друг.
—-Слушайте, Айэр, — вернулся на культурные рельсы Дмитрий. — Давайте перейдём на „ты“. Мы же всё-таки с вами ровесники, насколько я понимаю». —О, я буду рад более неформальному общению. Хорошо, Дмитрий, давай перейдём на „ты“. Но у меня к тебе просьба: в нашем мире всё-таки есть немного отличий, и мой мир, к сожалению, сейчас не совсем стабилен. Я очень тебя прошу не отходить от меня больше, чем на несколько шагов. И если мне придётся брать тебя под руку или за руку — не воспринимай это неадекватно. Просто иногда периодический физический контакт моей сущности с твоей будет поддерживать твою реальность. Так как ты здесь немножко… не подумай, что я хочу тебя обидеть, немножко не свойственен для нашего мира.
—-Я понял, понял. Хорошо, хочешь вести меня за ручку — веди. Ну, это, конечно, не очень хорошо…
—--Нет, что ты, за руку я тебя вести не буду. Ну, просто периодически буду касаться локтя, чтобы я мог поддерживать функционал данной проекции тебя в нашем мире.
—-Проекции? То есть я физически не нахожусь в твоём мире? —-Находишься. Ты полностью физически находишься в нашем мире. Но из-за твоей плотности часть твоей физической формы сейчас находится в твоём мире.
—Что, распилили всё-таки?
—Ни в коем случае, не нанесли никакого физического вреда! Мы просто извлекли твою ментальную сущность… Ну, ты всё сам поймёшь
Айэр  просто не знал, как объяснить, а научный слог был не его коньком. Два молодых человека  один самый обычный студент, а второй, по сути дела, самый обычный кадет,  некоторое время молча шли по аллее. И когда уже аллея закончилась, впереди оказалась непроглядная тьма. Дмитрий приподнял бровь и посмотрел на своего сопровождающего. Тот неожиданно, словно самую простую штору, откинул эту тьму. И то, что возникло перед взором Дмитрия, немножко его озадачило. Перед ним была масса потоков. Сложилось такое впечатление, что он видит узор из тысяч цветных нитей, волокон и переплетений. Они постоянно двигались, перемешивались, смешивались, передвигались и пульсировали — не было и доли секунды, чтобы что-то не менялось.
Он застыл, потому что ожидал, как ему и сказал Айэр, очень похожий мир. А это было вовсе не похоже на его мир.
Пока Дмитрий хотя бы пытался осознать, что он видит, Айэр, казалось, просто считывал информацию. Вдруг он ловко, словно вылавливая конфету из конфетницы, схватил один из ярких потоков и неожиданно сделал несколько витков вокруг себя и Дмитрия вместе.
И их понесло.
Дмитрий даже не успел ничего сказать, как Айэр уже спокойно и буднично извинился:
—-Я прошу прощения, что опять нарушил твои личные границы, но отпускать тебя одного я не рискнул. Понимаю, что ты можешь просто не туда достучаться.
—Что это?» — спросил Дмитрий
—Это наш транспорт, аналог твоего метро, — ответил Айэр. «Ничего себе метро...» — подумал Дмитрий.
Дмитрий хотел ещё что-то спросить, но вдруг поток остановился, и они оказались на платформе.
Вот теперь всё вокруг действительно уже более походило на привычный ему город. Да, город был явно не совсем обычным, потому что даже то, что можно было принять за здания, было полупрозрачным, пульсирующим, также меняющим цвет, даже переливающимся и постоянно пронизанным подобными цветными нитками. Но это хотя бы походило на что-то плотное и
похожее на жизненное пространство.
— Сейчас мы со тобой находимся практически в центре моего города. Его можно так назвать на твоём языке, — сказал Айэр. — И дальше пойдём пешком, потому что ехать здесь не на чем, да и недалеко, а я хочу тебе его показать. Ты же не против?
— Конечно, не против, — немножко замешкавшись, сказал Дмитрий. Ступить на плотную землю... точнее, на субстанцию, которая всё-таки едва пружинила, было странно. Сравнение с каким-то плотным гелем было идеальным. Он теперь понимал, что если в его мире плотное — это то, что можно резать, ломать и крошить, то здесь всё смотрелось очень гармонично и действительно красиво.
