Глава двадцать шестая. Непредсказуемый принц

Прошло уже минут тридцать, как я приехала в офис Юлиана. Без него, его кабинет выглядит не таким интересным. Сколько же с ним связано воспоминаний, а вроде бы только месяц прошел. Корф и обижал, и пугал, и успокаивал и даже беспокоился обо мне. Я совсем перестала понимать, куда нас ведут наши запутанные отношения, одно знала наверняка, мне нравилось происходящее.

С нашего первого спонтанного поцелуя прошло пару дней. Во снах я ничего не видела, ведь мысленно жила в том самом моменте под яблоней. Думала бесперебойно, не могла угомонить фантазию и заводила та меня далеко в дебри, становилось страшно по-настоящему. Зато за Юлианом я не заметила никаких перемен. Пока я смущалась сидя с ним за одним столом, он вёл себя достаточно обыденно, словно мы не целовались, и общаемся как раньше. К слову для меня поцелуи это не просто ерунда, я воспринимаю их со всей серьёзностью, и если человек игнорирует произошедший между нами факт событий, я начинаю нервничать. Быть использованной не совсем приятно, появляется чувство неприязни и желание сделать ему хуже, чем он мне. Прошло два дня, и я не торопилась с поспешным принятием решений, возможно, всё наладится, и мы обсудим случившееся. По мне так пора бы.

Собственно жаловаться не на что, мы с Корфом виделись лишь по утрам и вечером. И то не всегда, он постоянно где-то пропадал. Я как истинная сопливая девочка придумала ему классное оправдание: просто Юлиану неловко, и он пытается не появляться передо мной, размышляет, ищет хорошую возможность сделать… Что сделать? Этого я не знаю.

На третий день он позвонил Людмиле Валерьевне с работы и попросил передать мне, чтобы я явилась к нему в офис. Вот она я (как идиотка прибежала по первому зову), а его по-прежнему не видно. Не могу найти внятное объяснение тому, почему он лично мне не набрал, уж тут мозгов не достаточно на очередные оправдания.

Мне надоело сидеть на диванчике, я оставив на нём свою сумочку прошлась по просторному кабинету. Подошла к креслу, в котором обычно восседает Корф, выдвинула его и нагло уселась за стол. Удобное ничего не скажешь, натуральная кожа, живодёр! Вдруг мне взбрело в голову покрутиться как дела это в детстве, и несколько оборотов вокруг оси вскружили мне голову. Вместо того чтобы остановиться я сделала ещё несколько оборотов, так весело стало. Пока я развлекалась, как могла, вернулся Корф, и обнаружил меня за всем этим безобразием. В целом я не стыдилась, он мог застать меня за ещё более дурацким занятием.

— Долго ждёшь? Хотя не отвечай, сам вижу, — прикрыл он за собой дверь, и прошёлся по кабинету к креслу напротив меня. Даже не согнал со своего «трона», как мило, однако.

— Заскучала, спорить не буду. Зачем, я трачу время здесь, надеюсь, дело важное, хотя-я…— протянула я с недовольством. — Вряд ли оно вообще имеет значение, ведь ты сам не удосужился меня позвать, а сделал это через бабушку. Трусливо, не находишь?

Корф засмеялся, опустив голову в знак капитуляции. Рада, что смогла уделать его, пусть и в такой ерунде.

— Немного нахожу, — откинувшись на своём менее комфортном стуле, Корф спрятал руки под стол и смотря на них.

Что ж так мы далеко не уедем. Придётся сделать первый шаг, ведь сам он до такого не опуститься. Гордость — его главный порок.

— Зачем пригласил? — постаралась я быть деликатней.

— Возможно, не вспомнишь сказанных тобою в порыве слов, но я не могу вычеркнуть их из памяти Лада. И тебя тоже, — исподлобья всё-таки посмотрел на меня.

Могу на сто с лишним процентов гарантировать о каких именно словах Корф говорит. Да, они мне тоже покоя не дают, я многое наобещала, а он своим молчанием заставил меня сомневаться. Показалось что не особо ему мои услуги и нужны.

— Правда? По тебе не заметно, — сложила я руки на стол, и стала всматриваться в лицо мужчины. — В последнее время мы как соседи живём, хотя было между нами то чего я лично забыть никак не могу.

