Приказ короля 3. Тень прошлого. Глава 30

Фарис встретил меня у входа. Он смотрел на меня с каким-то новым, непривычным выражением — не просто тревогой, а почти благоговением. Дэя тепло улыбнулась мне и, не говоря ни слова, направилась к Мирре, которая осталась на поляне и рассматривала созданное мною дерево. Она обходила его по кругу, касалась коры, поднимала голову к кроне — и я видел, как её губы шевелятся.

— Аксель, это было потрясающе! — восхищённо воскликнул Фарис, когда я подошёл ближе. — Дуб вырос прямо из земли. Из трухи, из мёртвого пня. Оброс ветками, листьями — за одно мгновение. Я не видел такого прежде. Никогда. Даже появление храма на месте руин не поразило меня так сильно — учитывая, что руины тогда были лишь иллюзией, а это… это было настоящее. Живое.

Я не мог разделить его восторга. Я всё ещё пытался собрать свою волю в кулак и осознать, что это сделал я. Не кто-то другой, не Мирра, не случайность — я. Мои руки, моя сила. Сила, от которой я бежал три года. Сила, которую пытался забыть, похоронить, уничтожить вместе с Книгой. А она никуда не делась. Она ждала.

Я выдавил из себя улыбку — кривую, неуверенную — и зашагал в тёмный проход, ведущий в коридоры святилища. Фарис пошёл следом, не отставая, но и не засыпая меня вопросами. Он чувствовал, что я не готов говорить.

Дойдя до зала с алтарём, я остановился. Свечи горели ровно, отбрасывая на стены мягкие, успокаивающие тени.

— Знаешь, — сказал я тихо, — мне нужно ещё раз заглянуть в источник.

Фарис не удивился. Не спросил «зачем». Просто кивнул.

— Тогда идём, — сказал он.

Я чуть помедлил, раздумывая.

— Хорошо, — ответил я, понимая, что его компания мне не помешает.

Мы направились в зал с кристаллами. По пути встретили двух друидов — они молча кивнули нам, но я не задержался. Шёл быстро, почти бегом, будто боялся, что передумаю.

Зал встретил нас полумраком. Кристаллы на стенах пульсировали тем же ровным светом, что и в прошлый раз. В центре, на каменном постаменте, мерцала чаша с водой. Она была неподвижной, как зеркало, и в ней отражался потолок — высокий, каменный, с едва заметными трещинами.

— Ты уверен? — спросил Фарис, останавливаясь у входа.

— Нет, — честно ответил я. — Но я должен.

Я подошёл ближе к источнику. Вода мерцала, чуть колыхалась. Я замер и… не смог сделать шаг вперёд. Словно невидимая стена встала между мной и чашей. Словно сам источник не хотел меня видеть — или я не хотел видеть его.

Я сглотнул, сжал руки в кулаки, стиснул челюсти. Время текло медленно, я глубоко дышал, но не мог заставить себя. Фарис молча наблюдал за мной, стоя в стороне.

— Аксель, — тихо сказал он наконец.

Я обернулся к нему.

— Может, ты посмотришь? — спросил я хрипло.

— Я ничего не увижу, — Фарис подошёл ближе к воде. — Я же не маг.

Он склонился над поверхностью. В его зрачках отразилось мерцание кристаллов, и на миг мне показалось, что он видит что-то, чего не вижу я. Но он выпрямился и покачал головой.

— Я вижу лишь своё отражение, Аксель.

— Ладно, я понял. Тогда идём, — сказал я, отвернувшись от чаши, и направился к выходу.

— Не хочешь видеть, что случится? — тихо спросил Фарис.

— Я боюсь увидеть то же самое, что и в прошлый раз, — признался я.

— Я понимаю, — кивнул он.

Мы вышли в коридор. Прошли немного вглубь, как вдруг Фарис замер, схватив меня за рукав.

— Что? — тревожно спросил я, оглянувшись.

Вокруг были лишь каменные стены и горящие кристаллы. Ни души. Тишина, нарушаемая только нашим дыханием.

— Слышу дыхание, — прошептал он. — Кашель, и… Здесь за стеной кто-то страдает, Аксель.

— Что? — опешил я. — Ты уверен?

— Уверен, — мрачно вздохнул он и стал оглядывать ровные камни. Ощупывать их руками, принюхиваться. Его зрачки расширились, плечи напряглись — он весь превратился в слух и чутьё.

Я тревожно наблюдал за ним, сжимая рукоять меча. Неужели здесь, за стеной, была тайная пыточная друидов? Верилось с трудом. Но я не знал, чего ожидать от Мирры, которая даже была готова несколько минут назад губить свой священный лес ради пробуждения моей силы.

Фарис замер у стены возле небольшой ниши, где когда-то стояла статуя, судя по квадратному мраморному постаменту.

— Здесь проход, — сказал он. — Помоги открыть.

Я приблизился и приложил руку к стене. Камень под ладонью был холодным, шершавым. Сосредоточился, попытался почувствовать — и вдруг стена пошла рябью. Камни колыхнулись, как вода, и через секунду на месте каменной поверхности образовался тёмный коридор, уходящий вдаль.

Изнутри потянуло холодом и запахом сырости — и ещё чем-то, от чего у меня сжалось сердце. Запахом болезни. Запахом страдания и безысходности.

— Я пойду первым, — сказал Фарис.

— Нет, — ответил я. — Я. У тебя нет меча.

— У меня есть нож.

— Я сказал — я первый.

Он не спорил.