Два парторга

Жили-были два парторга. Один возглавлял партийное бюро на большом заводе, другой - в институте.
А начинали они вместе ещё в комсомольском бюро факультета, когда учились в институте. Жили они оба неплохо до тех пор, пока не рухнул Союз.
И вот, после Союза, один стал жить ещё лучше, а другой - откопал у себя еврейские корни и уехал в Израиль.
 Тот, что остался и раньше шустрил. Скажем, нужна кому квартира государственная или орден или ещё чего, а без парторга такие вещи не делаются. Без парторга, вообще ничего раньше не делалось. Но если кто думает, что это легко, то напрасно. Парторгом можно стать. А вот годами и десятилетиями удерживаться на этой должности, тут одного желания мало. Это уметь нужно: угодить, кому надо. Прежде всего - вышестоящему начальству. На что-то глаза закрыть, а на что-то, наоборот, широко раскрыть. А если надо, так и сигнал тревоги обществу подать.
 Скажем, с виду приличный работник, всё выполняет и делает, как-будто правильно. А в мыслях у него -отъезд в Америку. Он, парторг, может ещё бы и закрыл глаза на Америку. Но он же, гад, норовит в Америку по израильской визе улизнуть! А этого уже он, как патриот, терпеть не может. Короче, когда Союз стали делить, то поделили и завод, на котором парторг тот возглавлял партбюро.
И если бы не он, так перестреляли бы и в асфальт зарыли друг друга те, кто делили. А так, всё культурно разрулил бывший парторг.
Остынь, братва! - молвил он слово на стрелке. - Отпеть или кадиш по вам прочитать, всегда успеют!
Так он всех разом успокоил: и братву, и бывших коллег. Ну и себя не забыл акциями предприятия вознаградить.
И стал он большим человеком - побывал в замах у мэра, а потом и в мэрах. Ну и в саморазвитии не останавливался - в дополнение к своим администраторским способностям, открыл он в себе ещё и финансовые. Опыт тоже сыграл свою роль. Если раньше он угадывал курс партии, то в новую эпоху так же безошибочно угадывал курс доллара. Короче, продал бывший парторг свои акции и купил собственный банк. А через банк стал недвижимость скупать. Теперь весь город его. Министры к нему приезжают, целуют в обе щеки. Иные, так и перстень целуют. А перстень у него большой и дорогущий.
 Второму парторгу повезло гораздо меньше. Можно сказать, повезло совсем наоборот. Когда их институт ликвидировали за ненадобностью, остался он без работы и уехал на Землю обетованную, счастья искать. Но счастье у него было абсолютно еврейское. Сначала мыкался он по местным партиям со своими резюме и на ломаном иврите спрашивал: не нужны ли им парторги с большим стажем?
Но везде получал отказ, где вежливый, где грубый - своих, мол, хватает. От этого бедолага ещё больше заматерел в своём марксизме и не пропускал ни одной демонстрации местных коммунистов, ратовал за права рабочих и палестинцев, а жил - на пособие.
 Однажды он затосковал и полетел на доисторическую. Позвонил другу юности по старому телефону из записной книжки, хотя знал его наизусть. Как ни странно, но друг сразу ответил и пригласил его в гости, на обед.
И вот за столом вдруг выяснилось, что они идейные враги: израильский парторг говорил о социальной справедливости и ностальгировал по тем благодатным временам, когда всё было дёшево или вообще бесплатно, а за воровство не наказывали, если у тебя были партбилет и должность.
- Да ты что?! - возмущался бывший друг и идейный враг, - А репрессии?! А ГУЛАГ?
Оказалось, что у него все в роду были кулаками, дворянами и даже косвенно, он был потомком кого-то из княжеских рода. И всех, всех абсолютно его предков, либо расстреляли, либо посадили.
Алексей, царевич, совсем ещё ребёнком был, и того не пожалели, гады! - пуская пьяную слезу, горевал парторг
Постой, неужели и Алексей тебе родня?! - удивился парторг-неудачник
А то! - надменно молвил парторг-финансист
Ты никогда об этом не рассказывал, - удивился израильский парторг.
Естественно, я вынужден был всё скрывать.
Но зачем же ты стал парторгом?
Друг поморщился от этого вопроса так, будто ему наступили на мозоль. Но он взял себя в руки и ответил, как отвечал всегда:
Ради правды!
Но ведь коммунисты расстреляли твоих предков
Именно поэтому я всегда хотел оказаться по правильную сторону расстрельного списка.
И тут же набросился на бывшего друга:
-  А ты? Тебе не стыдно?!
И они чуть не подрались. Уходя, израильский парторг бросил:
Ренегат!
Тупой клоун! - не остался в долгу успешный.
Эксплуататор, крвовсос! - кричал уже за высоким забором парторг-неудачник
Козёл! - прилетело ему с другой стороны забора
За козла ты мне ответишь! Все вы ответите! - крикнул парторг-неудачник и пустился по дачной тропинке в аэропорт, не то Внуково, не то Домодедово.
Больше они не виделись и не созванивались. Успешный парторг передал дело своим детям и теперь, как он сам выражается, живёт на пенсии. Пенсия у него хорошая.
Второй вернулся в Израиль, получает своё пособие и иногда ездит на море, удить рыбу. Он любит философствовать, особенно, во время рыбной ловли. Он даже завел тетрадку в которую собирается записывать свои мысли. Он уже даже придумал название для своего будущего  труда: "Мысли и размышления о диалектическом материализме в условиях буржуазных реалий"