Глава тридцать шестая. Объявление войны

Всю ночь я не спала. Постоянно спускалась вниз, проверяя не вернулся ли Юлиан. Его не было, зато охрана во дворе не прекращала сновать туда-обратно. Они словно кого-то выискивали или убеждались что по периметру никого нет. Не знаю. От их шевеления мне становилось тревожно. В добавок Юлиан не брал трубку, что заставляло моё сердце вздрагивать каждый раз. А если кто-то причинит ему вред, как тогда мне жить дальше? Чёрт, из-за всего этого стресса я осознала, что наши жизни висят на волоске. Я беспокоилась за него как одержимая, не могла усидеть на месте, даже Серёже пару раз набрала, но и тому было не до меня. Они словно сговорились, два придурка.

Сердце болело, а душа разрывалась от слов охраны, что они не осведомлены куда отправился Юлиан Вячеславович. Хотела поговорить хоть с кем-то, но будить людей звонками рано утром не могла. Мои переживания — мои проблемы. И всё же не оставляла попыток дозвониться Корфу, и злилась только сильнее, обещая прибить его, как только выйдет на связь.

Взяв плед и накрыв им плечи, я вышла на крыльцо. Мужчины из охраны сразу же подошли ко мне и поинтересовались всё ли в порядке, на что я коротко им ответила. Попросила оставить меня одну и не беспокоиться что будут проблемы. Видимо Корф предупредил их что я могу уйти или сбежать, что совсем уж смешно. Хотела бы, давно это сделала, а не тянула резину постоянно оставаясь с Юлианом.

Усевшись на верхней ступеньке, я стала ждать, чего только не понятно. Корф мог и не вернуться в ближайшее время, на часах уже пять утра, а вокруг рассвет. Свежий воздух поспособствовал тому что моя нервная система успокоилась, и я уснула, к слову сама не заметила когда. Разбудил меня оживлённый разговор среди мужчин, они докладывали хозяину как прошла ночь. Открыв глаза, я увидела, как уставший и растрёпанный Юлиан приближался ко мне нервно поправляя волосы. Видимо от бессонной ночи они стали раздражать его, хотя обычно на них даже мизерного внимания не обращал. В несколько шагов он преодолел расстояние между нами, игнорируя некоторые ступеньки перешагивая их, присел рядом вытянув ноги, явно чем-то обеспокоенный.

— Доброе утро, — сжалась я от утренней прохлады.

— Почему ты не в постели Лада? — в отличие от меня Корф был одет легко, но его совсем не смущала погода.

— Сам посуди, — как по мне это я заслуживаю объяснений от него, а не наоборот. Из-за тяжёлой ночи во мне постепенно нарастало раздражение, и его нелегко было взять под контроль.

— Не люблю делать выводы не узнав факты, — не чувствовал за собой вины Корф. — Говори прямо, ценю, когда девушки умеют работать ртом.

Я могла бы сорваться и высказать ему всё, но попыталась унять внутреннего беса, не знаю, как это ещё назвать. Юлиан провоцировал меня намёками и попытками заставить ощущать себя ещё паршивее.

— Где ты был? — выдохнув, спросила я.

Корф тихо посмеялся надо мной. Даже предполагать не стану о чём он подумал.

— Я ведь говорил, что поеду по делам, тебя не устроила моя отговорка? — прикрыв глаза голова Юлиана упала мне на плечо, от чего я не сдержавшись вздрогнула.

— Ты как? Тебе нехорошо? — заволновалась, повернулась к нему, и увидела насколько он бледен в свете восходящего солнца. Цвет лица сейчас не далеко ушёл от оттенка пепельных волос.

— Я искал человека, которому было приказано держать тебя на мушке, — нагло отобрал он у меня половину пледа и прижался, обняв за талию.

Сглотнула от услышанного и от горячих прикосновений. Все вопросы сразу же отступили на второй план, когда Юлиан касался меня я терялась, забывалась, не могла дышать.

