Падал снег

                1
Под утро пошёл снег... Он кружился и
огромными хлопьями ложился на сырую слегка
подмёрзшую землю. Тут же таял. Но вскоре земля покрылась мягким белым одеялом.
А снег всё падал и падал...
Серые крыши домов прикрылись снегом,
словно на них прилегли отдохнуть лёгкие белые
кучевые облака. На деревьях лебединым пухом,
яркими алмазами нависли пышные искрящиеся
в свете уличного фонаря снежинки.
И за совсем коротенькое время за окном,
будто бы по велению доброго волшебника, появилась картинка зимней сказки.
Только современные высокие дома говорили о том, что эта красота возникла здесь, на земле, в нашей реальности.
Ульяне в эту ночь не спалось, она в раздумьях тихо сидела у окна, с интересом наблюдая
за необыкновенным перевоплощением мира.
Постепенно, один за другим, зажигались огни в
окнах домов напротив. Оживала улица.
Вначале по белой усыпанной снегом дороге прошла, оставляя за собой неглубокий след,
легковая машина. Рядом с домом появился первый прохожий. Он, приопустив голову от лепящего ему прямо в лицо снега, осторожно ступал
по припорошенному тротуару.
«Куда спешит этот одиноко идущий человек в такой ранний час? — думала Ульяна. —
И;;эта чёрная собака, проваливаясь лапами в небольших сугробах, пробивается в засыпанные
снегом кусты. Что она там хочет найти?..»
Послышался шум громко гудящего мощного мотора, и на фоне сказочного города на дорогу выползла, вся в мигающих огнях, будто везущий подарки Дед Мороз, снегоуборочная машина. Медленно плывущий агрегат разбрасывал
песок, и тут же вслед за ним длинным шлейфом
по всей дороге пролегла тёмная полоса, которая
разделила белоснежный зимний пейзаж на две
половинки.
У Ульяны сжалось сердце от картины, появившейся за окном.
Ведь точь-в-точь такая же тёмная полоса
пролегла по её ещё совсем-совсем молодой, так
хорошо начинавшейся жизни и разделила её на
до и после...
                2
Прозвенел первый звонок для первоклашек. Взявшись за руки, мальчики с девочками
вошли в класс, расселись за парты.
Учительница, познакомившись со всеми,
провела незабываемый для детей первый в их
жизни урок. Рассказывала о Родине, о родной
земле и о том, как важно жить в мире, как нужно относиться к своим товарищам. Она с такой
любовью смотрела на ребят, что с первых минут
они доверились ей и впустили её в свои ещё совсем хрупкие наивные детские души.
С этого первого урока Ульянка с Павлом,
год за годом переходя из класса в класс, сидели вместе за одной партой все десять лет обучения в школе. Их дружба была как у брата с сестрой;;— вместе тесно, врозь скучно: и пирожком
поделиться, и найти разногласия, чтобы поссориться, но и заступиться друг за друга при надобности!
Одноклассники в шутку их часто называли «неразлучники». Да и в действительности
они были неразлучны, не только на уроках, но
и на всех школьных мероприятиях, а также в
походах, в кино, да и просто играя на улице с
друзьями.
Пролетели школьные годы. И в день, когда прозвучал для ребят последний звонок, они
всем классом в очередной раз решили посетить памятник герою Гражданской войны Виталию Баневуру, который находился недалеко
от их города. Ещё с пионерских времён они часто посещали это знаменательное место. Чтили память и восторгались мужеством юного героя комсомольца, отдавшего жизнь в борьбе с белогвардейцами. По рассказам родителей, учителей школы, они знали, что в течение нескольких дней Виталий подвергался страшным пыткам, затем его вывели за деревню, и на лесной
дороге белогвардейцы, разрезав грудь, вынули
ему сердце.
Среди огромных величавых разлапистых
елей ведёт дорожка к его памятнику. На лапах
этих елей, будто стражи, лежат, свернувшись калачиком и греясь на солнышке, большие толстые ужи. На деревьях алеют повязанные школьниками красные галстуки.
