Портрет ускользающего ангела

Портрет ускользающего ангела
Вечер на озере был тихий, почти позабытый Богом. Солнце быстро меняло цвет с палящего золотого на все оттенки красного. Когда оно коснулось верхушек деревьев на двугорбом холме, его диск походил цветом и сочностью на мякоть среза итальянской сливы. Вода в озере из голубой стала цвета глаз актрисы Хэлли Берри, а отблеск солнца повторял оттенок губной помады, которую она нанесла на свои чувственные губы при вручении награды SAG Awards в 2002 году. Мне нравятся полуоткрытые женские губы с контуром Hot plum 900 и цветом Fuchsia flash 865 на коже оливкового цвета, как у масла Prunet Mignon.
Берега озера отлогие, и вода дремала под ласковым касанием отблеска вечерней зари. Над водой появилась дымка, очертания противоположного берега стали расплываться, и созерцание заката постепенно перешло в думы о бренности всего сущего. Я молчал в тишине, которая бывает только при слиянии света и тьмы. Чахлые прибрежные кусты, подмытые осенними холодными дождями, склонились к воде, как бы прося пощады. Стояла первозданная тишина: при редком выдохе из чащи леса падение засохшего листа на воду было слышно за сотню ярдов, и по воде пробегала невидимая глазу дрожь. В природе наступил почти священный покой, который передался мне, а до этого был недоступен много дней.
Время соединения света и тьмы внутренне сакрально, как и разделение, совершённое Богом при сотворении мира. В чём заключается назидание созерцающего это явление природы? Он присутствует при моменте, противоположном творению. В этот момент надо слушать свой внутренний голос, и тогда в тишине появляется предвозвещение.
Облака скрыли только что взошедшую Луну и первые появившиеся звёзды. Фиолетовый цвет неба стал темнеть, и зарево заката полностью исчезло. На берег надвигалась дымка с озера. Она медленно подступала при полном безмолвии, без единого дуновения ветра, и немного светилась. Возникло желание убежать, по спине пробежали мурашки, и я почувствовал холодок в груди. Ранее такое я видел только в кино. Это не был человеческий страх, а проявление животного инстинкта самосохранения. Ноги не двигались, да и бежать уже было некуда. Густой туман покрыл кусты, и тропинку среди них уже не было видно. Продираться же наугад было бессмысленно.
Я почувствовал присутствие кого-то за своей спиной. Резко обернулся и увидел, как ко мне направляется из кустов женщина, идущая по колено в пелене тумана. Я её узнал. Она приходила ко мне во сне, и утром я по памяти начал рисовать её лицо на куске листа ватмана, который попался под руку. Рисовал я быстро, так как её изображение из памяти улетучивалось, несмотря на все мои старания его сохранить.
Женщина остановилась в полушаге и смотрела в мои глаза — так было и во сне. Я протянул руку и дотронулся до её губ. Они были тёплые. Она продолжала молчать и не шевелилась. Я больше не надеялся на зрительную память — у меня хорошая тактильная память. Я закрыл глаза и стал пальцами касаться её лица. Я его полностью прошёл и запомнил: сохранил в кончиках подушечек тепло её тела, сеточку морщинок в уголках глаз и маленькую бьющуюся жилку ниже правой мочки маленького уха. Потом пробежал пальцами по шее и запомнил её изгиб.
Открыл глаза — руки ощущали покатость её плеч, а самой её не было видно. Я закрыл глаза в полном отчаянии, протянул руки и почувствовал шёлк её волос. Она была рядом, она была в том диапазоне ощущений, которые я мог запомнить. Я придвинулся к ней вплотную и приложил свои губы к её губам. Почувствовал вкус её помады — смеси Berry Bellini и Mojito Mint, нанесённых на восковую свечу с частичками кофе Mokka. Я почувствовал всем телом, что запомнил её и никогда не забуду. В этот момент она выскользнула из моих рук, и я открыл глаза. Женщина медленно удалялась в сторону чернеющих вдали кустов. Она шла по колено в тумане и не оборачивалась. Я хотел последовать за ней, но не смог сдвинуться с места.
Когда она исчезла из виду, туман стал скатываться обратно в озеро, и в темноте я различил тропинку. Ноги сами пошли по ней домой. Войдя в свою рабочую комнату на втором этаже, я закончил начатый утром портрет.
В воскресенье я пошёл в церковь Святого Игнатия, что на Bell Rd. Я взял с собой ватман с рисунком. И после службы рассказал всё священнику. Потом показал ему ватман. Он на меня долго смотрел, а потом пригласил в свой кабинет. Там он открыл ноутбук и показал мне страничку в интернете. На экране была фотография маски нарисованной мной женщины. Я начал читать статью:
«Согласно распространенной легенде, тело молодой женщины было извлечено из Сены у набережной Лувра в Париже в конце 1880-х годов. Поскольку на теле не было обнаружено следов насилия, предположили, что это было самоубийство. Патологоанатом парижского морга, как гласит предание, был настолько поражен ее красотой, что решил снять с ее лица гипсовую посмертную маску. L'Inconnue de la Seine. Если эта история кажется немного фантастической, то, вероятно, так оно и есть. Женщина якобы утонула, а при утоплении тело (и лицо) обычно раздувается еще до того, как его заметят на поверхности воды. Кроме того, в зависимости от температуры, вода может ускорять процесс разложения. Однако лицо этой безымянной женщины выглядит спокойным и безмятежным — на нем даже играет легкая улыбка, напоминающая улыбку Моны Лизы. Добавьте к этому тот факт, что тело могло часами или даже днями ждать опознания в морге, — и версия окончательно рассыпается. Исходя из того, что нам уже известно, детали этой истории не согласуются ни с биологическими процессами, происходящими при смерти от утопления, ни с технологией изготовления посмертных масок».
— Ты её видел с открытыми глазами?
— Да, и даже целовал её.
— А следы её видел?
— Нет, она парила в тумане. Он был ей до колен.
— И во сне ты её видел с открытыми глазами?
— Да. Я обнимал её лицо. Оно было тёплое, но невесомое. Это не искушение, святой отец. Греха я не чувствовал, а чувствовал волнение и страх, который быстро прошёл. Она была спокойна, и её глаза сияли, когда я на неё смотрел. Единственное, что меня побудило к вам прийти, — это её невесомость. Она была во сне и наяву. Но у неё было тело, которое мои пальцы и губы ощущали. Я не могу её искать среди людей. Но она мне нужна.
— Никому ничего не говори и не рассказывай своей знакомой Джен с телевидения, она всё разболтает с экрана. Жди, и она к тебе опять придёт.
Я подъехал на машине домой, поднялся на крыльцо и бросил взгляд на кухню. Там горел свет. Я его не включал, так как поздно проснулся, светило солнце, и я опаздывал на воскресную службу. Входная дверь была заперта изнутри, я постучал. Через полминуты мне открыла её та самая женщина, что была на озере.
— Я нашла на кухне френч-пресс и заварила тебе кофе. Ты же ушёл голодным.
Я её обнял, а когда попытался прижать к груди, то мои ладони наткнулись на что-то плотное и объёмное за её лопатками. Она это заметила и сказала:
— Мне понравился мой портрет.
Она указала пальцем на свёрнутый кусок ватмана.
— Это портрет ускользающего ангела. Но сегодня я буду с тобой до самого заката.