Утро под яблоней

Берёшь доску. Непременно деревянную, с тёплым, чуть шершавым нутром, где уже въелся в поры запах лука и укропа. Пластик не годится: он глух и скользок, на нём резать — всё равно что по стеклу, без души.

На эту доску кладёшь батон  варёной колбасы — свежей, только что с прилавка, ещё хранящей холодок холодильника. Режешь её кружками, не слишком тонкими, не слишком толстыми, чтобы упругость чувствовалась под ножом. Три-четыре ломтика — довольно.

Рядом — хлеб. Обязательно с хрустящей, чуть зарумяненной корочкой, мякиш чтобы был плотен и пах дрожжами. Отрезаешь два ломтя, ровных, не крошащихся.

А теперь — огурец. Грунтовой, пупырчатый, ещё с капельками росы на тёмно-зелёной кожице. И режешь его не поперёк, а вдоль — длинными пластинами, чтобы в каждом куске чувствовалась вся его водянистая, холодящая зубы суть. Поперечные кружки слишком легкомысленны, они норовят соскользнуть с хлеба; продольные же ложатся плотно, как чешуя, и не выпадают при укусе.

Собираешь бутерброды: хлеб, на него колбасу, сверху огуречные ломти, чуть присыпанные крупной солью. Можно и без масла — огуречный сок сам пропитает мякиш.

И вот ты выходишь в сад, на террасу, где доски уже прогрелись солнцем. Садишься в плетёное кресло под старой яблоней. Ветви её низко склоняются, яблоки ещё зелёные, мелкие, но листва уже даёт густую, кружевную тень, и в ней играют пятна света — то на руке, то на колене, то на краю тарелки.

Берёшь бутерброд. Откусываешь медленно, с чувством. Сначала слышишь только хруст огурца — звонкий, сочный, он разносится в тишине утра. Потом — мягкость хлеба, чуть солоноватый вкус колбасы, и всё это смешивается с лёгким ветерком, который доносит запах мокрой травы и нагретой коры.

Ешь не торопясь, с аппетитом, какой бывает только на вольном воздухе. Жуёшь и смотришь, как муравей ползёт по ножке стола, как стрекоза замирает на кончике яблоневой ветки, как где-то за забором негромко стрекочет коса. Никуда не надо спешить.

А когда бутерброд съеден, хорошо откинуться на спинку кресла, прикрыть глаза и подставить лицо солнцу. На коленях — пустая тарелка, на губах — вкус огурца и ржи. И думается вдруг, что в этой простоте, в этом хрусте, в этом пятнистом свете и есть та самая, ничем не заменимая полнота бытия, о которой поэты пишут стихи, а мы, сами того не ведая, проживаем её каждое лето.

(2019 год)

Внизу ссылка на мой ТГ канал

https://t.me/Musat71