Отдав почести юному герою, оставшись наедине, Ульяна и Павел, держась за руки, бродили по берёзовому лесу. Весенние солнечные лучи весёлыми зайчиками играли на белых стволах деревьев.
Мягкая свежая зелёная трава в лесу так тянулась к солнцу, что выросла высокой, тонкой, и
шаги ребят оставляли глубокий след, приминая
её к земле.
Ульянка подняла руки к небу и, вдохнув
полную грудь чистого, насыщенного кислородом, пахнущего сырой травой воздуха, будто паря над просторами, побежала вперёд по узенькой тропинке.
— Ульянка, я люблю тебя! — понёсся ей
вдогонку окрик Павла.
Это долгожданное признание как гром среди ясного неба прокатилось по лесу и будто внезапной яркой молнией пронзило сердце Ульяны. Она на мгновение приостановилась, а потом
ещё больше ускорила бег.
Ульяна убегала от Павла и играючи пряталась за стволами огромных деревьев, смеясь от переполнявших её чувств радости и влюблённости.
Как ей давно хотелось признаться Павлу в любви, но она боялась нарушить их дружбу. «Примет ли всерьёз мои чувства? А вдруг он
посмеётся надо мной? Ведь это некрасиво, когда
девушка первой признаётся в любви...» — думала она всё последнее время и мучительно, день
за днём, ждала от Павла первых признаний.
— Пашка! Какой ты смешной! Ведь точно
знаю, что стоит тебе пойти в армию — и забу-
дешь ты меня сразу же! Ну, может, и не сразу, но
в первый год твоей службы точно! — выглядывая из-за огромной берёзы, прокричала Ульяна.
Павел понимал, что она это говорит специально, чтобы его подзадорить, хотя слова её были обидны.
«Ну ещё чего! — промелькнуло в его голове. — Тоже придумала!»
Но любые насмешки меркли перед её красотой. Её широко раскрытые чёрные как бусинки глаза излучали блеск и искрились лучиками
радости и счастья.
«И неважно, что она говорит! — думал Павел. — Ведь я люблю её и буду любить вечно!»
Прижавшись спиной к стволу старой берёзы, Ульяна теребила толстую, доходившую
до самого пояса косу, лежавшую у неё на груди.
Она то расплетала свои чёрные как смоль шелковистые волосы, то заново заплетала их. Издалека смотрела на Павла и ждала. Ждала, что тот
наконец-то осмелится подойти и поцеловать её.
Павел от сильного волнения топтался на
месте. Пытаясь дотянуться до высоко поднятых
веток, он подпрыгивал, срывал с них молодые
зелёные листья и тут же бросал их на землю.
Чтобы не смущать его прямым взглядом,
Ульяна опустила глаза.
Павел, увидев её притихшей, смиренной,
сорвался с места и в несколько прыжков оказался рядом. Девушка стояла не шевелясь, будто
слилась со стволом дерева.
Осмелев, Павел, упираясь руками в ствол
берёзы, слегка наклонился к ней. Лицо Ульяны
было так близко, что он ощущал её тёплое учащённое дыхание. Парень робко, как бы невзначай поцеловал Ульянку в пылающую от волнения щёку. Сердце замерло. Первый поцелуй
дрожью пробежал по всему телу. Он так привык
за все годы получать от неё по любому поводу
отпор, что сейчас даже немного отшатнулся: как
бы ненароком не получить пощёчину!
Но Ульяна отвела его руки от дерева и крепко их сжала. Какие приятные чувства она испытывала от единственного неловкого, робкого, но
такого головокружительного поцелуя! Её руки
не хотели отпускать любимого. Трепетное волнение пронизывало от сердца до пяток.
Все десять лет они шли рядом, бок о бок.
Но сейчас всё было по-другому, и касание их рук
вызывало в душах бурю эмоций.
— Я люблю тебя! — вырвалось у неё из груди, и она смущённо опустила глаза.
Павка ликовал! Он давно ждал этих откровений.
— Я клянусь тебе! Я никогда тебя не брошу, что бы ты ни говорила. Ты всегда будешь моей единственной и родной!
