Светофор

Докрашиваю левый глаз. Моя кошка Антонина истошно орёт на кухне, требуя вкусняшек. Она куриная наркоманка. Нет, серьёзно. У неё есть в постоянном доступе сбалансированный, одобренный ветеринарами сухой корм по цене крыла самолёта. Но она подсела на снеки. И требует у меня кусков сушёной курицы. По своей глупости я купила ей на пробу, и она подсела с первого раза. Говорят, так и бывает. И теперь она постоянно орёт, и я даю, не в силах это выдерживать. И это порождает очередной цикл зависимости.

Мне пора выходить, и, вероятно, я вернусь домой не одна. Окидываю глазами квартиру — вполне себе прилично, лёгкий творческий беспорядок, приводить домой не стыдно. Да и вряд ли кому-то будет до рассматривания обстановки. Хотя я ничего не планирую.

Перед выходом смотрю на себя в зеркало. Хороша. Вид немного усталый, но после бокала-второго вина пройдёт. С алкоголем у меня отношения такие же, как у моей кошки со снеками. Я тоже обожаю хорошее вино, но в отличие от Антонины отдаю себе отчёт, к чему ведёт эта любовь. Превратиться в подбухивающую тётушку мне не хочется. Мне нравится не алкоголь и его эффект, а ритуал. Как-то я вычитала совет по сокращению употребления алкоголя: просто наливать в бокал безалкогольные напитки. И я это обожаю. Не колу, конечно, но содовую с лимоном и розмарином — вполне. И я никогда не пью больше двух бокалов и всегда держу себя в руках.

Наконец я уезжаю, гораздо позже обычного. Жду такси. Ненавижу общественный транспорт и готова есть доширак, чтобы ездить на такси. Я отказалась от кофе, и меня утешает мысль о сэкономленных тысячах, так что легче тратить на такси.

Доезжаю до «Светофора». Клуб досуга и знакомств. На входе охранник и фейс-контроль в виде смазливого Виктора. Вика. Он хорошенький, как развратный купидон, и сколько женских сердец было разбито об его лукавую улыбку. На самом деле они с женой вместе со школы, и я не удивлюсь, что он ни с кем не спал кроме неё. На нём красная наклейка, но это всё равно не останавливает некоторых. Он вежлив, улыбчив, и у него есть высшее образование. Работал менеджером по продажам, выгорел, и вот он — охранник и фейс-контроль в «Светофоре», и доволен. В «Светофоре» своя клиентура, в основном постоянная, тут дорого, ну и я не припомню пьяных драк или скандалов. Бармены перестают наливать тем, кому достаточно. Если человек буйствует, то его выведут и больше не пустят. Но это теория. На практике такого не было.

Прохожу мимо Вика, он мне кивает: «Виктория Владимировна». И расплывается в своей фирменной улыбке. И как ему это удаётся — так улыбаться, смущённо и лучезарно одновременно. С его мускулами он вполне мог бы сделать карьеру как тренер или стриптизёр. Но жизнь давно отучила меня додумывать за других и, уж тем более, лезть к ним с советами.

Беру со столика за Виком стикеры на одежду. Выбираю жёлтый. Нейтральный. Типа не надо ко мне лезть, но если что, я и не против. Защищает от желающих присесть на уши.

В толпе сразу замечаю одну — Лидию Львовну, жену бизнесмена, который пропадает на работе. Сын учится в Англии, и ей скучно. Все, кто поопытнее, держатся от неё подальше, но она охотится на непытную рыбёшку, как заядлый рыбак. Причём и пол, и возраст собеседника значения не имеют. Любимая тема — как они не могли с мужем зачать. Удивительно, ведь её сыну уже двадцать. И от неё вообще не отделаться. У неё на объёмной груди, конечно, зелёная наклейка. Доступна, готова. Я держусь от неё на расстоянии.

Подхожу к бару. Два бармена — Лариса и Костик. Ей сорок шесть, ему двадцать восемь. И они точно спят друг с другом и с другими тоже. Оба неуловимо похожи — маленькие и худенькие. Мне тут же наливают бокал вина. Рядом с баром в «Светофоре» позитивный вайб, хоть я не верю во все эти потусторонние силы, чакры, мантры и энергии. Но то, что у бара отпускает под болтовню барменов — это да. Они обсуждают между собой новый сериал, я прислушиваюсь — тоже смотрела — и вставляю свои пять копеек. Поппиваю вино, и жизнь кажется раем.

Через минут пятнадцать представление: мужской стриптиз, версия пионерско-пенсионерская. Наши два брата-акробата Чук и Гек — Чуковский и Гектор — снимают рубашки и поигрывают мышцами под рёв публики. В основном женщин, но замечаю в толпе и мужчин, которые делают вид, что им вообще не интересно.

Мне нравится новый номер: парни нацепили кроличьи уши и шорты с пушистыми хвостиками. Мой взгляд скользит по толпе, и я отмечаю знакомые лица завсегдатаев.

Лорд Байрон — финансовый аналитик с непроницаемым лицом, вечно с красной наклейкой на рубашке, всегда один и никогда ни с кем не общается. Но тем не менее постоянный клиент «Светофора». Наверняка работает в офисном здании за углом и не торопится домой.

Леди Ди — милфа, ухоженная и подтянутая, я прочитала, что таких называют пумы, — вечно в поисках молодых парней на вечер.

Дон Жуан — наш местный Казанова, который, кажется, переспал уже со всеми клиентками «Светофора» и не по одному разу. Говорят, он очень хорош. И говорят, панически боится любых серьёзных отношений.

Рембо — суровый качок с непроницаемым лицом, делает вид, что его тут нет. Как обычно.

Шоу Чука и Гека заканчивается. Я допиваю второй бокал, возвращаю пустой бокал на стойку и иду в кабинет.

«Светофор» — моя идея и моё детище. После развода мне достался сын и кое-какие деньги. Годами меня игнорировал бывший муж, говоря о своей усталости. И я придумала «Светофор» — место, где можно поболтать с кем и о чём угодно.

Мне помогла Лариса, та самая, что работает в баре. Лариса замужем за большим топ-менеджером, который всегда ставил семью на последнее место. И Лариса сходила с ума от скуки, погрузившись с головой в ипохондрию и бегая по врачам.

Там, в приёмной у дерматолога частной клиники, мы и разговорились. И говорили до самой ночи. И вдруг полетели вместе в отпуск в Турцию. И там созрел план «Светофор».

Мы смотрели на мужичка, который бросал в нашу сторону робкие взгляды.

— Вот и пойми, что он хочет, — пробормотала Лариса.

— Как было бы просто, если сразу всё было понятно, — протянула я.

— Как? На лбу написано?

— Нет. Ну, там наклейка. Зелёный свет.

— Ну или красный.

— Или красный.

Так родился «Светофор». Наше детище и отдушина.

Я перебираю бумаги. В кабинет заглядывает Гектор. Становится за моим креслом и массирует мне плечи. Молча. Ценно.

Ночью мы уезжаем вместе с ним ко мне домой.