Взыскание погибших

  Вот уже подступила  85-я годовщина вероломного нападения фашистской Германии на Советский Союз. Завтра  эта дата  появится на  календаре трагических событий в истории нашей страны.
 
  Очерченная в схеме мобилизационного  плана Орловского военного округа еще  5 марта 1941 года  222-я  стрелковая дивизия РККА   максимально укомплектовалась  мужским   населением  шестнадцати  возрастов нынешних брянских, в основном сельских, районов, до штатов военного времени за семь дней  с объявлением  в СССР всеобщей мобилизации.  В середине июля это соединение  в  14 500 штыков пешим  маршем  преодолело  350  километров    до позиций  у Рославля.
 
  Но 28–я армия, в состав которой она была включена накануне похода, к тому времени уже  попала в окружение у Смоленска и к 10 августа была  расформирована. Похожие судьбы постигли  еще две армии, в подчинение к которым переназначалась  затем  брянская дивизия. Отступая без связи с сопредельными дивизиями, иногда и между своими же  полками, красноармейцы сдерживали продвижение врага к Москве ценой больших потерь.

  В дивизии не всегда составлялись списки выбывших из строя, некому было писать похоронки, и некуда было направлять их – родные деревни и  села  уже были оккупированы врагом. В Непряхино, моей родной карачевской деревне, остались  неизвестными  обстоятельства смерти восьми из десяти  павших на фронте в первые месяцы войны. В деревне неподалеку редкого названия   Философов завод  по 16 из 19   погибших местных жителей нет сведений о времени и месте последнего  боя.

  Уже  в начале  октября 1941 года командование  вермахта сообщило о том,   что 222-я стрелковая дивизия русских окружена и разгромлена. Но она  с боями пробилась к столице, после восполнения своих  потерь остатками двух других стрелковых дивизий, а также московским  ополчением уже в составе 33-й армии в ходе декабрьского контрнаступления освобождала Подмосковье.

  Во второй половине января 1942 года  эта армия без передышки на доукомплектование была брошена в направлении Вязьмы с планами верховного командования  срочно перекрыть  основной путь снабжения центральной группы войск противника. Уже скоро западное крыло армии вместе с командованием было взято в оказавшееся для нее гибельным вражеское кольцо.
 
  Неоднократные попытки 222-ой дивизии с востока пробиться к окруженцам оказались безуспешными. Только в одном бою выбыло 70 процентов личного состава стрелкового полка – убитыми, ранеными и контуженными. Тяжелое ранение получил там мой отец, заместитель полкового взвода  разведки  Петр Владимирович Исаков. Наши потери за январь-март 1942 года в районе   смоленского села Темкино, а также  с началом Ржевской наступательной операции в августе того же года  на тех же темкинских высотах и в болотах  составили 8076 человек.
 
  На брянской  земле, где дивизия была создана  и  укомплектована  в своем  первом  составе, имеется лишь памятный знак. Он открыт  на территории одного из промышленных предприятий  в Унече и  указывает на то, что здесь в 1941 году был cформирован 787–й стрелковый полк. Через местные СМИ  и в обращениях в инстанции Брянска я  не раз  высказывал предложение  об увековечении в названии новой улицы или сквера, площади памяти  222-й дивизии, – места  для свечи или цветов. Между тем в микрорайоне Брянска, и именно на смоленском направлении, по которому ушли в бессмертие брянские полки, появился сквер имени даже некруглой даты в истории одного из ведомств, скажем так, по борьбе с вредителями  на теле социального организма. Не принижаю значения учреждения, его роли и пользы, но все же досадно было ; явно не сопоставимы юбилеи для тех, кто по роду своих занятий   должен был быть озабоченным  историческим и культурным ландшафтом  города!

  Но  затем неожиданным образом открылось: есть такой памятник, самый высокий по своему духовному значению и на предельно близкой  дистанции в общении с душами погибших солдат!

  Как-то пересматривал  материалы  о ските Ветрово на псковских озерах. Там в затворничестве   жил иеромонах Роман (Матюшин-Правдин) и к нему однажды за благословением на исполнение его песнопений приезжал Максим Трошин. И священнослужитель, и  юный певец ; наши земляки, брянские, судьбы и творчество которых меня занимают уже многие годы.  Оба  выполнили благодатную, жертвенную роль в духовном возрождении России во времена смуты  девяностых годов прошлого столетия.