И он ещё раз поцеловал Ульяну.
Счастливые, окрылённые новыми необыкновенно приятными чувствами, они играючи
бегали по лесу друг за другом, а догнав — целовались, целовались, целовались...
                3
Вот и простились со школой!
Родители Павла настояли на том, чтобы он
поступал в институт, любой, какой бы по профилю ни был, но только институт.
Ульяна же просто горела желанием работать на железнодорожной станции, это была её
мечта с детства. Она любила гудки паровозов и
стук колёс, которые постоянно были слышны в
городе.
Она даже научилась различать по свистку
паровозов, когда и какой из них подаёт сигнал:
то ли это прибытие, то ли отправление. То ли это
маневровый — который на станционных путях
формирует составы.
Ульяна, несмотря на категорические возражения родителей, всё-таки поступила по своему. Она устроилась ученицей стрелочницы
на железную станцию и, получив от этой организации направление для обучения, поступила
на заочное отделение железнодорожного техникума.
Шум поездов, стук вагонов, голос дежурного по станции, что-то объявляющего по громкоговорящей связи, — всё это для неё было каким то своим, родным.
И ещё ей так хотелось быстрее порадовать
родителей своей первой зарплатой!
И когда с первой получки Ульяна позволила себе купить нарядное, из ярко-зелёного шёлка, отороченное крупными воланами на коротких рукавах и по краю подола платье, а также
туфли на высоком каблуке, она не шла, а летела
на свидание с Павлом.
Сияя от радости, Ульянка появилась перед ним в новом наряде. Слегка присобранные
и красиво уложенные локоны волос, ниспадавшие на плечи, придавали ей не только девичьей
игривости, но и женского шарма.
Счастливая, она крутнулась перед ним на
одной ножке. Край подола платья от лёгкого ветерка слегка приподнялся и расправился, словно распустившийся цветок. При этом несколько
локонов красиво упали ей на грудь.
— Ульянка! Ты чудо! Просто сказочная
лесная нимфа! — восхитился Павел.
Взявшись за руки, они долго бродили по
улочкам города. Павел, влюблённо поглядывая
на Ульяну, искренне восхищался необыкновенной красотой девушки и неустанно осыпал её
комплиментами.
Он совсем не разделял мнение Ульяны, что
работа для неё сейчас самое главное. И поступление на заочное обучение он также не считал
правильным.
«Как же мне не удалось её переубедить?
Ведь она одна из лучших учениц школы! Ей надо было бы поступать в институт!» — думал он.
Незаметно пролетело лето, затем и золотая
осень.
 Наступила зима... Снегу навалило как никогда. Морозы крепчали.
Но на железнодорожной станции как на
фронте: выходных не бывает. В морозные дни
ещё громче слышны гудки и шум поездов.
Родители, жалея дочь, уговаривали бросить эту непосильную для молодой девушки работу. Но она бежала туда будто на праздник.
Валенки, тулупчик, меховые варежки,
шапка-ушанка так ладненько смотрелись на её
фигурке! Любуясь собой, она ещё раз крутнулась перед большим зеркалом, подняв воротник
и натянув шапку посильнее на лоб, выбежала на
улицу и быстрым шагом направилась к вокзалу.
Снег хрустел под ногами. Щёки тут же покрылись лёгким румянцем от мороза. На её
длинных ресницах, на шапке и на воротнике
пальто появилась лохматая, фантастически красивая изморозь, которая превратила Ульянку в
снежную королеву.
Но Ульяна любила такую погоду. Она вспоминала, как ребятишками большой шумной
гурьбой катались на санках! Спускаясь, весело
летели они с крутой горы, тут же зачастую падали и дальше уже кувырком скатывались вниз.
Целые дни проводили на улице; и не от холода, а только когда уже не было сил от усталости,
возвращались домой.
И сегодня ей предстоит рабочая смена на
лютом морозе. Но она совсем этого не страшится!
                4
Маневровый паровоз, тяжело пыхтя, стоял
на путях и ждал сигнала стрелочницы.