Такого количества цветов Дмитрий никогда в жизни не видел. Причём это не было просто беспрерывным взрывом красок. Нет, он интуитивно понимал, что во всём этом есть какой-то ритм, и если цвет какого-то участка резко меняется, то, видимо, в этом кроется определенный функциональный смысл. Некоторое время Дмитрий и Айэр просто шли рядом. Айэр шёл привычным путём и даже не смотрел куда, а Дмитрий реально вёл себя как самый обычный турист — рассматривал всё вокруг и при останавливался возле особо ярких переливов.
Конечно, Айэру хотелось выглядеть максимально авторитетно, и он бы с удовольствием рассказал всё, что знает об устройстве мира, но на данный момент его беспокоило совсем другое. Почему их не встретили? Почему специалисты по переходу повели себя так грубо? Зачем? Ведь перед тем, как перевести сюда плотного посланника, с ним должны были поговорить и объяснить ему саму суть перехода. Зачем было толкать? Они же могли обидеть человека! Он мог обидеться и отказаться помогать. Хотя, к его счастью, Дмитрий оказался очень понятливым и приятным молодым человеком. Да и какого-то другого мнения он иметь не мог — у него-то и не было настоящих друзей. Да какие могут быть друзья у второкурсника, практически неудачника? Ведь он совсем-совсем не из знатной семьи, и его энергетический запас настолько мал, что его хватило только на самую банальную профессию. И к его стыду, она была вовсе не
связана с чем-то глобальным. Он, вообще-то, закончив свою Академию, в которой числился кадетом, всего лишь навсегда останется простым сопровождающим.
От мрачных и запутанных мыслях Айэра отвлёк голос Дмитрия: — Ой, а это что?
Дмитрий указывал на огромную чёрную дыру. У Айэра внутри всё сжалось. «Сюда уже добралась... Дыра здесь, в моём городе! Теперь понятно, почему все исчезли, и им даже не до нас», — обречённо подумал он. Дмитрий остановился. Он ещё раз посмотрел на дыру, потом на Айэра и невероятно спокойно сказал:
— О, это то, о чём вы говорили?
— К сожалению, мой друг, это то, о чём тебе и говорилось. Вот видитшь, какой кошмар... Это поглощение, это ужас!
И вдруг Дмитрию стало понятно, что, скорее всего, они видят разные вещи. Жители этого измерения не видят полностью того материального объекта, который нарушает целостность их мира, а видят только последствия. «Мне бы хорошо видеть и то, и другое», — подумал Дмитрий, неожиданно переходя на совсем уже взрослую, логическую линию суждения.
 — Скажи мне, Айэр, а как это видишь ты?
— Ну, как... Большая чёрная дыра. А ты что, видишь по-другому? Ах да, ты же плотный, прости, я как-то не задумался... Что ты видишь, скажи мне, пожалуйста?
Айэр понимал, что сейчас он нарушает все протоколы, что он не имеет права задавать этот вопрос, что это вообще вопрос для Старейшин. Но коли они все исчезли, по всей видимости, им двоим и придётся решать столь глобальную проблему. Ведь если эта рана в их мироздании дошла до его дальнего городка, то что же тогда творится в столице?
— То, что я вижу, — немножко задумчиво ответил Дмитрий, — я вижу перепутанные, порванные нити и что-то похожее на остриё толстой иглы, которая действительно впивается прямо непосредственно сквозь всё, что я вижу. Да, действительно, зрелище странное. Ну, это как если бы сидеть внутри предмета, в который воткнули толстую иглу, и видеть вот именно
остриё. То, что ты видишь...
— Понимаешь, Дмитрий, мы не можем, находясь здесь, видеть инородное тело. Мы видим только ту пустоту, которую оно несёт, поэтому, пожалуй, тебя и вынуждены были так жёстко пригласить сюда, чтобы ты именно помог. Мы не видим границ, — начал объяснять Айэр.
И вдруг он увидел движущихся к нему двух представителей Старейшин. Словно камень упал с его плеч. Теперь ему не надо играть ту взрослую роль, которую он уже попытался взять на себя.
По направлению к ребятам шли две сущности. Данные создания действительно уж очень слабо напоминали людей: по сути дела, они были больше похожи на призраков. Их формы хоть и были человеческими, и у них даже были лица, выражавшие приветствие, но тем не менее они были намного более прозрачными и неосязаемыми, чем Айэр.
