Шальные деньги

Встреча старых друзей
Шел 2013 г. Курс доллара составлял 32 долл/руб, и по чуть чуть двигался в строну повышения. Два года. Два года я отдал "ОВИК-монтажу", и эти годы были, пожалуй, самыми плодотворными в моей карьере.  Фирма, известная своими проектами по вентиляции и кондиционированию, стала для меня вторым домом. Работа нравилась, клиенты стали постоянными, объекты множились, а вместе с ними росла и моя репутация. Я уже не был просто менеджером, я стал тем, к кому обращались за советом, тем, кто мог быстро и точно рассчитать коммерческое предложение, тем, кто умел находить общий язык с заказчиками, чтобы работа шла гладко и без нареканий. Я был одним из лучших, и это чувствовалось. Коллектив меня знал, я знал каждого, знал, к кому обратиться за помощью, как ускорить процесс, как сделать так, чтобы каждый объект завершался не только успешно, но и с рекомендациями. Жизнь налаживалась, и я чувствовал себя на своем месте.
И вот, в один из таких прекрасных, плодотворных дней, когда солнце светило особенно ярко, а в воздухе витал запах свежескошенной травы (или это просто мои мысли о летних проектах?), появился Роман. Старый друг, с которым мы не виделись, кажется, целую вечность. Он приехал без предупреждения, и его появление было таким же внезапным, как и его предложение.
"Слушай, у меня тут одна тема есть," – начал он, усаживаясь напротив меня в кафе – "Необычная схема, понимаешь?"
Я кивнул, пытаясь вспомнить, о чем он говорил по телефону. Его "схемы" всегда были для меня чем-то из области фантастики, туманными намеками на какие-то невероятные возможности. Я не понимал, что он имеет в виду, но его энтузиазм был заразителен.
"Я тут кое-что делал, можно еще раз попробовать," – продолжал Роман, жестикулируя. – "Это… это может быть очень выгодно. Но нужно небольшое вложение."
Я внимательно слушал, пытаясь уловить суть. То ли Роман объяснял плохо, то ли его "необычная схема" была настолько сложной, что я просто не мог ее охватить. Я видел его горящие глаза, чувствовал его уверенность.
"Вложение?" – переспросил я, пытаясь сфокусироваться. – "Какое вложение?"
Роман махнул рукой. "Небольшое. Совсем небольшое. Главное – это идея. А идея у меня есть. И ты, с твоим опытом… ты идеально подходишь."
Я понимал, что мне нужны будут некие финансовые ресурсы, но насколько "небольшие" они будут, и на что именно они пойдут, оставалось для меня загадкой.
Роман
Роман – это не просто друг. Это вихрь, это фейерверк, это вечный двигатель, который, кажется, работает на чистом вдохновении и женских сердцах. Я же - менеджер. Моя жизнь – это отчеты, коммерческие предложения и планы, планы и их выполнение прежде всего.
Роман никогда не думал о завтра. Его «сегодня» было настолько ярким, настолько насыщенным, что будущее просто терялось в его сиянии. Он жил моментом, как будто каждый день был последним, и его нужно было прожить так, чтобы потом было что вспомнить. А вспоминать было что.
Его артистизм был не просто талантом, а какой-то врожденной магией. Он мог завести любую публику, будь то на сцене или просто в компании, а когда он садился за рояль, казалось, что клавиши сами тянутся к его пальцам. И эта внешность… фотогеничная – это слишком слабое слово. Он был воплощением мужской красоты, уверенности и той самой искры, которая притягивает, как магнит. Все девчонки были от него без ума, и я не мог их винить.
В Советском Союзе, где ценился упорный труд и планомерное движение к цели, Роман был белой вороной. Его творческая натура, его мозг, который, казалось, был создан для искусства, а не для бухгалтерии, часто брал верх над всем остальным. Аналитические способности? Они, конечно, были, но часто терялись в океане его безумных идей.
Он постоянно носился с какими-то грандиозными проектами. То это была новая музыкальная группа, которая должна была покорить мир, то какая-то невероятная идея для бизнеса, которая, по его словам, должна была сделать нас всех миллионерами за одну ночь. Я, честно говоря, не всегда верил в его затеи. Часто они казались мне слишком уж фантастическими, оторванными от реальности. Но что я мог противопоставить? Моя рутинная работа менеджера, где каждый день похож на предыдущий, казалась мне такой же серой и предсказуемой, как и мои собственные мысли.
Иногда я завидовал ему. Завидовал его свободе, его бесстрашию, его способности жить полной жизнью, не оглядываясь назад. Он был как птица, которая летит, куда ветер дует, а я… я был как тот, кто сидит на земле и смотрит ей вслед, мечтая о том, чтобы хоть на мгновение почувствовать этот полет.
Но, несмотря на всю мою скептичность, я всегда был рядом. Потому что Роман – это мой друг.
Проваторов.