Ульяна, как обычно, переведя стрелки, немного отступив от путей, флажком подала сигнал машинисту на продолжение движения паровоза. Огромная махина локомотива двинулась ей навстречу.
И тут случилось непредвиденное.
Именно в этот момент на паровозе сработал сбросной клапан избыточного давления, и
клубы пара, вырвавшись наружу огромным белым облаком, окутали не только паровоз, но и
всё вокруг него.
Ульяна от неожиданности поспешила выскочить из накрывшего её облака и отбежать от
путей подальше. Но при резком развороте поскользнулась на утоптанном и уже покрытом
тонкой корочкой льда насте. Её развернуло и
потянуло назад. Она с размаху упала на спину,
пыталась ещё отползти, но ноги скользили и тут
же, в одно мгновение оказались на рельсах.
Огромный локомотив, который только начал набирать скорость, продолжая движение,
подмял её ноги под себя...

                5
Двое суток напролёт врачи, прилагая все
усилия, боролись за её жизнь.
Было проведено несколько операций. Делали всё возможное и невозможное для спасения Ульяны. Ждали и надеялись, что она выживет.
Страшно становилось от того, что, когда
она проснётся, как же ей сказать об ужасном — о
потере обеих ног?!
Локомотив, пройдясь по её телу, безжалостно рассёк жизнь этой милой девушки на до
и после...
На радость всех, молодой организм поборол смерть и Ульяна пришла в себя. «Как же теперь спасать эту девчонку? — задавались вопросом врачи. — Ведь все наши старания вернуть её
к жизни могут рухнуть в одночасье... «Ну вот и
поставили на ноги больного!» — привыкли говорить мы, но что сказать сейчас?»
Прежде всего, не допустить паники и истерики! Уж больно слаб организм. И доктора делали ей успокаивающие уколы, чтобы она ещё немного побыла в забытьи и набралась сил.
Вначале была долгая истерика... Ульяна
даже в страшном сне не могла представить, что
её ждёт такая чудовищная участь. Она не хотела жить. Просила врачей, чтобы они перестали
её лечить.
Затем наступила депрессия. Полное безразличие к себе и к окружающим. Она никого
не хотела видеть. И её состояние очень беспокоило врачей. Беседуя с родителями Ульяны, они
поинтересовались: может, у неё есть любимый
человек и он сможет пробудить в ней желание
жить?..
Узнав о несчастье из полученной телеграммы, Павел сразу же приехал в город.
На пороге больницы его остановил голос
дежурной медсестры:
— Вы к кому, молодой человек?
— К Ульяне Игнатовой, — робко ответил он.
Медсестра засуетилась, будто встречая самого дорогого гостя.
— Пожалуйста, пожалуйста! Вот здесь снимайте своё пальто и проходите наверх, на второй этаж. Палата номер двадцать семь, по правой стороне.
Немного приободрившись, Павел стал подниматься по широкой лестнице. Пройдя первый
пролёт ступенек, он остановился. Ему почему-то
стало не по себе. Может быть, если бы его сопровождала медсестра, ему не было бы так страшно? Но он был один на один со своими мыслями.
«Как я утешу Ульянку, что мне ей сказать?
Я всё равно буду любить её, что бы она ни говорила», — думал он, идя по длинному коридору.
Вот и она, двадцать седьмая палата. Дрожащими руками он приоткрыл дверь. На кровати в
углу палаты, у окна, он увидел Ульяну, запелёнатую в бинты.
Пашка остановился на половине пути, потому как опешил, увидев её тело, похожее на обрубок дерева. Ноги были отрезаны паровозом
гораздо выше колен.
В глазах у Ульянки за столь долгое время
внезапно появилась искорка радости. Видимо,
увидев Павла, она на мгновение забыла о своём
увечье.
Но Павел, стоя в растерянности, боялся подойти ближе. «Нет, нет! Такого не может
быть!»;;— думал он. И чувство страха уже овладело им полностью.
На глазах Ульяны появились слёзы и медленно, капля за каплей начали стекать на подушку. Она молчала и сквозь слёзы смотрела на
Павла.