Когда они достаточно быстро приблизились к ребятам, один из них проговорил:
— Я рад приветствовать вас на наших полях. Приносим вам глубочайшие извинения за то, что не организовали достойного приёма. Поверьте, на это были очень серьёзные причины. Мы сейчас вас проводим в организованную для вас плотную среду, где вы будете чувствовать себя максимально комфортно, и, я думаю, наш юный друг Айэр станет вашим проводником. И сколько вам нужно времени, чтобы отдохнуть? Как видите, проблема добралась даже сюда, а это периферийный город. Два-три часа вам будет достаточно для того, чтобы стабилизировать своё состояние и начать входить в курс дела? Мы ни в коем случае вас не торопим и не хотим ущемить ваши права, но ситуация очень серьёзная.
Дмитрий ещё раз взглянул на разрушения, вызванные чем-то большим и острым, и подумал, что строить из себя мальчика из высшего общества бесполезно. По сути дела, отдыхать ему было не от чего. Их небольшая прогулка и, скорее всего, скачок через пространство полностью утрамбовали сытный завтрак в его желудке, и он чувствовал себя прекрасно. Сытость осталась, а тяжести от пищи не было, поэтому он был готов начать сразу же то, чего от него ожидали. Конечно, он не был героем и геройствовать не
собирался. Он даже не представлял, как может помочь убрать эту штуку, но думал, что это объяснят.
— Вы знаете, я, наверное, смогу вам помочь как можно быстрее. Не нужно мне никаких зон отдыха. Вы объясните мне, что от меня конкретно надо. Я бы хотел к тому же побыстрее вернуться к себе, всё-таки я переживаю за свою сессию. И мне бы не хотелось надолго оставлять квартиру — я не очень уверен в кране, который может вот-вот опять потечь.
Вдруг, неожиданно для самого Дмитрия, это стало почему-то важным. Действительно важным — то, что у него осталась квартира, в которой поломан кран. Совсем непонятная логика даже для него самого: тут надо спасать мир, а его беспокоит кран. Но этот кран почему-то очень сильно его беспокоил.
— А мы вам очень благодарны, — заговорили представители Старейшин. — Тогда, будьте любезны, следуйте за нами.
Они вышли немного вперёд, и Айэр с Дмитрием последовали за ними. Пройдя буквально десяток шагов, они оказались возле небольшой, переливающейся всеми цветами платформы. «Транспорт», — подумал Дмитрий и был прав. Ему вежливо указали, что надо встать на эту платформу, и, когда все четверо встали на неё, их опутал кокон. Он чем-то напоминал тот кокон, который наматывали на него при переходе, но был однослойным, практически прозрачным, хотя и достаточно плотно ощутимым. И на невероятно быстрой скорости эта платформа понеслась. Причём складывалось впечатление, что она неслась прямо сквозь строения и дороги — просто двигалась, не замечая никаких препятствий. Айэр увидел замешательство Дмитрия и шёпотом сказал:
— Мы сейчас двигаемся через спецканал полуматериальной ткани. Этим каналом пользуются только Старейшины для моментального переноса на большие расстояния. Мы двигаемся в столицу. Нам надо будет подождать буквально несколько мгновений.
И действительно, их движение продлилось не больше минуты. Платформа остановилась, и кокон мгновенно исчез.
Дмитрий огляделся. Мир, в котором он оказался, действительно был совсем
не тем, что он ожидал. Он ожидал ещё большего буйства красок, ещё более вытянутых и разнообразных строений, а на самом деле оказался практически в чистом поле. Да, виднелось несколько необычных строений, но всё вокруг выглядело как сплошное, переливающуюся в мягких пастельных тонах поле. — Это ваша столица? — не выдержал и спросил Дмитрий.
 — Это центр коммуникаций, — спокойно ответил один из представителей Старейшин.
 — Да, мы находимся в столице, в центре коммуникаций. Здесь мы можем коммуницировать — каждый на своём уровне — с представителями других уровней. —дополнил второй.
«Понятно», — многозначительно подумал Дмитрий. Он, конечно, приблизительно понимал, что это переговорный пункт или что-то вроде Белого дома, но тем не менее такая пустота его немного испугала.
