Глава двадцать третья. Оттепель

Этой ночью я не видела во сне прошлую жизнь, вместо привычных мне образов людей наряженных в славянские тряпки, я лицезрела ужасы. Те самые чудовищные рожи, не люди, не звери. Признаться отвыкла от них, и они знатно меня напугали. Я кричала, бежала, звала на помощь, но всё бесполезно. Несколько раз просыпалась в холодном поту, и не могла развидеть кошмар. Казалось прошлое больше не настигнет меня, но я как и всегда ошиблась.

Уснула крепко под утро, и вроде бы без проблем. Разбудил меня странные сладкий аромат. Сначала я не могла понять, откуда он взялся, ведь дверь в комнате, как и всегда, закрыта, а значит, снаружи запах попасть ко мне никак не мог. Повернувшись к окну, мои глаза наткнулись на тумбочку, которая обычно пустовала, однако на сей раз, на неё красовалась чёрная ваза с золотыми узорами, а в ней огромный букет цветов. Вскочив с кровати, я приблизилась к ним и вдохнула аромат, от которого на душе, словно бабочки поселились. Сразу подумала: наверное, бабушка заставила Корфа сделать мне презент, или сама подарила. Станет Юлиан напрасно тратить время на какие-то цветы.

Мелочь, но приятно. Я сфоткала букет и выложила в сторис своего аккаунта в социальной сети с подписью: «угадайте от кого». В моей жизни цветы дарил только папа и то по особым случаям, парни никогда не тратили на такое время. Лёха считал, что толку с них нет, завянут и выбросить, вот и вся радость. Он не понимал тонкости таких подарков. Да конечно цветы, несомненно, жаль, их век недолог и они радуют глаз от силы несколько дней, и всё же, как приятно когда дорогой человек приносит что-то похожее и вручает тебе в руки с улыбкой на устах.

Повздыхав над букетом, я ушла в ванну. Вернувшись, обнаружила несколько ответов на мою сторис. Писали однокурсницы, предполагая, что Лёшка подарил, хвалили его, называли тонко чувствующим Ромео. Надя отреагировала, отправив одно красное сердце. Как мне на это смотреть и что отвечать, понятия не имела. Решила пропустить мимо глаз, пусть пишет, мы всё равно больше не подруги. Самым интересным стал ответ от незнакомого аккаунта. При всей своей наивности я знала наверняка, кто сидит под этим набором цифр. Его сообщения только подтверждали догадки.

«Твой новый хахаль подогнал?»

«Любопытно как заслужила?»

«Пришлось, наверное, раком встать».

Лёша нашёл способ, как снова начать докучать мне. Пару дней от его не слуху, не духу и вот опять явился. Вздохнув, я заблокировала бывшего парня, и пошла сушить волосы. Закончив утренние процедуры, я оделась и собиралась пойти прогуляться, планировала Женьке позвонить, уговорить её пообщаться с Серёжей. Думается мне, они должны найти общий язык.

Оказавшись в прихожей, я не сразу заметила, как за мной наблюдают. Обуваясь, я присела на корточки, чтобы застегнуть туфли, сзади ко мне подкрался Юлиан, и если бы не моё особое острое чутьё, я бы, наверное, и не поняла.

— Убегаешь? — скрестив руки на груди, он опёрся о дверной косяк и с недовольством поглядывал в мою сторону.

Разобравшись с обувью, я выпрямилась и подошла к нему.

— Хотела встретиться с подругой. Не возражаешь?

— Возражаю! — огорошил он меня.

— Что? Но почему? Ты обещал, что я могу перемещаться, как захочу, и куда пожелаю. Неужели передумал? Боишься, не вернусь? — налетела я на Корфа с множеством вопросов, которыми хотела скорее задеть его, чем разозлить.

— Дело не в моих страхах Лада, а кое в чём ином. Ты просила дать нам шанс, — не двигался он, с места продолжая сверлить меня испытующим взглядом. — Скажи, тебе понравились цветы?

О боже, так это всё-таки от него? Серьёзно Юлиан Корф выбрал тот букет специально для меня? Мой телефон как по заказу пиликнул, оповещая о новом сообщении. Юлиан не смог не обратить на это внимание.

— Всё утро пищал, надеюсь, ты ответила своим «фанатам», — с презрением покосился он на мой гаджет.

Похоже, Корф заходил ко мне в спальню, когда я находилась в ванной, и мог посмотреть, кто пишет. Лёша и его бестолковость, теперь ясно он в любом случае умрёт молодым, ведь его тупость переходит любые границы.