Павел будто замер. И внезапно, не проронив ни единого слова, резко развернувшись, выскочил из палаты. На ходу накинув пальто, он
выбежал из здания больницы. Не хватило мужества и мужской крепости у мальчишки! Не смог
он преодолеть себя в этой непростой ситуации...
В больницу Павел так и не вернулся.
После его ухода Ульяна разрыдалась так
сильно, что никак не могла остановиться. А доктор, Валентина Тихоновна, поглаживая её по
плечу, с женским пониманием произошедшего
говорила:
— Поплачь, поплачь, девонька! Так-то оно
лучше будет.
Павел ушёл. Ушёл навсегда... И это стало
для Ульяны ещё одним потрясением.
Она с замиранием в груди вспоминала их
встречи, такие счастливые, тёплые, полные надежд... И в то же время глотала слёзы обиды и
огорчения. «Да, он поступил подло, оставив меня в беде, — размышляла она, лёжа в постели.;;— Но как я могу так говорить? Кому я нужна теперь, калека? Я не могу держать его рядом с собой насильно. Кто он мне — муж? Нет! Я не могу
ему испортить жизнь! Не могу!»
Но как жить Ульянке с этим грузом дальше?
В одночасье она лишилась всех подруг, друзей.
Даже самый близкий друг, который клялся любить её вечно, и тот покинул её вот так, без слов...

                6
Прошло два длинных, даже очень длинных
для Ульяны года... Годы реабилитации, мужества и терпеливости, упорного труда над собой.
Только активный образ жизни помог Ульяне справиться со всеми трудностями, как физическими, так и моральными.
За эти годы она усвоила одно: «Под лежачий камень вода не бежит», как гласит пословица.
...Огромная тяжесть легла на плечи родителей Ульяны с первых дней её выписки из больницы. Мать хлопотала возле дочери, не отходя
от неё ни на шаг. Отец, Фёдор Федотович, прятал
слёзы и старался как мог поддерживать и дочь и
жену добрым тёплым словом.
И когда его сердце разрывалось на части,
он выходил из дома, обхватывал руками толстое
шершавое старое дерево абрикосы, которое, широко раскинувшись, стояло в саду, прижимался к нему и рыдал: «Господи, за что? За что ты допустил такие страдания? За что?!»
Ульяна никак не могла смириться со своей
беспомощностью, да и глупые мысли одолевали
её каждый раз при виде враз постаревших родителей.
Мама Нина, видя настроение дочери, умоляла её:
— Ульяночка, родная! Раз ты понимаешь,
как нам с отцом трудно, помоги нам. Поднимайся, детка! Поднимайся!
Помогал справляться с отчаянием Ульяны
брат Михеич, который был намного младше сестры. Так прозвали Михаила на улице ребята, да
и дома уже все привыкли к этому прозвищу.
Миша был не по годам смышлёным мальчишкой, с весёлым и озорным характером.
И,;;чтобы как-то отвлечь сестру от переживаний,
он, прибегая домой из школы, тут же начинал
рассказывать обо всех своих приключениях, на
ходу добавляя ещё чего-либо сверху. Он заразительно смеялся и, видя, что Ульяна оживает от
его болтовни, с ещё большим азартом рассказывал о приключениях его друзей, было ли это в
школе или где-то на улице.
Конечно, Ульяне было интересно слышать и
об её учителях, и о друзьях Михеича, ведь она знала их не понаслышке. И невольно вступала в разговор, переспрашивая его о ком-то или о чём-то.
Михеич постепенно возвращал её к жизни.
— Ульянка, знаешь, мне сегодня надо подготовиться к контрольной! А я совсем ни бум-бум в математике! Ну, пожалуйста, прошу тебя,
пожалуйста, помоги мне. Не то пару получу, ну и
попадёт мне тогда!
— Надо каждый день учить уроки! Понял,
балбес? — нарочито строго отвечала Ульяна.
Она училась в школе хорошо, и ей совсем
не трудно было разъяснять брату домашние задания.
— Мам, вот здорово! Теперь у меня дома
есть свой учитель! — радостно и громко крикнул
Миша, чтобы его слышала мама на кухне.