— Пока ищу способы не допустить твоей гибели ты просто сидишь на порожках и ждёшь меня. Разве парни не попросили тебя вернуться в дом? — бросил Юлиан гневный взгляд на мужчин возле гаража что-то обсуждающих.

— Просили конечно, — без раздумий подтвердила я, — у меня не было сил оставаться в кровати. Ты даже не представляешь сколько раз я тебе звонила. А Серёже… Зачем вам нужны телефоны если вы ими не пользуетесь?

— Лада! — твёрдо произнёс моё имя. — Не задавай глупые вопросы. Лучше пошли отдохнём, впереди ещё море проблем, которые нам предстоит решать.

Юлиан встал первый, а потом вместо галантной руки помощи от джентльмена он подхватил меня на руки и занёс в дом захлопнув за нами громко дверь. Я даже возмутиться или удивиться не успела, просто обвила руками его шею и положила голову ему на грудь. Тепло и спокойствие накрыли меня как невидимая вуаль, и я смогла-таки расслабиться и отдаться на волю другому человеку.

— Я всё равно не усну, — пробормотала.

Вместо моей комнаты, Юлиан остановился возле своей, легко открыл дверь не тревожа меня, и вошёл внутрь. У меня не было нездорового любопытства к его спальне, и я не смела нарушать границы между нами. Юлиан редко посещал меня, а я его. Обычно, когда просыпалась, Корф уже находился либо в гостиной, либо на кухне, поэтому идти к нему в комнату необходимости не было.

Юлиан уложил меня на свою кровать и накрыл одеялом, сам подошёл к столу и отрыл ноутбук. Пока я молча лежала и наблюдала за ним, смогла оценить убранство. Светлая комната, никаких излишеств, будто бы я находилась в кабинете где в добавок шла постель. Странно как-то совсем не интересно. Обычно у таких мужчин как Корф наверняка куча скелетов в шкафу, но тут и взгляду-то не за что зацепиться. Кроме разве что… Я тихо встала из кровати и подошла к столу, на котором лежал ноутбук и чья-то фотография. Юлиан слышал меня, обернулся, с интересом следил за моими дальнейшими действиями.

— Это твои родители? — не смела я прикасаться к рамке с фото.

— Д…—ответить он не успел, резко замолчал. — Лада иди оденься ладно? Не спрашивай зачем.

И ведь хотела спросить, не внимая его просьбе, но вовремя одёрнула себя. Вышла из комнаты и направилась в свою. Решила надеть что-то поудобнее, выбрала джинсы и белую водолазку, утром ведь прохладно, а мне почему-то показалось что нам придётся выйти из дома. Я вышла, и направилась в гостиную где уже находился Юлиан, одетый во всё чёрное, будто кто-то умер, да и лицо его казалось печальным если взглянуть под другим углом.

— Только что всё было хорошо. У нас что какие-то проблемы? — в районе солнечного сплетения всё перевернулось от ужасной догадки.

— Хотел провести этот день в мире и спокойствие рядом с тобой, но похоже нам не позволят, — не останавливаясь продолжал что-то печатать в ноутбуке Юлиан, смотря лишь на экран. — Сегодня я в ответ на гадкий поступок Романова сделал кое-что импульсивное. Знаешь это первый раз, когда я начинаю сомневаться в себе.

— Что же ты сделал? — инстинктивно отошла я на несколько шагов к двери.

Корф словно настоящий хищник уловил мои движения и переключил взгляд с монитора на меня.

— Чего ты боишься? — впервые за всё время знакомства с ним я уловила в голосе Юлиана нотки истеричности. — Считаешь я могу тебе навредить?

— Это вышло не специально, — толи оправдывалась перед ним, толи пыталась убедить саму себя. — Не хотела задеть тебя Юлиан, прости. Вижу, что тебе нелегко и случилось действительно что-то плохое.

В дом ворвался мужчина из охраны, он выглядел обеспокоенным и немного взвинченным.

