Смирение

  Две разбитные бабёнки Инна и Леночкой выехали на курорт. Заселились в комфортабельный отель. Первые дни робели, старались соответствовать публике, а к концу недели уже громко смеялись и таскали еду в номер. Инна даже умудрилась вынести шампанское, которое тайком перелила в свою флягу. Ох и весело было в то утро на пляже. А на следующий день Инна повздорила с немцем: - "Это мой лежак!" Мужчина начал что-то говорить на своём, но Инна высказала ему гордо: "Мы тебя не шпрехаем, убирай свой задэ с нашего местэ!" Мужчина не стал связываться и уступил место. Западному человеку не понять русскую обоснованность - куда бы ни приехали, нагретое местечко считается своим. "Нам чужого не надо, но своего не отдадим!" - ржали подруги вечером в баре за Бейлизом, празднуя отвоеванный лежак. Далее пошли  развязанные шуточки, беспричинный смех, флирт с персоналом... На завтрак Инна с Леной пожаловали в купальниках, прикрытым парео, чтобы сразу пойти на пляж. Девушка на стойке, шутливо погрозила пальчиком, а наши туристки, не поняв предупреждения, долго ели и громко смеялись. Одна женщина попросила вести себя тише. "Чего еще?! Не мешай отдыхать! Мы тут третью неделю, а тебя впервые видим?!" "Во-первых, мы не знакомы. А если будете хамить, то я пожалуюсь!" - холодно ответила дама. "Ты погляди на эту стукачку", - усмехнулась Инна. "Не говори, эмигрантка несчастная", - скривилась Леночка. Дамочка, затаив обиду, добилась досрочного выселения разгулявшихся баб. И вот сидят подруги на даче и вздыхают. "А, ну их! Тащи помидоров с грядки, салат сделаем, - выкрикнула Инна по-хозяйски. Потом отыскалась наливочка.
- Сдались нам их курорты, у нас не хуже, а то и лучше, мы сами себе указ, можем громко смеяться, вот так: "Ага-га-га-га... Слышишь, эхо смеется тоже?...
- Да, - вздохнула Леночка, вспомнив удобный лежак на пляже.
  На дачу опустилась вечерняя прохлада с мерцающей звездой на небе.
- Тишь, благодать, - шепотом протянула Лена, - Только на сердце томление, не скажешь, отчего?...
- Ну да, перегнули, мы, Ленка. С кем не бывает? Будем жить дальше, - вздохнула Инна.