Мама стояла у плиты, смахивая навернувшиеся слёзы, и молила Бога, чтобы он помог
Ульяне найти себя заново.
«Молодец Мишуля! Нашёл всё-таки ключик к пробуждению жизни нашей Улечки!» — с
благодарностью думала она о сыне.
Однажды Михеич принёс ей маленького
птенца, которого чуть было не растерзали кошки.
— Ульянка! Смотри, кого я тебе принёс! —
показывая птенца, тараторил он. — Представляешь, два больших кота не поделили добычу! Пока они фыркали и шипели друг на друга, я поймал этого пернатого. Вот это тебе подарок! — и положил его Ульяне на кровать.
— Ты что, Михеич! Зачем он мне здесь нужен?
— Вот и нужен! Воспитывать будешь его!
— Как ты представляешь его жизнь на моей кровати?!
— Сейчас! — крикнул он на ходу, выбегая
из комнаты.
И уже через несколько минут приволок коробку с подстилкой из душистого сена.
— Вот видишь! Он будет жить рядом с
тобой.
Живая душа, совершенно беспомощная,
появилась рядом с Ульяной и заставила её задуматься о том, что она нужна не только родителям, своему братишке, но и этому птенчику,
который сидел притихший в тёплой коробке,
опустив крылышки, уткнувшись носом в мягкое сено.
Освоившись на инвалидной коляске, она
свободно стала передвигаться по комнате.
Ей;;уже не надо было просить других, чтобы что то ей подали.
Она стала смотреть на себя в большое зеркало, чтобы причесать и заплести в косу свои
красивые волосы.
И чтобы не задумываться над рухнувшими
планами на учёбу, работу, а также любовь, в которую так верила, она всё больше времени проводила на кухне, постепенно осваивая новые рецепты, и почти каждый день радовала семью
вкусной выпечкой.
Первый торт — он как первый блин, получился комом. Зато последующие приводили в
восторг всех — не только домашних, но и соседей. А также друзей Михеича, которых он приглашал на чай, и те приходили с большим удовольствием. Ребята очень уважали и любили Ульяну ещё с того времени, когда, будучи малышами, познакомились с ней. Этот дом для
них всегда распахивал двери, здесь их принимали с дорогой душой. В доме от присутствия
мальчишек становилось шумно и весело. Ребята, каждый по-своему, очень переживали за
здоровье Ульяны. И когда она смогла с ними
видеться вновь, это было для них большой радостью.
Как-то соседка принесла Ульяне пяльцы,
нитки-мулине и канву для вышивания.
— Ульяночка, я вот хочу отдать тебе свои
принадлежности для вышивки. Купила себе, думала, что займусь сама, но всё не хватает времени. Да и неусидчивая я. Только присяду, тут
вспомню сразу, что надо куда-то бежать. Видимо, не моё это дело.
И Ульяна так увлеклась рукоделием, что
почти каждый вечер просиживала, склоняясь
над пяльцами, и, крестик за крестиком, вышивала изумительные картины. Каждая законченная работа благотворно влияла на состояние её
души, и она получала очередной заряд энергии
для начала следующей.
Иногда за долгой работой с замиранием
сердца вспоминала она о Пашке, о первом поцелуе... И тут же ей виделись растерянные, наполненные страхом его глаза в палате. «Нет, не стал
он героем, как Виталий Баневур... Но как же глубоко ранил моё сердце, так трусливо сбежав, даже не поговорив и не простившись со мной...» —
с сожалением размышляла она.
Ульяна гнала прочь мысли о нём, но долгие десять лет, проведённые рядом с Павлом,
не давали забыть всё быстро. И разгоревшийся
в сердце костёр от первой любви не получалось
так легко и безболезненно затушить.
Сильно болело в груди, жгла обида, жгла

                7
За два года Ульяна научилась почти со всеми проблемами справляться сама. Передвигалась по комнате и двору не только на коляске,
но и на двух табуретках, сделанных для неё под
заказ.
Перебиралась с кровати на табурет, другой
ставила перед собой. С одного табурета перемещалась на другой, затем разворачивалась, заново брала табурет и вновь ставила перед собой.