— Давайте пройдём в один из пунктов общения.
—- Идёмте, — сказал Дмитрий. — Я, по-моему, здесь как раз на данный момент именно для общения.
Дмитрий, Айэр и двое представителей Старейшин довольно быстрым шагом направились к ближайшему... Назвать это строением было сложно — лучше сказать, к мыльному пузырю, потому что такое описание больше всего подходило к тому, что видел Дмитрий. Они подошли к нему и просто прошли внутрь.
Внутри всё было на удивление по-человечески: мягкие кресла, столики, даже ваза с фруктами. Было светло, тихо, и никаких непонятных линий или потоков. Это напоминало обычный офис или, скорее, холл какого-нибудь фешенебельного отеля.
— Мы постарались, чтобы вам было удобно воспринимать ту информацию, которую мы до вас донесём, и создали для нашего с вами коммуницирования максимально удобную для вас среду, — пояснил представитель старейшен.
— Я это ценю, — уже совсем тоном дипломата ответил Дмитрий. Его начала забавлять эта дипломатическая игра. Казалось, что вот сейчас ему стоит махнуть рукой — и весь вопрос разрешится. На самом деле где-то в глубине души он всё ещё собирался вот-вот проснуться и считал происходящее затянувшимся сном. Хотя доказать себе, что это сон, он так и не смог.
Один из сопровождающих жестом указал на мягкое кресло и сел рядом, на соседнее.
— Ну что ж, молодой человек. Как вам будет удобно, чтобы я к вам обращался? По имени, либо у вас есть другие предпочтения?
 — Достаточно «Дмитрий», этого вполне достаточно, — продолжал играть в дипломата Дима.
— Хорошо, Дмитрий. Тогда начнём оговаривать вопрос, повреждённый инородным телом. Данное инородное тело пришло из вашего мира. Это неимоверная редкость, но тем не менее раз в пять-шесть циклов подобное случается. Мы не можем извлечь это инородное тело из-за того, что мы его полноценно не ощущаем и не видим, а сущностей, которые способны коммуницировать с вашим плотным миром, в нашем мире не так уж и много. Ваш, надеюсь, уже друг Айэр — одна из немногих сущностей, у которых есть такая способность.
Дмитрий с уважением посмотрел на Айэра. «А он, оказывается, всё-таки не так прост, как кажется, — подумал Дима. — Надо же, хороший парень, видимо. Ну, это как бы всё пустое».
— И всё же, — продолжил разговор Дмитрий, — от меня-то что требуется? Мне говорили, что я должен кого-то или что-то корректировать. Вы можете мне понятным языком это объяснить?
— Да, конечно, сейчас постараюсь. Так как мы с вами имеем разные возможности видения, и даже наши специально уплотнённые представители не могут полностью видеть то, что видите вы, ваша задача будет заключаться именно в корректировке действий наших спасательных групп. — То есть вы хотите, чтобы я был рядом возле прокола и говорил, что и куда делать, чтобы этот прокол залатать? Верно?
— Технически — да, вы правы. Если смотреть с точки зрения физики, это будет, наверное, максимально верная интерпретация тех действий, которые мы просим вас провести в нашем мире.
Дмитрий хмыкнул. Витиеватая речь представителя его забавляла, и он понимал, что Старейшине сложно говорить нормальным бытовым языком — видимо, слишком велика была разница в лексиконе.
— Хорошо. И как я буду это делать?
— Вот здесь самая сложная часть технического вопроса. Дело в том, что вам надо будет находиться между двух миров для того, чтобы вы могли полностью осмотреть всю глубину поражения. Так как данная червоточина пронизывает практически большую часть нашего мира и реально угрожает ему, мы имеем все основания опасаться, что слишком длительное воздействие данного инородного тела просто приведёт наш мир к распаду. «Они, будучи представителями другого мира, настолько искренне объясняют постороннему человеку свою ситуацию, что даже если бы и хотелось обидеться и подумать, будто меня хотят использовать, я не смогу», — решил для себя Дмитрий. Несмотря ни на что, в них была какая-то наивность, а возможно — искренняя чистота.
— Хорошо, побуду между двух миров. А в чём, вообще-то, проблема? Или это технически сложно?