Я до сих пор не могу точно сказать, что именно заставило меня согласиться на эту авантюру. Возможно, это была интрига, возможно, обещание легких денег, а может, просто скука от рутины. Отпросившись на фирме под каким-то нелепым предлогом, я, вооружившись  наличными, отправился на встречу с Романом. Он ждал меня в центре Москвы, в каком-то модном кафе, где воздух был пропитан запахом дорогого кофе и еще более дорогих духов. Рядом с ним сидел незнакомый мне мужчина, представившийся Александром Проваторовым.
Александр Проваторов был человеком, которого не замечали, пока он не хотел быть замеченным. Худощавый, словно вытянутый из тени, острый, пронзительный взгляд, он скользил по людям и предметам с той же внимательностью, с какой опытный сиделец оценивает новую камеру или потенциальную угрозу. Когда он улыбался, а это случалось редко, обнажались вставные зубы. Отсутствие образования было очевидно в его речи, в редких, но метких словечках, которые он употреблял, в его неловкости при попытке поддержать светскую беседу. Он не был тем, кто мог бы цитировать классиков или рассуждать о политике. Его мир был более приземленным, более осязаемым.
Но за этой внешней простотой скрывалась удивительная хватка. Проваторов обладал редким даром видеть суть вещей, улавливать невидимые нити, связывающие события и людей. Он не был болтуном, не тратил слова попусту. Каждое его слово было взвешено, каждое действие продумано. Его сообразительность проявлялась не в витиеватых фразах, а в молниеносных решениях, в способности найти выход из самой запутанной ситуации, когда другие уже опустили руки. Он был человеком, чье прошлое оставило на нем неизгладимый след, но чья сообразительность и хватка делали его ценным, даже опасным, союзником. Роман пояснил, что Александр  – это человек, на котором "числились" фирмы. Не просто фирмы, а целый десяток "однодневок", где он одновременно выступал и директором, и учредителем. Звучало это как начало какого-то криминального триллера, но Роман уверял, что все законно. Ну, или почти законно.
Перед нами лежал внушительный список этих самых фирм, возглавляемых Александром. Роман показал мне его, и я, признаться, был впечатлен. Десяток названий, каждое из которых, вероятно, скрывало за собой какую-то свою, никому не ведомую историю. Наша задача, как объяснил Роман, была проста: проверить наличие денег на счетах этих фирм. А чтобы Александр был заинтересован в этом деле, я оплачивал его каждый визит в банк. Каждый бесполезный визит мне стоил полторы тысячи рублей из моего кармана. Александр был не в курсе наших истинных намерений и походов в банк.
Дело пошло. Мы с Романом начали "охоту". Перечень фирм был перед глазами, и теперь по каждой из них мы заказывали список открытых счетов. Это было похоже на детективную игру, где каждая новая информация приближала нас к цели. Роман с Александром, как опытные игроки, заходили в банки, предъявляли документы, и им без лишних вопросов предоставляли остаток по счету. Ведь Александр был и директором, и учредителем. Для банковской системы он был единственным и неоспоримым хозяином этих фирм.
Остатки по счетам везде были разные. Где-то скромные суммы, где-то побольше. Мы методично просматривали каждую цифру, каждый ноль, ища тот самый, максимальный остаток. Это было похоже на поиск золотой жилы в океане информации. Каждый новый счет, каждая новая сумма вызывали в нас то надежду, то разочарование. Но мы не сдавались. Ведь где-то там, среди этих бесчисленных фирм и счетов, скрывались деньги, которые мы искали. И я, несмотря на всю абсурдность ситуации, чувствовал, что мы на верном пути. Пути, который вел нас к чему-то большому. Или, по крайней мере, к чему-то очень интересному.
Удача.
Третий день поисков тянулся бесконечно. Пустота. Где-то – абсолютный ноль, где-то – жалкие крохи, которые Роман презрительно называл "неинтересными". Мы шли дальше, ведомые неутолимой жаждой миллионов. И вот, удача.
Проверяли счет ООО "ОПТСТРОЙТОРГ" в банке "24.ру" на Маяковской. Остаток – более миллиона. Это было оно. То, что мы искали. Но добраться до заветных денег оказалось не так просто. Это был интернет банк, только с одним офисом в г. Москва. Нужен был оттиск печати. Или, как мы решили, ввести свою печать в банковскую карточку. Что мы и сделали.
Взяв в налоговой копии уставных документов и изготовив новую банковскую карточку, мы получили доступ к счету "ОПТСТРОЙТОРГ". Первым делом – отключили всех, кто руководил счетом до нас. Убедившись, что управление теперь только в наших руках, и сделав корпоративную карту, мы отправились снимать деньги.
Роман, словно заправский грабитель, подходил к каждому банкомату и выгребал максимальную сумму. Так, пробегая от одного к другому, мы сняли около 300 тысяч. Денег было так много,что Роман иногда забывал забрать из банкомата то, за чем он пришел. Мне приходилось забирать деньги выданные банкоматом, но забытые Романом в спешке. Проверив остаток, мы обнаружили, что счет пополнился. Еще 3 миллиона. Стало ясно: таким способом мы будем снимать деньги неделю, если не больше.