— И я прекрасно понимаю, о чём речь душа моя, — встав с насиженного места, он обошёл стол и встал позади меня, кладя ладони обеих рук мне на плечи. Продолжил:

— Я виноват, сделал необдуманный шаг. Может рано? Ответь.

Мало мне прикосновений, он ещё и вопросы неудобные задаёт. Оказывает на меня давление. Допрос с пристрастием.

— Всё нормально. Меня больше волнует…— запнулась.

С Лёшей у нас складывалось намного проще, чем с Юлианом. С Борисовым мы пару раз погуляли, поцеловались и как-то автоматически стали встречаться. С Корфом же ситуация отличается кардинально, я нахожусь в каком-то подвешенном состоянии, не знаю чего ожидать в следующую минуту.

— Расскажи мне о своих волнениях Лада. Дай развеять, — следом указательный палец Юлиана погладил мою щёку.

— Не делай так, — схватила я ладонь, и убрала, не разрешая ему. — Твои действия могут заставить меня думать по-другому.

— Ты не уверена во мне? — вместо того чтобы отступить, Корф обхватил мою шею руками, вроде как обнимая, но я дико испугалась по началу. — У меня, правда, было много дел Лада, я не мог быть с тобой, но сейчас мы вместе, давай насладимся мгновением. Не причиняй мне эту развращающую боль.

— Как боль может развращать? — взяла его за руки, пока Юлиан обнимал сзади.

— Очень просто. Вначале боль самое обычное неприятное чувство, а потом когда она становится постоянной, ты как ненормальный ищешь ее, если она вдруг пропадает, — вдохнул Корф запах моих волос. — Яблоко. То-то меня потянуло.

— Ну, всё достаточно, — нехотя я вырвалась из его хватки, и отошла к окну. Решив больше никогда не прикасаться к его проклятому креслу.

— Не понравилось? — удивил его мой протест. — Что ж будем работаться над ошибками. К слову об ошибках, твой отец меня не понял. А ты? Мне показалось, поняла.

Я кивнула. Попытавшись абстрагироваться от объятий Корфа, я вернулась к нему, в ожидании приказа. Я помню что пообещала, будет неуместно, если я вдруг переобуюсь.

— Что мне делать? Как попасть в этот альянс? — скрестив руки на груди, неуверенно спросила я.

— Не переживай душа моя, я всё сделал. Думаешь, чем я так упорно занимался эти мучительные дни вдали от тебя? — открыл он один из шкафов и достал папку красного цвета, бросив её на стол передо мной. — Пришлось немного схитрить и попросить помощи у моих «друзей», но оно того стоит.

— Опять ты о них? Это те люди? — намекала я на бандитов, помогающих Юлиану и тех, кому он теперь должен.

— Не думай о плохом, — раскрыл он папку. — Лучше распишись в нескольких местах, и ты можешь официально считаться стажёром в компании Крамского. Мне нужен именно он.

— Обычный стажёр? — не впечатлялась я, стала листать папку, делая вид что изучаю.

— Когда сотру в порошок Крамского, сделаю тебя в его компании генеральным директором Лада, а пока бери что дают. Было непросто протолкнуть тебя туда. Я может и обладаю некой абстрактной властью которую никто не видит, но чёрт побери, даётся она всё тяжелее с каждым разом. Я будто чувствую, как узел на шее затягивается, — потёр он её.

— Извини, — сочла я свои слова грубостью, подошла к дивану, забрала свою сумку и достала из неё ручку. Не простую, особенную, связывающую нас. Прямо как знала, носила с собой на всякий вот такой случай. Склеила её супер клеем, для кого-то мои поступки будут выглядеть странно, но какая разница? Открыла ручку и стала листать документы, подписывая почти на каждой странице.

— Памятная вещица? — не упустил Корф возможности подколоть меня.

— Выброшу её, как мы закончим с делами, — не купилась я на провокацию.

— Лада ты же понимаешь что с того момента наши жизни изменились. Тогда я просто хотел напугать девушку, которая казалась мне несерьёзной, — аккуратно забрал он ручку, и снова переломил. — Надо избавляться от неприятных воспоминаний.

— Много ты избавляешься от них? Воюешь с такими «большими» дядьками, а я как дурочка следую за тобой вслепую. Помню о твоих родителях, но кроме сухого факта, что они умерли от рук альянса, я ничего не знаю, — захлопнула я в негодовании папку, и протянула её ему.