  В этот раз меня  интересовала история с названием храма на территории скита. Когда  храм возводился, затворник   сам брался за топор, но и помощники  там    были искусные в этом деле. Храм срублен по подобию церквей Русского Севера. Не перечисляя все архитектурные особенности этого стиля, скажу о главном — храм  органично  встроен в окружающую природу. Иконы с образами Спасителя и Богородицы написаны самим хозяином скита. Все, кроме одной. Она и дала названию храма.

Как рассказывает  популярный автор православных изданий, петербурженка Ольга Надпорожская, отец Роман попросил келейницу, опекавшую  занемогшего протоиерея Николая Гурьянова на Острове-Залит, узнать о желаемом им имени для храма, только что построенного в Ветрово. И отец Николай, духовный наставник иеромонаха Романа, один из наиболее почитаемых старцев Русской Православной Церкви с даром тонкого поэтического слова,  передал, чтобы храм освятили в честь иконы Божией Матери «Взыскание погибших».

  Можно отнести к Божиему промыслу подобное наставление, поскольку старец не мог знать, что такая икона у иеромонаха Романа  уже  была!

  Замечу, что протоиерей Николай Гурьянов удивил меня еще раньше своей способностью смотреть за горизонты обыденного  сознания. Он в свое время благословил иеромонаха Романа на стихотворное  творчество и  духовные песнопения, тот в свою очередь  дал похожее  благословение Максиму Трошину. И однажды запись Максима Трошина с песней на слова и музыку Николая Гурьянова «Ты не пой, соловей…»,  став основной мелодией телесериала «Громовы», открыла для всей  России талантливого юного певца  и одновременно для всей России донесла тихие и мудрые мысли псковского старца о жизни и смерти.

  Икона «Взыскание погибших» оказалась в руках иеромонаха Романа также чудесным образом. Еще в начале своего церковного служения  тот временно  был  направлен на приход в смоленском селе Темкино. Это была пора, когда здесь несколько прицерковных сооружений из-за своей ветхости уже были разобраны до фундамента.  Из мусора на месте сторожки  молодой  монах  извлек почерневшую от времени и грязи доску с признаками иконы.  Уже позже, на псковских озерах, находке был возвращен близкий к первоначальному  вид  с образом Богородицы «Взыскание погибших». Теперь эта икона занимает особое место в храме скита Ветрово. По отзыву редких посетителей, прибывавших сюда в случаях исключительных, отец Роман благословлял  гостей этой иконой и прикладывался  к ней  сам.

 В России есть четырнадцать православных храмов с престольным праздником иконы Пресвятой Богородицы «Взыскание погибших». В каждом расскажут свою историю о поводе назвать церковь именно так: обращение к  молитве  в каждом случае спасало от, казалось бы, неминуемой гибели  ; от волков, морозов, холеры, огня и воды. Икона является утешительницей родительской скорби. Но все же чаще  в этих храмах поминают погибших воинов.

  Икона обращает нашу память к красноармейцам брянской дивизии (это уже со временем, в конце сентября 1943 года,  она приобретет название «Смоленской» как особо отличившаяся в боях за освобождение этого края). В селе Темкино, где в церкви служил иеромонах Роман, и селениях рядом сейчас осталось   девять братских захоронений, в которые 1954-1956 годах перенесли останки советских воинов из общих могил более чем в ста опустевших и заброшенных после войны деревнях ближайшей округи. Вот одна страшная деталь из воспоминаний непосредственного участника перезахоронений  и она должна разрушить восприятие безликой статистики о численности потерь: в разрытых могилах  красноармейцы  иногда были уложены в накаты, где каждый ряд перестилался  соломой,– так много было погибших!

  Слово «взыскание» в старославянском языке означало вопиющую  своим отчаянием просьбу. Суждено было ее услышать иеромонаху Роману, которому явилась икона,  и старцу  Николаю Гурьянову, провидчески определившему  название храму в Ветрово. Икона и храм в ее честь — это сегодня лучший  памятник 222-ой стрелковой дивизии из тех,что мог быть. Но далеко и трудно  добираться до монашеского скита в стремлении  присоединиться к молитвам псковского затворника у иконы с места последних боев наших прадедов, дедов и отцов…

  К сожалению,  псковский  затворник уже не встретит вас в своем скиту...  Если только его душа  обнимет  гостя.  27 июня 2026 года  исполнится Сороковой  день  ее земного пребывания после  ухода от нас  иеромонаха Романа.  А затем  она прибудет к душам  православного небесного воинства – вечных  стражников  России.