— Девочки однокурсницы пишут, я выложила в сеть твой подарок, — не соврала, но и не договорила правды, надеюсь, прокатит.

— Боишься им, не понравится?

— Чего? Нет, мне просто захотелось поделиться с людьми красивыми цветами. Я часто что-то фоткаю и выкладываю, люблю эстетику, — попыталась я оправдать, но поздно поняла, что делаю это зря. — Не твоё дело. Что ты там говорил о шансе?

Мгновение и он смягчился, перестал выглядеть серьёзным, и немного расслабился. Будто бы сейчас я ему угодила, задав правильный вопрос.

— О шансе говорила ты в свой первый день в моём доме, и я решил, что неплохо было бы его начинать реализовывать, а то лежит на полке, пылится зазря... — Подошёл он ко мне, заглянул за плечо, и протянул руку. Когда я уж думала, что он коснётся меня, то замерла в ожидании, но вместо этого с зеркала позади меня он снял свои солнцезащитные очки. — Поехали покатаемся.

Больше не смотря на меня, он направился к выходу. Пришлось последовать за ним, ведь, как и всегда спрашивать у меня могу или хочу никто не стал. Мы вышли со двора, где нас ждал новый до сегодняшнего дня мною неведанный автомобиль. Красный спорт-кар. Сперва я удивилась, ведь папа на день рождения подарил мне похожий, но постаралась не показывать своих истинных чувств.

— Знакомая игрушка или для тебя все тачки на одно «лицо»? — приспустил очки Корф, поглядывая на меня с неким возбуждением.

Знакомая ли? Прикрыв рот ладошкой, я прикоснулась к ровной поверхности машины.

— Моя? Та самая? — не хотела показаться дурой, поэтому спрашивала односложно.

— Да-а, — протянул он, подошёл ко мне и открыл дверь. — Пришлось попотеть, пока искал покупателя. Он ещё и продавать отказывался, мол, дочке его больно нравится автомобиль. Пришлось действовать по старой схеме.

— Имеешь в виду...? — Успела я подумать о криминале и закопанном где-то в лесу покупателе.

— Предложил двойную сумму, вся любовь дочери к машине сразу же угасла, — провёл он пальцами в воздухе, изображая видимо угасание.

— Я не расплачусь, — радость омрачилась печалью от осознания, что столько миллионов я нигде не найду.

— Не требую. Подарок. Садись, — пригласил Юлиан меня на пассажирское сиденье.

В благотворительность я не верила, а Корфу подавно, сегодня он дарить тебе луну и звёзды, а завтра отбирает их, погасив для всех.

Я сумела-таки насладиться ещё одной поездкой на машине подаренной когда-то папой. В отличие от него, Юлиан водил более плавно, словно мы не едем, а летим. Даже обгонял других с редким изяществом. Может быть, я преувеличиваю, но поездка мне реально понравилась, я поучила максимум удовольствия.

Через какое-то время Юлиану позвонили, он поговори, и согласился на что-то. Закончив с собеседником, оповестил меня, что нам придётся заехать в его офис.

— Не возражаешь Лада?

Я пожала плечами.

Вскоре оказавшись возле него, Корф пригласил меня пойти с ним, вроде группы поддержки. Сомневаюсь, что смогу быть ему помощницей, но противоречить не стала. В холле нас встретил Сергей, он выглядел немного встревоженным, но отчаянно пытался спрятаться под маской приветливости. Он передал планшет своего начальнику и коротко улыбнулся, не без труда.

— Они настояли, — сглотнул парень.

— Ждут, — провёл указательным пальцем по экрану Корф. — Посмотри, какое отчаяние у них на лицах. Я будто бы х последний вагон.

— Мне кажется, тебе стоит их выслушать, но не при каких условиях не соглашаться на сотрудничество. Уверен, нам такой альянс выйдет боком Юлиан. Они не надёжные люди, — забрал Серёжа свой планшет, выключил его и спрятал за спину.

Я всё понимаю, дела, важные делишки, но Серёжа мог бы и поздороваться. Элементарные нормы приличия соблюдать надо даже в критической ситуации.

— Пошли Лада, поболтаем с предателями, — протянул он мне раскрытую ладонь.

В этот миг наши с Сергеем взгляды были идентичными. Что я глаза выпучила, что он.

— Не задерживай гостей душа моя, — подбадривающе улыбнулся мне мужчина.