Она так ловко это делала, что со стороны казалось, будто ей это удаётся без каких-либо усилий.
Но как же она мечтала, что когда-нибудь
всё же станет на ноги! Пусть искусственные! Деревянные или оловянные, но они будут!
Вот с этими мыслями и огромными надеждами на то, что станет она на ноги, обязательно
станет, Ульяна приехала в реабилитационный
центр.
Но в больнице, где она встретилась с огромным количеством людей с такими же или похожими проблемами, её охватили страх и оторопь.
Сколько вокруг страдающих людей: и пожилых
и совсем молодых...
И тоскливое чувство собственной ненужности вновь овладело её душой.
С волнением она медленно открыла дверь в
палату. Видя её испуг, женщина, которая по виду была старше всех её соседок, бойко обратилась к Ульяне:
— Да ты заезжай, заезжай, не бойся! Как
тебя зовут?
В палате девушку встретили приветливыми улыбками. На лицах не было ни капли грусти.
— Ульяна, — довольно тихо, некоторое время погодя, ответила она.
— Вот, Ульяночка, твоя кровать. Располагайся. И не стесняйся. Коли тебе будет необходима наша помощь, обращайся — поможем!

  Протезы были сделаны, но муки их освоения ждали впереди.
Мечты и надежды молодой девушки были
только о том, что, став на протезы, она будет выглядеть как всегда. Она будет стоять и ощущать
твёрдую землю под собой!
 ...С огромными усилиями, еле держась на
протезах, с костылями под мышками, которые ей неимоверно жали и причиняли сильную
боль, она очень медленно, с остановками продвигалась по длинному коридору.
Молодой человек, опираясь на костыли,
спешно вышел из своей палаты и чуть не сбил её
с ног. Увидев девушку, он был просто сражён её
необыкновенной красотой. Его совершенно не
смутило то, что она лишена обеих ног. Он смотрел на неё и не находил слов выразить внезапно нахлынувшие чувства.
Наконец-то, осмелившись, он выдохнул и
восхищённо обратился к Ульяне:
— Какая вы красивая! Можно узнать, как
вас зовут?!
Ульяна была смущена и, боясь, что он просто над ней смеётся, попыталась посторониться
и пропустить его, но тут же покачнулась и прижалась к стене, чтобы ненароком не упасть.
Но молодой человек, аккуратно поддержав
её, не отступал и настойчиво пытался с нею познакомиться:
— Меня зовут Алексей! А вас, прекрасная
леди?!
Только из вежливости к незнакомому человеку, Ульяна назвала своё имя, так как знакомиться с мужчинами совсем не входило в её планы.
Сердце девушки было надорвано мучительными раздумьями о неожиданном и горьком разрыве с Павлом. Отчаяние и боль глубоким шрамом залегли в её сердце. Не впускала
она в себя даже надежду на то, что кто-то может
обратить на неё внимание. И постоянно убеждала себя, что надо смириться с этим и продолжать
жить только для себя и для своей семьи.
Алексей приехал из маленького сибирского
городка, который находился недалеко от больницы. Он, работая на заводе, по нелепой случайности вследствие производственной травмы потерял стопу правой ноги. И сегодня ему поставили протез, чему он был безумно рад!
И в этом возбуждённом состоянии он встретил девушку, от которой не мог оторвать взгляда.
— Какой счастливый день! — с нескрываемой радостью продолжил начатый разговор
Алексей. — Надеюсь, что вы, Улечка, не откажете мне в любезности сопровождать вас на прогулке?! — ненавязчиво шутливо спросил он.
— Да прогулка как-то у меня совсем ещё не
получается. Я и не представляла себе, что будет
так сложно, — ответила Ульяна.
Видя, что она совсем выбилась из сил,
Алексей подкатил коляску и помог Ульяне сесть.
Так день за днём Алексей при первой же
возможности старался встретиться с Ульяной,
оказывая ей всевозможные знаки внимания.