— Юлиан Вячеславович приехал Баталов и ещё несколько людей. Он требует встречи с вами, — оповестил он хозяина.

— Рановато, — захлопнул Корф ноутбук и передал его мужчине. — Передай Паламару, если что-то случится.

Наблюдая за всем, я начинала паниковать. Когда Юлиан собирался пойти к моему отцу, я догнала его и крепко вцепилась в руку:

— Я ничего не понимаю.

Он закатил глаза от негодования и громко вздохнул.

— Я объявил войну альянсу Лада, что не понятного?

Он лишил меня дара речи. Как обухом по голове. Я нахожусь в одном из своих кошмаров или где? Зачем он рушит то что между нами начало выстраиваться? Корф ненормальный? Он болен? Что с ним чёрт возьми не так? Почему он не может жить как обычный человек, зачем нужны эти идиотские драмы, войны, месть?

— Что ты наделал? — выкрикнула я, толкнув его.

В следующий раз, когда хотела повторить свой выпад, тот самый мужчина кажется его звали Юрием схватил меня за руку и больно дёрнул назад.

— Держите себя в руках Лада Вадимовна. Вы не на базаре, — прорычал охранник.

— Отпусти, — извивалась я пытаясь высвободиться, но что мои силы против взрослого мужика.

— Твой папа пришёл за тобой. Пора снять с него розовые очки и показать, что я не шутил, когда забирал тебя, — с лютой злобой в голубых глазах он выскочил из дома.

Самые жуткие сцены расправы стали появляться перед глазами, и я снова предприняла попытку освободиться, кричала, угрожала, но всё оказалось бестолку.

— Там мой папа, Корф убьёт его, молю, дайте остановить, — рыдала я, наверное, покраснев как помидор. Слёзы лились градом, руки тряслись, а душа разрывалась.

— Вам лучше этого не видеть, — приговаривал Юрий.

В истерике мои глаза наткнулись на пистолет прикреплённый к поясу охранника, и я воспользовавшись его невнимательностью и занятостью больше моими слезами чем руками, забрала пистолет. Понятия не имела как им пользоваться, но наведя оружие на мужчину смогла усмирить его. Тот поднял руки, со словами:

— Гадство. Лада вам никто не желает вреда в этом доме. Я пытаюсь защитить вас, опустите пистолет.

— А я хочу защитить папу, ясно вам? — шмыгая носом, пояснила я ещё раз для убедительности. — Стойте на месте, не двигайтесь.

Еле не споткнувшись я смогла выйти из дома закрыв за собой дверь, и забыв про оружие в руки побежала к воротам. Сзади Юрий пытался догнать меня, но было уже слишком поздно. Увидев папу стоявшего на расстоянии от Юлиана, я помчалась к нему, пронеслась мимо Корфа прямо в объятия родителя. Папа облегчённо выдохнул, а я осознала, как сильно соскучилась по семье. Жизнь, которой я жила этот месяц не моя, чужая. Я жила по чужим правилам, законам, где нет места любви и пониманию. Сейчас как-никогда раньше я убедилась, что Юлиан Корф пусть и притягательная тёмная фигура, но он не рождён для чувств, его стезя — это кровь и ненависть.

— Всё будет хорошо доченька, встань мне за спину, — осторожно отлепил меня от себя папа, и обратился к Корфу: — Макар Владимирович уже в курсе смерти Ярослава Романова…

Романова? Не Кирилла? Ярослав, наверное, ему брат? Глаза мои поднялись на самодовольное лицо Корфа, которое после столкновения со страхом, отразившимся на моём лице помрачнело, и даже будто бы извинялось.

— Он был в бешенстве, и попросил меня разорвать с вами всякие договорённости если они имеются. Увы он был прав, и я нахожусь в невыгодном положении Юлиан Вячеславович, и в него нас загнали именно вы. Чтобы обеспечить безопасность Лады, я разрываю договор и забираю дочь домой. Отныне ваша война с Крамским или ещё с кем бы то ни было только ваша, — уверенно разъяснял папа Юлиану, смотревшему только мне в глаза.