— Может, не зря не знаешь? Может, я пытаюсь уберечь тебя от страшных фактов? А это оставь себе, передашь человеку, который встретит тебя в компании Крамского, — имел он в виду папку.

Значит, он хочет, чтобы я поехала туда прямо сейчас? Корфу даже озвучивать свой приказ не надо, я начинаю понимать мужчину без слов. Уместив кое-как её в сумке, я собиралась пойти выполнять своё обещание, но рано Юлиан отпускать меня не желал. Забрал сумочку и поставил на свой стол, а меня притянул к себе. Изо всех сил, что оставались во мне, я сопротивлялась, не физически, морально. Сдерживала чувства, которые он своими действиями вызывал у меня. Дрожь, сердцебиение, смущение. Пусть делает что хочет, дважды я в его ловушку не попаду.

Наивная девочка.

— Не надо так Лада, — придерживая меня за талию одной рукой, второй Юлиан убрал прядь волос с моего лица. — Всего два дня. Они уже прошли, я ведь тоже скучал по тебе.

О боже, боже, боже! Дай мне сил всевышний. Не реагировать Лада, не смей, ты сильная, а он всего лишь мужчина. Вспомни сколько бед от Корфа постоянно, всё проще некуда, держи в голове неприятные моменты, случавшиеся между нами. Дилемма даже не в том, могла я думать о плохом или хорошем рядом с ним. Думка отключалась совсем, как электричество во время сильного шторма. Это как гул в ушах, когда их закладывает, как ослепительная вспышка, короче, я тупо безвольная кукла в его руках.

— Молчишь? Если передумала идти, давай я прямо сейчас разорву документы, — потянулся Юлиан к моей сумке, но я остановила его одним касанием.

— Я пообещала. А свои обещания привыкла сдерживать, сделаю, как ты просишь, — зачем-то вернула я его ладонь к своим волосам. — Только не считай меня слабой и недостойной.

— Я не настаиваю Лада, для меня порвать их не составит труда. Найду иной выход, всегда находил. Поверь есть место для воображения, — улыбнулся Корф так нежно, по-доброму.

— Мой папа должен тебе, раз не собирается отдавать долг, я возьму его на себя, и не подведу тебя Юлиан, — непослушные руки легли ему на пояс, а глаза не могли сдвинуться, смотрели только на него.

Корф не ответил, вместо этого он снова поцеловал меня, прямо как тогда. Губы его были настойчивыми, требовательными, жесткими. Он брал, брал и брал, мало отдавая в ответ, но я была не против, наоборот мне хотелось отдать больше, но я не могла. Просто на просто не имела этого самого «больше». Упарившись в край стола, я не жаловалась, поддавалась на ласки, разрешала ему всё что заблагорассудится. Мужские крепкие ладони изучали мою кожу на шее, зарывались в волосы, сжимая их и натягивая, отчего становилось немного больно, но мне нравилось. Сама же я вела себя менее активно, боялась спугнуть Корфа, лишь отвечала на его взрослые поцелуи, не такие, какие я помню, у нас были с Лёшей.

— Надо остановиться, — оторвался от меня первым Юлиан, прикусив мою нижнюю губу.

Та пульсировала, кажется, даже кровоточила, но я даже не заострила на этом внимание.

— У нас обоих есть обязательства. Езжай в офис Крамского, знаешь, где он расположен? — всё ещё не отпускал он меня, нежно касаясь пальцами моего лица.

Кивнула, не в силах что-то говорить.

— Отлично. Я вызову такси, дал бы своего водителя, но эти уроды знают моих людей вдоль и поперёк, рискованно, — достал Корф телефон и зашёл в приложение, сделал заказ и естественно оплатил его.

— Скоро приедет, собирайся, — хотел Юлиан, наконец, отпустить, но я как ненормальная схватила его за запястье.

— Не хочу уходить. Ты опять станешь ко мне холоден, когда вернусь, — вырвался из меня испуг.

Корф снова улыбнулся, поцеловал, не так властно, а легко, быстро, скромно, прямо как подросток.

— Я буду прежним. Не накручивай себя душа моя. Я буду с тобой, — и прижал к себе, обнимая.