— Это и технически сложно, и... как бы вам объяснить, молодой человек... — представитель Старейшин почему-то замялся и зачем-то посмотрел на Айэра. Этот взгляд заметил Дмитрий. Айэр тоже посмотрел на представителя Старейшин, опустил глаза, а потом поднял их сначала снова на Старейшину, затем на Дмитрия. Поняв, что отвертеться не удастся, он начал говорить медленно, с расстановкой, словно разъясняя маленькому ребёнку прописные истины:
— Понимаешь, мой друг. Наши миры могут соприкасаться очень плотно, но не должны входить один в другой. И находиться между мирами — это значит находиться в переходном состоянии. И, войдя в него, выйти обратно бывает практически нереально...
— Вы хотите мне сказать, что я застряну в меж пространстве и уже не смогу вернуться домой?
— Нет, ваше тело останется в абсолютной неприкосновенности, и оно будет находиться там, где находится, в полной безопасности, — мягко вмешался Старейшина.
 — Мы имею в виду ваше ментальное сознание. Вам придётся осознать суть нашего мира, и есть опасение, что после этого вы просто не сможете жить по-прежнему. Риск этого весьма велик.
— То есть вы беспокоитесь, как бы я не сошёл с ума? Ну, верно? — Если совсем упрощать, возможно, это одна из опасностей, — немного замешкавшись, опять вступил в разговор Аир.
— Да, только одна из опасностей, — насторожился Дмитрий. — Какая же ещё?
— Давайте это обсудим поэтапно, — снова заговорил представитель Старейшин.
— Да что тут поэтапно? Вы мне скажите, что меня ждёт. Насколько я вижу, у вас тут всё серьёзно. И вот эти все разговоры — это всё киношное и лишнее. Давайте так: я быстренько вытягиваю занозу, если это в моих силах, и спокойно топаю домой. У меня дома мало ли что может произойти: либо кран опять прорвёт, либо машину угонят. Правда, она не заводится, но колёса снимут точно.
— За сохранность своего жилища и своего механизма передвижения вы можете не переживать.
Вдруг Дмитрия посетила интересная мысль:
— Расскажите, а вот этот вот дедок с наследством — он ведь тоже в ваших делах? И эта квартира, и машина — это тоже симуляция?
— Нет, Дмитрий, это не симуляция, это в наших силах. Мы посчитали, что будет достаточно симуляции парка. Парк — да, симуляция. Но, как вы видите, наши симуляции очень материальны и, будем говорить, вполне реальны. А город, в который вы переехали — это действительно город. И квартира, и машина — они действительно будут принадлежать вам и после окончания вашей миссии. Единственное — приношу извинения, что мы ещё полностью не смогли подстроить её под ваши нужды, но поверьте: к тому моменту, когда вы вернётесь с нашего пласта мироздания, ваша квартира будет достойна вас, и я думаю, вы будете рады. Поэтому не стоит беспокоиться о том, что что-то в ней случится.
«Так, ладно, — подумал Дмитрий. — Квартира… Всё это всё равно малореально. Мир этот тоже, всё-таки, мне кажется моим бредом. Ну, будем двигаться по бреду дальше, не сидеть же на одном месте, раз эти милые сущности… Всё-таки они не совсем полноценно похожи на людей. Хотя, если ждут от меня помощи, они её получат».
Его всё ещё беспокоил этот момент с сумасшествием или нарушением его ментального здоровья. Но почему-то ему казалось, что он справится, ведь он был довольно-таки сильным, и образование психолога ему явно тут не помешало бы. Да и момент юридического образования тоже не слабо сказывался — идти на криминалиста! «Вот точно, буду вести себя как
криминалист, начнём расследование».
— Хорошо, давайте разложим всё по полочкам, так скажем, расследуем ситуацию, — уже входя в новую роль молодого криминалиста, сказал Дмитрий.
— Интересная точка зрения, молодой человек. Ну что ж, давайте тогда начнём с истоков ситуации.
— Вот это правильно, — сказал Дмитрий. — Вот это абсолютно правильно! Итак, начнём со сбора информации. Давайте прежде, чем вы будете полностью разъяснять мою миссию, всё-таки дайте мне вводные данные. Что же это у вас за проблемы? Почему у вас дыры в пространстве?
