Вторая история про Бела

Однажды Алешку по прозвищу Бел победила любовь. Его сердце метал по сторонам французский мистраль, а на горло наступил сапог армянской винопромышленности. Алешка был сам не свой и болтался как белье на веревке. Книжные подвиги бередили ему душу, а круглое солнце жгло спину и все остальное.
Ту, что поработила Бела, звали Саша Ламбо. Волосы, глаза, губы – все было с ней. Она говорила, и у Бела отнимались колени ног; смеялась – Бел исходил пеной с хризантемами; а когда смотрела в глаза – Алешка уже имел свой стол в морге. Она была замужем и муж ее – офицер армии – был званием выше, чем столетние сосны. И Алешка захотел мериться высотой – любовь потрескала ребра и раны сочились миндальным соком.
Рано ночью только у него горел свет: пускал молнии начищенный револьвер и финский нож убаюкивал сталью. Бел смотрел в него и видел свои глаза-алмазы. Но довольно тихих слов! Бел выкрал ее как голодный волк – нож опустошал горемыку-офицера, а револьвер дымился и смеялся ему в живот словно в цирке. Воздух запах честью, когда Алешка извинился и разбросал монеты – эта любовь стоила денег. Саша сказала слова, но Бел решил узнать их потом и схватил ее в мешок.
Назавтра опустошенный вглубь женщины Алешка, по прозвищу Бел, курил сигаретами небо и пускал по лицу ручейки, вспоминая офицера: любовь извечно творит чудеса, а жизнь утекает по капле как сосуля в весенний день, а иногда падает целиком.
«На все воля Божья», – молчал Бел. «Алеша», – обняла своим шепотом Саша.
Он обернулся и теперь навсегда забыл офицера.