Спустя минут десять, я покинула кабинет Юлиана, но сделала это не по своей воле, а из-за внезапно нагрянувшего Серёжи. Взгляд его потемнел, когда он встретил меня, словно лимон слопал. Не понимаю, почему у парня такая неприязнь, неужели всему виной мои невинные шутки о парфюме? Последнее что я услышала перед уходом, Серёжа возмущался:

— Ты перестал меня слушать. Делаешь, что вздумается…

Раньше мне казалось, что Корф управляет Сергеем, но теперь, после нашего визита к «гости» к моей семье я начинаю сомневаться. Словно Серёжа уже не просто правая рука, они будто наравне. В прошлом Корф был сильным колдуном или вроде того, Сережа, похоже, тоже, и вместе они были с детства, а как дела обстоять в наши дни? Как давно они дружат и насколько сильна связь? Обязательно узнаю, когда снова представиться возможность. Заметила, когда Юлиан нежен со мной, он более открытый, надо этим воспользоваться.

На такси я быстро доехала до пункта назначения, и на негнущихся ногах отправилась к высокому зданию. Оно выглядело намного помпезней офиса Корфа, но оно и понятно. Кто-то пытался всеми силами показать, что он богат и что за ним стоит целых альянс, а кто-то действует из тени, чтобы их свергнуть. Нужный человек ждал меня на входе. Невысокий мужчина средних лет с очками на глазах. В целом типичный обитатель альянса, они как я уже упоминала все как на подбор в одинаковых костюмах.

— Заждался я вас Лада Вадимовна, — пожаловался мужичок. — Меня зовут Владимир Фёдорович Юрьев, рад познакомиться.

Мы пожали друг другу руки.

— Я один из совета директоров в этой большой компании. Буду вам помогать. Юлиан Вячеславович, надеюсь, не поскупился на детали? А то он любит умалчивать, — с неким раздражением закатил глаза Юрьев.

— Я тоже надеюсь, но вы, если что не бросите же меня верно? — уточнила.

— Корф клялся меня четвертовать если я даже попытаюсь сказать вам грубое слово Лада Вадимовна, так что не стоит беспокоится. Насколько мы все знаешь с Корфом лучше не связываться, — шепнул мне на ушко тот.

— Вы же связались, — указала я на факт.

— Имею в виду не лгать, не юлить, не пытаться играть на два фронта. Работать с ним можно, он умеет благодарить, поэтому я и помогаю. Альянс нынче не занимается благотворительностью, и я полностью поддерживаю Юлиана Вячеславовича в его желании построить что-то новое, стерев с лица земли старое, — горделиво задрал подбородок офисный клерк.

Что ж на это мне ответить нечего.

— Макар Владимирович будет рад увидеть в наших рядах дочку Вадима Борисовича. Он давно упрашивал вашего отца начать подготовку его детей, но тот упёрся. Кстати о Вадиме, он ведь в курсе? — приспустил очки Юрьев, ведя меня по коридорам офиса.

— Нет. Но деваться некуда, скоро узнает, — пожала я плечами, и тут же вспомнила о папке, достала её и передала Владимиру Фёдоровичу.

— Верно-верно, — забрал он документы. — Мы с тобой сейчас здесь, а значит, разговор надо фильтровать. Даже полунамёками говорить не стоит. Дело тонкое, чуть поворот не туда и нас обоих сживут со свету, если не хуже.

— Вы же сами не умолкаете, — с чего-то вдруг мне стало смешно.

— Не цепляйся к словам девочка, пошли, покажу, что тебя ожидает в этом концлагере.

Юрьев провёл нудную экскурсию по офису, показал где, что, и поведал, с чем мне придётся иметь дело. Моя работа показалась мне довольно странной, но я приняла её как данное. Всего лишь нужно будет вносить все старые документы в компьютер. А их как выяснилось целый архив.

— Работа не пыльная, но ты обязана быть внимательна к деталям Лада Вадимовна. Естественно однажды информация может понадобиться Крамскому или кому-либо ещё из альянса, но в первую очередь я дал тебе эту работу, чтобы ты досконально изучила все огрехи, проколы, строгие нарушения называй, как хочешь, и их соответственно придётся сливать Корфу. Понимаешь меня да? Для тебя это не станет проблемой, — пояснял Юрьев, когда мы находились в его кабинете, по заверениям месте, где нет прослушек и камер.

— Неужели Юлиан собирался заставить моего отца заниматься тем же самым? — не поверила я, что всё настолько просто.