Удивительно, но молодые люди, как давние знакомые, находили различные темы для
разговоров. И в длинных непринуждённых беседах всё больше и больше узнавали друг друга.
Алексей не скрывал своего отношения к
Ульяне. Он влюбился в неё с первого взгляда и
с каждым днём всё больше убеждал её в том, что
не собирается отступать.
Ульяне нравился Алёша, но она очень боялась разочарований: «А если он точно так же,
как Павел, побоится связать свою жизнь с моей?
Вдруг это мимолётные отношения, которые как
внезапно появились, так же внезапно и закончатся?»
Здесь на пути к её любви вставали две преграды: обстоятельства и страхи. Ульяне не хватало смелости переступить камень прошлого, и
поэтому её постоянно терзали сомнения в настоящем.
Отчаявшись, в прошлом потеряв любовь,
когда секунды без любимого человека казались
часами, она утратила веру в это высокое чувство.
Но сейчас сквозь все страдания, выпавшие
на её долю, новая любовь протянула к ней руки. Она вероломно стучится в её разбитое сердце! Впустить или не впустить?..

                8
— Ульянка, как же тебе повезло! — услышала девушка голос соседки по палате, тёти
Иры.
— Что значит повезло? — с юношеским
максимализмом, не понимая вопроса, спросила
Ульяна.
— С Алексеем повезло! Ох как повезло... —
протянула тётя Ира.
— Я калека, и не может быть, чтобы это
были искренние чувства! — с досадой ответила
Ульяна.
— Дурочка ты ещё, Ульянка. Молодая и не
понимаешь, что такое женское счастье... Не к
каждой женщине приходит такое счастье. И она
остаётся калекой в душе на всю жизнь. А к тебе
это счастье пришло! Лови его, детка, лови! Надолго, ненадолго — кто его знает, как ты будешь
держать его в своих руках? Но сейчас очнись и
не прозевай! Как ещё говорят: что упустишь —
то уже не поймаешь. Уж поверь моему слову!
— Тётя Ира, да нравится, очень нравится
мне Алексей! Но зачем я ему такая?.. — сквозь
слёзы, чуть не зарыдав от кажущейся безысходности, сказала Ульяна. — Вон на улице их сколько, девчонок!
— Эх, Ульянка! Держи свою жар-птицу!
Девок-то много, да вот только к тебе прилетело
это счастье. К тебе, понимаешь, к тебе!

                9
...Ульяна, очнувшись от раздумий и воспоминаний, продолжала смотреть в окно.
 А снег за окном всё падал и падал...
Сегодня они с Алексеем едут домой к её родителям.
Самое большое и искреннее доказательство
его любви к ней — это то, что ради неё он оставляет свой город, родных, знакомых и уезжает с
ней в другой, незнакомый ему край, понимая,
что жизнь не будет состоять только из радостей,
но он знает, что в её горе он будет рядом.
Истинная любовь зачастую видит невидимое, верит в невероятное и получает невозможное.
Снегопад за окном постепенно стихает...
На высокие, корявые, покрытые белым пухом деревья прилетели чёрные как смоль грачи. Они уселись на ветвях, как будто на нотном стане, разлинованном на белом листе, расположились
чёрные ноты.
«Интересно, если бы сыграть эту музыку на
инструменте, какая бы она была? А вдруг бы получилась красивая мелодия?» — подумала Ульяна.

                * * *
... Да!И будет звучать для них марш Мендельсона!
И многие, многие другие волнующие
душу мелодии: то взметающие ураганом, то ласкающие затишьем после бушующего шторма.
Много, ой как много птиц ещё к ним прилетит!
Будут в душах их петь соловьи, и дятел будет стучать, докучая...
Прилетят и два аиста, принесут в клювах
дорогие сердцу подарки.
Но это будет потом, потом... А сейчас Ульяна с любопытством смотрит
на этих неугомонных грачей за окном, совсем не
представляя, что ждёт её дальше... Какую песню они уготовили для её сегодняшнего дня?!
И совсем, совсем ещё не знает, какие птицы
и с каким настроением усядутся на ветвях их будущего древа жизни...
23.03.2021 г