Нет ничего плохого в этом всём, и я приняла его предложение. Вместе за руку мы дошли до лифта, Корф нервничал и посматривал на наручные часы, которые надел ещё, когда мы вышли из машины. Сзади семенил Сергей, обнимаясь со своим планшетом.

— Юлиан, я же не сошёл с ума? Вы держитесь, друг за друга? — влез он между нами.

— Иногда я желаю забыть, что мы близки Серёжа, потому что ты выдаёшь настолько несусветную чушь, мне за тебя стыдно, — не соизволил быть корректным со своим другом Корф. — Останешься здесь, для страховки, вдруг я не захочу их выпускать.

Я резко посмотрела на Юлиана.

— Всякое бывает душенька, — издевался он надо мной, и когда створки открылись, втянул, внутрь оставляя Сергея коротать время в одиночестве.

Пока мы ехали, я вырвала свою ладонь. Негодовала из-за происходящего. Не так планировала провести день, совсем не так.

— Не злись Лада, мы просто поболтаем, и я вышвырну их за борт, — рука Корфа легла на моё плечо и нежно сжала.

— Твоё поведение меня настораживает. Держание за ручки, прикосновения, — отпряла я от него. — И кто пришёл к тебе? Что за люди?

— Даю нам шанс, ты что ослепла? — схватил он меня за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза. — Мне вставь перед тобой на колени, чтобы ты начала думать в верном направлении? Лада не притворяйся идиоткой, тебе не к лицу. Лучше сыграй свою лучшую роль.

— Какую роль Юлиан? Я ужасная актриса, — посетовала, вспоминая прошлые провалы.

— Значить просто будь красивой. На женский язык перевожу: молчи, — без моего спроса взял за руку и повёл к своему кабинету.

Я терпеливо шла следом, обещая себе обязательно ответить ему, когда останемся наедине. Убрав очки себе на голову, он открыл передо мной дверь, приглашая войти. Обожгла его взглядом, но всё равно вошла. За столом в кабинете Корфа сидело двое мужчин. Одного я знала, не лично, но всё же второй по моложе мне не знаком. Оба парня встали с мест и поприветствовали новоприбывших. Корф вышел из-за моей спины и прошёл на своё рабочее место, усевшись в кресло, закинув ноги на стол. Его манерам научить бы. Я пошла к нему, но села на подоконник позади Юлиана.

— Уж кого не ждал, того не ждал, — вместо «здравствуйте» произнёс Корф.

— Лада Баталова? — присмотрелся ко мне тот, которого я знала по фотографиям, кажется фамилия у него знаменитая, царская.

— Ты пришёл рассматривать её или поговорить со мной Романов младший? — словно яд выплюнул Корф.

Романов перевёл глаза на того к кому явился.

— Члены альянса всё чаще и чаще стали появляться в моих стенах, никак дурной знак. Что желает маленький предатель? Кого мне для тебя стереть? — продолжал себя вести грубо Корф.

Я рассматривала его напряжённую спину, и нервные покачивая ногой. Юлиана явно задело, как Романов обратил на меня внимание, но я могла неправильно понять. Мужчины же напротив хозяина кабинета выглядели в ещё большем давлении с его стороны. Романов старался быть ровным как стрела, выглядел непоколебимым, однако за обликом равнодушия скрывался затаённый страх. Второй же был намерен прийти к непонятной мне цели, и не намеревался отступать.

— Перед тобой Влад…— собрался представить своего друга Романов.

— Заткнись! Дай вспомню… Ольшанский? — усмехнулся Корф, покручивая на столе ручку. — Я ждал тебя Влад. Почему связался с ним, почему не пришёл ко мне сразу?

— Откуда тебе известно? — недоумевал Романов.

Юлиан покачал головой. Он не ответил.

— Убирайтесь оба, я не желаю вам помогать. Скажем так, вы не потянете меня. Твой папаша был силён, — ткнул указательным пальцем в Романова Юлиан, — я сильнее. Просто мне было лень влезать во всю эту муть. Но признаться мне понравилось пускать в расход твоих родственников.

— Не понял? — скривился Романов. — Отец умер по естественным причинам, брат сел за преступление. Ты пытаешься меня обмануть Корф?

— Обмануть? Даже не знаю.

— Постойте! — вмешался Влад. — Давайте отбросил наши прошлые ошибки Юлиан Вячеславович, и поговорим как цивилизованные люди.