 — Понимаете, молодой человек, наш мир находится между вашим миром и ещё более тонкими мирами. Мы словно тонкая мембрана между двумя вселенными.
— А, понятно, теория мультивселенной.
— Можно и так сказать. И вот как раз мы являемся той мембраной, которая отделяет ваш плотный мир, вашу плотную вселенную, от менее плотного мира, менее плотной вселенной. Наш мир действительно является промежуточным, но он ни в коем случае не менее важен, чем ваш или более тонкий, с более высокими вибрациями. Но из-за того, что мы находимся как бы между двумя мирами, мы очень уязвимы. Особенно с точки зрения влияния вашего плотного мира на наш мир.
— Пока понятно. Пока вполне понятно, — с профессорским видом ответил Дмитрий.
Ему действительно было всё понятно, потому что теорию мультивселенных сейчас достаточно неплохо пропагандировали в интернете.
 — Ну, это понятно, — логично ответил Дмитрий. — Тот факт, что наш мир более плотный, конечно, означает, что он будет сильнее влиять на ваш, менее плотный, но близко прилегающий к нам мир. Верно?
— Абсолютно верно, молодой человек. Мы в вас не ошиблись, — с некоторым даже облегчением сказал представитель Старейшин.
— Ну так давайте, продолжайте. Откуда вот этот вот поражающий элемент, который зашёл в ваш мир?
— Понимаете, Дмитрий, иногда в вашем мире случаются глобальные катастрофы.
— Ну да, у нас бывают иногда взрывы, землетрясения, цунами.
— Да, это ваши местные, довольно-таки глобальные механизмы разрушения, но порой в вашем мире случается максимально глобальная проблема.
— Да? И о чём же это вы говорите? Насколько я понимаю, максимально глобальная проблема для моего мира — это может быть массированный ядерный взрыв. Но, насколько я помню, такого не было. Надеюсь, что такого
не было? — уже немножко взволнованно переспросил Дмитрий.
— Ни в коем случае не беспокойтесь, молодой человек. В вашем мире не было такой глобальной катастрофы. И могу вас немного успокоить: на ваш жизненный путь данная катастрофа не окажет влияния.
«Не совсем утешительно. Значит, когда-нибудь она всё же будет», — подумал Дмитрий, но вслух этого не сказал.
— Хорошо, тогда что же произошло? Давайте уясним: почему в ваш мир попало что-то из моего мира, что сейчас разрушает ваш мир? Я достаточно ясно выразился?
— Да, конечно, молодой человек, мы пытаемся вам это объяснить
. — Так объясняйте, а то ходите вокруг да около, — начал раздражаться Дмитрий, а про себя подумал: «Надо же, мой собственный бред меня же и поучает».
Он с особой теплотой вспомнил, что сейчас его мысли читать не могут, и он волен думать всё что угодно. Это давало ему какую-то автономность, что ли, свободу.
— Так что же произошло? — ещё раз спросил Дмитрий.
— Границы наших миров — они устроены не совсем так, как у вас в теории многомерной вселенной или мультивселенной. Там нет правильного очертания, и наши миры словно перемешаны. Граница нашего мира и граница мира материально-плотного не имеют формы куба, квадрата или круга. Они словно слоёный пирог. Думаю, вам этот образ будет понятен.
«Ну ещё бы», — подумал Дмитрий, которого, как и любого студента, еда всегда радовала.
— Так вот, мы сейчас находимся в одном из слоёв, который максимально близко расположен к тому городу, в который вы переехали. Поэтому и была возможность создать уютную реальность для общения и перенести вас сюда. — Вроде понятно. Поэтому та катастрофа, которая сейчас имеет место в вашем мире, берёт старт именно в этом городе?
— Да, — задумался Старейшина. — Прорыв произошёл именно в этом городе.
— И из-за этого в городе нет людей?
— Нет, что вы! Как вы ранее подметили в своих мыслях, в этом городе действительно не принято рано вставать и не принято поздно ложиться. Поэтому город и выглядит таким пустым. Он вполне обитаем и вовсе не сильно отличается от любого другого человеческого общества или города. Нет, вопрос в другом. Вопрос в том, что здесь, в этом городе, произошла какая-то мощная локальная ошибка вашего мира. И осколок вашего мира из-за этой ошибки попал в наш мир.
(Продолжение следует)