Свердловские монстры. Водная стихия

03 сентября 1939 года

Свердловск, СССР

С момента исчезновения Коли Савельева прошло уже две недели, однако в сердце его матери всё ещё теплилась надежда. Надежда на чудо (чудеса крайне редко, но всё же случаются). Ибо детей похищают не всегда, чтобы убить.

Надежда умерла немногим ранее шести часов вечера третьего сентября, когда в северной части Свердловска, за посёлком Станкострой, был обнаружен труп ребёнка – на мальчика трёх лет или около того.

Тело мальчика лежало на поверхности воды болотца, буквально в двух метрах от шоссейной дороги, соединявшей посёлок со строительной площадкой, на которой возводился одноименный промышленный гигант.

Тысячи людей ходили пешком и ездили по этому шоссе на протяжении нескольких дней, и даже не догадывались о страшном соседстве. По одной простой причине – тело было незатейливо, но эффективно замаскировано.

Колокольцеву было очевидно, что и эта, и предыдущие маскировки были делом рук Призрака, которому по понятным причинам (в городе началась серьёзная охота на серийного убийцу) нужно было надёжно спрятать тело… однако закапывать его в землю он почему-то не стал – как и сжигать. Интересно, почему.

Вдоль дороги тянулся ручей, практически точно ориентированный с севера на юг. Примерно в полукилометре от стройплощадки ручей разливался, достигая ширины пяти-шести метров и образуя постоянно заболоченную, но при этом неглубокую область, слой воды в которой составлял до полуметра.

Именно в такую яму, имевшую глубину с полметра, убийца и опустил тело ребёнка, впервые использовав стихию воды. Тело какое-то время находилось под водой, скрытое травой и мелким кустарником, и совершенно не привлекало внимание людей, проходивших от него буквально на расстоянии пары метров.

Так продолжалось до тех пор, пока труп не всплыл. Когда над водой показался живот, кисти рук и нижняя челюсть запрокинутой головы, Таисия Морозова, возвращавшаяся со стройки в конце рабочего дня, сделала страшное открытие.

Добежав до своего барака, женщина сообщила об увиденном своей соседке Радостевой. Та не поверила и побоялась вызывать милицию, не удостоверившись в точности информации. Женщины вдвоём отправились к тому месту у дороги, где Морозова увидела всплывшее тело.

К моменту их появления тело уже обнаружила другая работница с той же стройки – Анастасия Парунова, которая попросила прохожих вызвать милицию, но сама решила не уходить с места, дабы не допустить чьих-либо злонамеренных действий с трупом или возможными уликами. Радостева и Морозова вернулись в рабочий посёлок и из кабинета директора местного магазина позвонили в милицию.

Тело было доставлено в морг 1-й городской больницы, где на следующий день его вскрытие произвёл судмедэксперт Борейко. В акте зафиксировано, что «задний проход чист, щель прохода слегка расширена (зияет)». Что давало основание предположить анальный секс с трупом – и включить убийство в серию.

Причиной смерти, скорее всего, явилась механическая асфиксия, вследствие душения рукой. Удушение сопровождалось многочисленными повреждениями головы, причинёнными тупым орудием. Труп находился в воде около двух недель, ребёнок был помещён туда уже мёртвым.

Мёртвый ребёнок был опознан два дня спустя сентября матерью Николая Савельева по предъявленной фотографии. Помимо внешнего сходства с пропавшим 20 августа мальчиком, одежда убитого мальчика соответствовала описанию той, в которую был одет Ника Савельев в день исчезновения.

К тому времени следователям ещё не было известно о попытке похищения Бори Титова (методы противодействия Призрака оказались весьма эффективными), поэтому расследование изначально проводилось, как и до признания серии… то есть, по-идиотски.

Опера и столичные десантники (ну как можно быть такими идиотами!) повелись на оговор бабушкой убитого мальчика ненавидимой ей женщины. Некоей Евдокии Масленниковой… у которой оказалось железобетонное алиби.

Продолжая соответствовать данному Эйнштейном определению идиотов (и упорно игнорируя факт анального некро-секса), опера и следователи… правильно, взялись за маму Коли Савельева (видимо, сработала «магия 90%»). С предсказуемым результатом… то есть, нулевым. Никаких доказательств причастности матери к убийству её сына обнаружено не было.

Однако это был ещё не главный идиотизм сыщиков. Главный состоял в упорном игнорировании так пока и не раскрытого дела об убийстве Герды Грибановой. Главный потому, что его включение в серию и тщательное расследование позволило бы раскрыть всё дело серийника в считанные дни… а то и часы.

Поскольку к поискам юноши-похитителя по непонятной причине так толком и не приступили, следствие энергично топталось на месте. Всё изменилось 12 сентября, когда поступило сообщение об исчезновении очередного ребёнка, трёхлетнего Вовы Петрова, и эта новость заставила отложить текущие дела.

Не прошло и суток, как в дополнение к этому сообщению поступило новое – найден труп малолетнего ребёнка; по-видимому, того самого, что пропал несколько часов назад – и это открытие повело следствие в новом, совершенно неожиданном направлении.