Корф переключился на второго парня. Он внимательно изучил его внешность, и с усталостью в голосе заявил:

— Быть чьей-то пешкой — просто. Попробуй разозлиться. В противном случае никогда, слышишь, никогда он не выпустит тебя из-под своего начищенного каблука, — науськивал он Влада. — К слову смотрю, ты стал более сдержанным, мне сказать спасибо твоему учителю? Он ещё не в вашей шайке? Хм-м, вряд ли, он хитер, как и его старик, будет сидеть тихо, пока другие не ослабят врага, и тогда только тогда снесёт им голову с плеч.

Перед взором пронеслась картинка, как Юлиан приказывает рубить голову Алексея. Мороз по коже.

— Юлиан, — покоробило меня его высказывание, и я впервые подала голос. Он не то, что не посмеет причинить кому-то физический вред, я даже размышлять ему о таком не позволю.

Корф обернулся, удивлённый моим вмешательством.

— Да душа моя?

— Без голов. Пожалуйста, — мягко потребовала я.

— Договорились, — подарил он очередную свою наглую улыбку Корф, и вернулся к гостям. — Пошли вон.

— Послушай условия! — вскочил с насиженного места Романов. — В противном случае Крамской в краткие сроки узнает, кто играет против своих. Баталову будет тяжко выкарабкаться из такой засады, как и твоей подружке.

Сердце зачастило стоило мне услышать угрозу. Я спрыгнула с подоконника, и вышла вперёд. Юлиан занервничал, встал следом за мной, пытался остановить, но я не послушалась.

— Ты кому угрожаешь? Считаешь, что можешь бросаться словами на ветер? Сейчас ты не у себя в кабинете господин Романов, ты здесь, в офисе Корфа, и ты сам пришёл сюда по своей воле. Думаешь после таких слов, тебя просто отпустят? — Разозлил он меня, да так что я подошла к нему и толкнула в грудь. — Вы в своей секте бандитов совсем забыли, что такое страх.

— На кого тявкаешь сучка? — не был сломлен моими словами тот, и тоже стал надвигаться. — Одно моё слово и от Баталовых останется прах.

— Кирилл остановись, — попытался привести своего товарища в чувства Влад. — Ты перегибаешь палку.

— Как от и Ольшанских Влад. Теперь рассмотри получше с кем якшаешься, — взял меня за руку Корф, и завёл себе за спину. Обратился к Романову: — а ты.… Одно твоё неловкое слово о Баталовых и от твоей семьи не останется даже праха.

Романов остыл, по крайней мере, внешне. Видимо ему было кого терять, и угрозам Корфа он поверил беспрекословно.

— Подумай хорошенько Юлиан. Вместе мы сможем разобраться со всеми, кто навредил нам, — попросил его Романов, удаляясь вместе с Ольшанским из кабинета.

Стоило нам остаться одним, как Корф расслабился и опёрся о стол, прикрыв глаза. Я сделала тоже самое, примостившись рядышком.

— Извини, он взбесил меня, глупый идиот, — фыркнула я, направляя всё своё негодование на закрытую дверь.

— Мне нравится, когда мы заодно Лада, — не поднимая головы, произнёс мужчина. — И всё же, не лезь на рожон, когда я могу сделать это за тебя.

У меня перехватило дыхание от его заявления. Не могла поверить, что услышала слова, какие обычно говорят важным людям. Корф словно признался, что готов подставиться, если мне будет угрожать опасность. Это одновременно и пугает, сжимая все внутренние органы, и заставляет воспарить в небо высоко над облаками.

— Ты говоришь мне такие вещи… я.… Как реагировать? Мы то далеко, то так близко, — сжав всю свою волю в кулаке, я приблизилась к нему и осторожно убрала упавшую Юлиану на глаза прядь пепельных волос.

Мой жест не остался незамеченным, и он сразу же отреагировал, посмотрев на меня. Рука моя замерла над его лицом. Юлиан обхватил её, сжал, не больно, но так чтобы я не смогла сопротивляться, и положил себе на колено.

— Я, правда, стараюсь… правда, — последнее он прошептал.

— Что будет дальше? Этот Романов сдаст моего папу? Юлиан скажи, что твои слова не пустой звук, что ты защитишь мою семью в случае чего, — другой рукой я накрыла его ладонь державшую меня.

— Всё будет, так как я сказал, если он откроет рот.

— Никаких жестокостей. Без увечий, — настаивала.

— Если он причинит тебе страдания, я не сумею без увечий. Увечья станут его спасением, — положив свободную ладонь мне, а щёку он лбом упёрся о мой лоб, так и просидели.