— Конечно, нет, — как на дурочку поглядел на меня Юрьев. — Но, увы, мы не можем рисковать и тащить тебя на руководящие должности, ибо это, во-первых, нереально, ты без оконченного образования; а во-вторых, недолго ваш роман будет в тайне. Не думаю, что данное событие может повлиять на исход, но всё же рисковать пока рано. Ты обязана доказать свою верность. Пока будешь заниматься этим неблагодарным делом, ищи косяки альянса. Совмещай приятное с полезным Лада Вадимовна.

Ушла из офиса в начале третьего, голова шла кругом, я устала. Собиралась сразу поехать отдыхать, но один звонок изменил моё понурое состояние. Выйдя из офиса и сев в такси, мне позвонил папа. На секунду обрадовалась, но вспомнив, чем закончилась наша последняя встреча, напряглась. Что ему могло понадобиться? Не мог же он узнать о моей новой работе так рано.

— Лада что происходит? — набросился на меня родитель с криками.

— А что происходит пап? — искренне недоумевала я.

— Это уже перебор. Скажи мне Корф больной? У него с головой не в порядке? Угрозы угрозами, но воплощать их в действия, хотя… Господи чему я удивляюсь, это же Корф, он такой, какой есть. Я дурак, забыл с кем имею дело, — ругался он сам с собой осуждая всеми силами Юлиана.

Я перестала что-либо понимать.

— Остановись пап! — повысила тон и я. — Объясни, что сделал Юлиан.

Волнение нарастало. Пока я выполняла своё обещание, Корф натворил что-то такое, отчего мой папа в бешенстве. Лишь бы было не настолько серьёзно насколько это возможно.

— Павда интересно? Если ты немного дорожишь своей семьёй, сегодня же вернёшься домой Лада, — продолжал тянуть резину отец.

— Говори уже, — разозлилась я.

— Ладно. Вчера вечером твой ненаглядный обстрелял наш дом. Весь второй этаж в дырках. Подъехали неизвестные на машинах без номеров и из автомата проредили стены нашего дома вместе с окнами, — как на исповеди поведал мне всю суть проблем папа.

Сердце чуть не остановилось. В глазах потемнело, воздуха перестало хватать. Я попросила водителя, чтобы открыл окна в салоне, и стала обдувать себя ладонью. Не могла поверить, что Юлиан пошёл на такой отчаянный шаг, особенно после всего что между нами произошло. Как можно целовать, говорить что скучаешь, и при этом отдавать приказ обстрелять дом близких мне людей? Как? Есть ли у него совесть и знает он, что это такое?

— Ты возвращаешься домой Лада, я лично заберу тебя сегодня вечером, собирай чемоданы, — настаивал на своём отец, когда как я вообще думала о другом.

— Никто не пострадал? — трясло меня.

— К счастью нет.

— Хорошо, я поговорю с ним, — и сбросила звонок.

Сказала водителю новый адрес, и выключила телефон, ведь папа не унимался, звонил и звонил без конца.

Расплатившись с водителем, я бледная и злая дошла до лифта, поднялась на нужный этаж, и без стука распахнула кабинет Корфа. Меня подпитывала ненависть: я согласилась ему помогать, а он тем временем устроил стрельбу в моём доме. Тварь.

В кабинете я застала Корфа и Серёжу. Они пили кофе и что-то мирно обсуждали, однако я нарушила это милое спокойствие. Бессердечные ублюдки. И как я повелась на его россказни, лил мне в уши мёд, а оказалось яд.

— Лада? Ты уже освободилась? — приветствовал меня улыбкой Юлиан, встав из-за своего рабочего места и пройдя ко мне, застывшей в дверях.

— Ты заплатишь за свои поступки, — прошипела я, и с размаху хотела ударить Корфа, но он поймал мою ладонь. Пыталась вырваться, сопротивлялась, но он оказался сильнее.

— Что за клоунада Лада? — улыбка слетела с его уст оскалом. — У нас же всё было хорошо.

— Юлиан, — позвал его Серёжа. — Полегче, она же девушка.

Боли я не ощущала, но как выяснилось, она была, ещё какая.

— Подожди, пусть поведает мне о своих переменах в настроении, — всё же отпустил меня Юлиан, но явно находился начеку.

— Ты мне будешь говорить о переменах Корф? Как же мне противно, что я согласилась помогать тебе, поверила твоим словам, — толкнула я мужчину в грудь. — Посмел дурачить меня, и одновременно с этим отдал приказ расстрелять мой дом. Тебе хоть капельку стыдно Корф?

