Герань

Она стояла на подоконнике, листья скрутились в трубочки.. не все сразу, а по очереди, как будто растение уходило из жизни этапами, обдуманно, прощаясь с каждым листом в отдельности. Сначала пожелтел нижний, самый старый, тот, что рос у самой земли, он сдался без борьбы, тихо, почти незаметно. Потом средние начали сохнуть с краёв, и сухость эта была не коричневой, а серой, как цвет старой газеты. Верхние держались дольше всех.. они ещё пытались тянуться к свету, но света было мало, окно выходило на север. В конце концов и они свернулись, и герань стала похожа на скульптуру, вырезанную из папиросной бумаги: лёгкую, полую, готовую рассыпаться от прикосновения.

Если присмотреться к цветку, можно было восстановить всю геометрию роста: как герань тянулась, как разворачивала листья один за другим, как наливала стебли соком. Теперь сока не было, и стебли стояли.. не падали, хотя давно потеряли упругость, потому что сама их лёгкость держала их вертикально. Тяжесть нужна, чтобы упасть. А здесь не было даже тяжести.

Но вот что странно: запах. Сухая герань пахнет не так, как живая. Живая пахнет резко, терпко, почти неприятно.. это запах защиты, запах эфирных масел, которые растение выделяет против вредителей. Засохшая  пахнет иначе.. тише, тоньше, как пахнут старые письма или осенние листья, пролежавшие зиму под снегом.

Хозяйка квартиры..  назовём её так, хотя слово «хозяйка» предполагает заботу, а здесь заботы не было, было скорее привыкание к присутствию, проходила мимо этой герани каждый день. Утром, когда раздвигала шторы, она видела сухие листья, но не замечала их. Это было частью пейзажа, как трещина на потолке и скрип половиц в прихожей. Вещи, которые умирают медленно, умирают незаметно.. не потому что их не видят, а потому что сам процесс так растянут во времени, что человеческое внимание не может его ухватить. Чтобы увидеть смерть герани, нужно было бы ухаживать за ней, потом уехать на полгода и вернуться.

Однажды.. это было воскресенье, и воскресенье отличалось от других дней только тем, что можно было не вставать рано, хозяйка подошла к окну и вдруг увидела герань по-настоящему. Факт состоял в том, что растение умерло. Умерло не вчера и не неделю назад.. оно было мертвым уже давно, просто она не замечала этого. Ей стало не по себе.. не от горя, герань не была ей дорога, а от того, как легко было не заметить. Что ещё она не замечает? Что ещё в этой квартире, в этой жизни, в ней самой умерло так же тихо, свернувшись в трубочку, лист за листом, пока она проходила мимо?

Она взяла горшок. Он оказался легче, чем она ожидала. Она открыла балконную дверь, поставила горшок на балкон.. с глаз долой. Но когда закрывала дверь, поймала себя на мысли: герань всё ещё здесь. Просто теперь между ней и геранью.. стекло. И сухие листья, которые не шелохнулись от сквозняка, продолжали стоять.. лёгкие, пустые, не готовые падать.