— Это ты зря Баталов, — холодно прохрипел Корф. — Я ведь и обидеться могу. У меня на руках бумажка, которую ты подписал, и правилам которой ты не разу не последовал. Но кто станет разбираться, ведь по факту договор и подпись имеется. Я в шаге чтобы не отправить его Крамскому. Тогда охота начнётся на твою семью, и ты снова прибежишь ко мне, а если гордость взыграет, то история семьи Баталовых закончится на вас.

Он больше не смотрел на меня, что причиняло какую-то новую извращённую боль. Будто бы Корф разочарован и взгляд мимо это всё на что он теперь способен.

— Не посмеешь! — уверенно заявил папа, улыбнувшись, и подойдя ближе к врагу не боясь. — Каким бы тираном ты не был, я уловил твой перепуганный словно у зверька взгляд Юлиан. Моя дочь умудрилась влезть в твоё ледяное сердце и покорить его, и чтобы она не страдала ты не пойдёшь на это. Ты не убьёшь Ладу собственными руками. А отдать договор значить смерть.

Дальше случилось что-то дикое. Корф схватился за голову, за свой волосы и закричал. Несколько раз ударил ладонями себя по голове и вдруг упал на колени. Я совсем растерялась, собственно, как и все окружающие его люди.

— Ненавижу, ненавижу вас всех! — рычал он сквозь зубы.

Я хотела броситься к нему, но папа остановил.

— Уходите, — дал волю Корф, — но бегите быстро, иначе если они, — кивнул он на своих ребят, — вас поймают, убьют всех. Я не вру Лада, — поднял он утомившееся лицо на меня.

Моё проклятое сердце разрывалось от невыносимой агонии и боли.

— Тебе есть что терять, как и мне, — внезапно положил папа на плечо Юлиана руку и по-отечески сжал его.

— Да что ты? У меня нет ничего Вадим Борисович, даже души, — сбросил чужую руку Корф.

Папа вернулся ко мне и взяв под руку повёл к своему автомобилю. Я же в свою очередь не могла перестать смотреть на сидевшего на коленях Корфа и смотревшего куда-то в неизвестность. К нему подошли его люди и порывались помочь встать, но он отталкивал их, не разрешая себя касаться.



***

Лада села в машину отца, но при этом до конца не отводила взгляда от него. Словно дай ей пару минут, и она останется, не бросит, будет рядом и утешит, когда потребуется. Она ведь полюбила тот образ мужчины, который успела придумать в своей голове. Лада Баталова та ещё сказочница, до сих пор считает, что чудовище и красавица смогут быть, вместе не смотря на преграды. Корф же в выдумки верил с трудом и был реалистом.

Стоило автомобилю Баталова скрыться из виду, как он встал на ноги. Грязь, прилипшая к новым дорогим брюкам его, не заботила. Встряхнув головой, руками убрал налипшие на лицо волосы и обернулся к людям, работавшим на него достаточно длительное время и знавших поведение хозяина вдоль и поперёк.

— Вы в норме? — оглядел его Юрий начальник охраны.

— А на что это похоже? — вернуть себе самообладание оказалось не просто, и эмоциональная сторона Корфа снова проклюнулась.

— Мы ждали вашего хода, но не рассчитывали на столь бурное развитие событий, — высказал своё мнение начальник, и почти сразу же пожалел.

— Где твой пистолет? Она его забрала?

— Точно, — стал он искать оружие. — Совсем забыл.

— Верни.

— Прямо сейчас?

— Я хочу видеть твоё оружие на тебе, а не в отделе улик, — в голове Юлиана постоянно возникали противоречащие друг другу мысли.

— Может я заберу его потом, когда всё устаканится? Уверен Лада не пойдёт против вас и не отдаст оружие тому, кто хочет навредить вам, — Юрий всегда старался наставить хозяина на путь истинный, но у него никогда не получалось быть убедительным.