— Баталов доложил, — понял Серёжа, подойдя к нам. — Поздновато он опомнился. Стреляли ведь вчера.

— Заткнись и выйди отсюда! — потребовал Юлиан.

Сергей не сразу, но послушался, оставив нас наедине.

— Зачем целовал меня сегодня? Неужели думал, я не узнаю? — задрожали мои губы, а к горлу подкатил ком.

— На самом деле я ни о чём не думал Лада, кроме разве что о тебе, — сделал он шаг, взял меня за руку.

Я попыталась вырвать её, но он наоборот ухватился сильнее и заставил придвинуться к нему ближе.

— Почему? — не могла придумать я вопрос лучше. Слёзы душили меня.

— Баталов разозлил меня, предал с порога, неужели я обязан был проглотить это только из-за тебя? Лада между нами всё по прежнему, я не хочу ничего менять, но твоя семья начинает мне мешать, а я не люблю когда чужие носы в свих делах, — забрал он мою сумочку и отбросил куда-то в сторону. — Если тебе станет легче, то я приказал обстрелять лишь второй этаж не просто так. Не рыцарь, но я знал, что там никого не будет в этот момент. В вашем доме работает женщина, она дала сигнал.

— Ты пытаешься меня обмануть, — не верила я, но очень хотелось.

— Говорю как есть, но ты можешь думать, как пожелаешь. Мне пока что не нужна смерть твоего отца, она станет лишь помехой, но этим обстрелом я вчера доказал Баталову что игры со мной к хорошему не приводят. Не признался тебе потому что…— Корф вздохнул, — испугался. Ты бы смогла признаться в подобном после всего, чтобы между нами было?

— Не сравнивай нас, я бы никогда не причинила твоим близким вреда, — предприняла я ленивую попытку выбраться их рук Корфа.

— Лада так нужно. Я обязан достичь свей цели, и неважно по чьим головам придётся идти.

— Даже по моей?

— Не надо такие вопросы задавать, не обижай меня, — сам-таки отпустил он меня, нервно упал на диван, и закрыл глаза.

— Как мне тебе доверять Юлиан? Я просто, кажется, только что это сделала, а ты ударил меня об жестокую реальность, — присела я на подлокотник.

— Зря значит поверила. Твои проблемы Лада. Надо меньше людям в рот заглядывать и мотать себе на ус, — не смотрел он на меня, отвернувшись.

— Ведёшь себя так, словно виновата я. Что ж твои проблемы, — повторила я за ним, — сегодня вечером за мной приедет папа.

— Баталов не заберёт тебя, — оживился Юлиан, взял меня за руку и притянул, усадив к себе на колени. — Я ему голову прострелю, если появится на моём пороге. Предупреди папу, чтоб не удивлялся.

— За такие слова убить тебя мало, — ладонью я провела по его шее, как будто бы лаская, и Корф даже испытал приятные ощущения, но я тоже умею лгать. Взяв мужчину за пепельные волосы на затылке, я оттянула голову назад. — О чём ты подумал? Лада слепая овца, ею можно помыкать? Лада без мозговая клуша её можно обманывать и она ни о чём не догадается? Так или не так Юлиан Вячеславович?

Корф мог с лёгкостью скинуть меня с себя, и перенять инициативу, но не стал. Подчинился, продолжая удерживать меня на своих коленях.

— Ты такая красивая в ярости, — ладонь его легла на моё бедро и прошлась по ней, рождая мурашки на моём теле.

— Хватит, — потянула я за волосы.

— Я убью твоего отца Лада, убью. Даже не думай, что твоя маленькая игра меня напугает. Я тебя никому не отдам, столько лет прошло, думаешь, я упущу свой шанс? — хищно усмехнулся Корф, облизнув губы.

Глаза Юлиана загорелись золотом, он рассмеялся, убирая мою руку со своих волос, целуя её, и прижимаясь к ней.

Меня как током ударило. Он что помнит наше прошлое? О чём ещё Корф может говорить? Я же не сошла с ума, его глаза золотые как во сне, Юлиан даже стал походить на свою версию из прошлого больше обычного.

— Не пугай меня, — я снова предприняла попытку вырваться, но он прижал меня к себе сильнее.

— Прости меня Лада, но я обстреляю их дом снова, если ты уйдёшь, и тогда уже будут жертвы. Я не принц на белом коне, добрым ни с кем не буду, кроме тебя моя душа, — глаза его оставались золотыми.