— Извините Юлиан Вячеславович, — прервал их затянувшуюся дискуссию совсем юный парнишка с телефоном Корфа в руках. — Вам звонит господин Паламар.

Корф вырвал смартфон из рук паренька и не секунды не колеблясь ответил:

— Аристарх Анатольевич, здравствуйте, — единственным перед кем старался не выделяться Корф был властный отец Сергея.

— Слышал ты перешёл от слов к действиям. Я рад! Давно пора. Приезжай ко мне мальчик мой, хочу дать тебе несколько советов как раздавить альянс и всё к нему прилежащее, — посмеивался явно находившийся в отменном расположении духа Аристарх Паламар.

— Я убил Романова, — вдруг Корфу стало не по себе, он отошёл от своих людей, и протёр лоб, покрывшийся испариной. — Не знаю, что на меня нашло. Вы ведь не будете сердиться Аристарх Анатольевич? Помню, запрещали мне действовать без вашего ведома, но вы доверили мне свой бизнес, и я посчитал что достаточно послужил на его благо.

— Не стоит волноваться сынок, всё идёт так как я задумал. А насчёт Романова, не забивай голову, ты правильно поступил, напугав щенка Макса, он теперь не посмеет мешаться у нас под ногами, однако я не пойму вот что мальчик мой…. Романов всегда крутился у тебя под носом, и ты его не трогал. Постарайся объяснить мне, чем тот умудрился насолить тебе? По какому поводу железное терпене Юлиана Корфа дало трещину? — Аристарх Анатольевич догадывался, так показалось Юлиану, но он умело обходил препятствия и сейчас терять хватку не намеревался.

Корф оставался честным с собой и со своими покровителями, так условился. Но после появления Лады кажется придётся научиться врать бесам в лицо, чтобы они не прикоснулись к ней, даже взглядом.

— Чтобы привлечь меня к союзу, Романов пошёл на крайние меры, он напал с помощью крыс из альянса. Посчитал что рассчитал всё от «а» до «я», но благодаря вашей мудрости Аристарх Анатольевич я сумел разобраться в ситуации и не смог закрыть глаза на откровенную наглость. Пришлось показать парню что я тоже умею отбиваться если захочу, — сформулировал Корф как ему показалось верное оправдание.

На другом конце послышалось скептическое «хм», но комментировать и пытаться выудить что-то ещё Паламар старший не стал. В конце разговора добавил тихо:

— Как Серёжа?

Об отношениях отца и сына никто никогда не интересовался. Серёжа запретил упоминать при нём имя его единственного родственника. Между ними что-то произошло, и Сергей прекратил всякое общение, просил так же поступить и Юлиана, но он не смог. Аристарх был ему не только покровителем, но отцом которого у него отняли в юности.

— Он в порядке. Я приглядываю за ним, — не стал говорить прямо что всё у них происходит наоборот.

Про Серёжу он больше спрашивать не стал.

— Скоро Крамской активизируется, предполагаю, что после похорон второго сына Макса, поэтому будь готов. Переезжай ко мне сынок, так безопаснее будет, вместе обороняться станем, — великодушно предложил Аристарх.

— Я подумаю, — витиевато ответил Юлиан.

После этого распрощались. Корф сбросил звонок и в непреодолимой ярости разбил его об асфальт. Взрослые мужики, знавшие своего начальника как непробиваемого без эмоционального человека, напряжённо поглядывали в его сторону. Но Корфа не волновало чужое мнение, он погрузился в себя, и не мог понять, что сделал не так? Лада должна была остаться, она хотела, она желала быть с ним. Без неё мир стал мрачнее, а кровь, которую девушка стёрла с его рук вдруг стала возвращаться. Юлиан уставился на свои ладони пытаясь оттереть их, но ничего не выходило. Он терял над собой самообладание. В голове происходили перемены, всё не казалось однозначным, а душа опустела.

Лада бросила его, почти не раздумывая. А он продолжал не понимать, отчего…





ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…