Я предложил перечислить деньги моему другу Николаю. Продай Николай мой друг, работал финансовым директором в нескольких организацих и дополнительно занимался обналичиванием средств. Он готов был обналичить их за 3%. Не желая обидеть, мы щедро отблагодарили нашего директора Александра. Сделав платежки, мы отправили 3 миллиона, пообещав Александру 300 тысяч.
На следующий день деньги пришли снова. Еще 3 миллиона. Мы перечислили их моему другу, а Александру отдали обещанные 300 тысяч и корпоративную карту, считая вопрос с ООО "ОПТСТРОЙТОРГ" решенным. Николай всегда отдавал все деньги сразу без промедления наличными в целофановых пакетах мелкими купюрами. И я катался по метро с этими двуми большими пакетами до верху набитыми мелкими кюпюрами.
Когда через несколько дней пришли еще три миллиона, доступа к счету у нас с Романом уже не было. Мы видели деньги, но перечислить их уже не могли. Александр переделал управление счетом на себя, а лезть на рожон, светится и выяснять что к чему, мы сочли достаточно рискованным занятием. Нам было достаточно 6 миллионов на двоих, а к Александру могли ведь прийти. И как потом выяснилось к нему приходили. К нему приходили и те кто владел этим счетом и участковый, но Александр был не из тех кого можно было напугать и уж тем более попытаться отобрать что-то.
Так из 10 миллионов нам с Романом досталось чуть больше 6. Александру – премия в 300 тысяч и 3 миллиона на счету "ОПТСТРОЙТОРГ". Первая удача выстрелила так, что мы были удовлетворены полностью.
Моя среднемесячная зарплата на основной работе колебалась в районе тридцати-сорока тысяч рублей. Цифра, которая раньше казалась мне вполне приличной, позволяла сводить концы с концами, планировать отпуск раз в год и изредка баловать себя чем-то приятным. Но последние две недели перевернули мое представление о реальности с ног на голову. Вместе с Романом мы заработали по три миллиона. Три! Миллиона!
Это было нечто. Это было классно. Это было настолько ошеломляюще, что я до сих пор не могу поверить, что это произошло на самом деле. Это было похоже на сон, на какую-то невероятную удачу, которая свалилась на нас с неба.
Но это была не удача. Это был результат упорного труда, нестандартного мышления и, конечно же, той самой возможности, которую Роман открыл для меня. Теперь я знаю, что это не магия. Это просто другой путь. Путь, который требует смелости, готовности учиться и, главное, веры в себя. Зачем ходить на работу целый месяц, когда есть возможность быть в свободном плавании и зарабатывать в десятки или сотни раз больше? Этот вопрос теперь не дает мне покоя.
Я начал задумываться. Серьезно задумываться. Не стоит ли мне бросить работу и заняться тем, чем занимается Роман? Моя нынешняя работа, хоть и стабильная, кажется мне теперь такой скучной и бессмысленной. Я трачу свое время, свои силы, свою энергию на то, чтобы получить сумму, которая теперь кажется мне смехотворной. А ведь есть мир, где можно жить иначе. Где можно быть хозяином своего времени, своих доходов, своей жизни.
Конечно, страх присутствует. Бросить стабильность, пусть и скромную, ради неизвестности – это всегда страшно. Но три миллиона за две недели – это не просто деньги. Это доказательство того, что возможно другое. Это толчок, который заставил меня посмотреть на свою жизнь под другим углом.
Сейчас я на распутье. Мне предстоит принять важное решение. Но одно я знаю точно: я больше не могу оставаться прежним. Три миллиона за две недели – это не просто цифра. Это начало новой главы моей жизни. И я готов ее написать.
Новая глава в моей жизни
Три миллиона. Эта сумма, словно яркая вспышка, разделила мою жизнь на "до" и "после". Мне нравилась сама идея! Есть организация ООО со своей историей, счетами, оборотами, отчетностью, продуктом и мы имели возможность управлять всем этим имея всего лишь контакт директора и полторы две тысячи рублей, за которые этот директор готов был сделать все что нам захочется. Мы с Романом, получив свои доли, разошлись. Временное расставание. Я погрузился в размышления об увольнении, о том, что делать дальше. Роман же, как я понял, занял выжидательную позицию, его дальнейшие шаги оставались для меня загадкой.
Решение пришло само собой. Я написал заявление. Последний рабочий день ознаменовался прощальным столом, который, как всем казалось, явно не соответствовал моим скромным доходам в фирме. На следующий день я был свободен, но свобода эта была скорее тревожной, чем радостной. Я пытался "реанимировать" Романа, вернуть его к активным действиям, но он был неприступен, словно стена. Никакие уговоры не действовали, он не хотел никуда идти.
Тогда я позвонил Александру Проваторову. Предложил продолжить. Фирмы, как оказалось, еще оставались. Заранее обговорив, что он получит половину, мы с Александром отправились по оставшимся "целям". Очередные деньги мы увидели в ООО "ТОРГОВЫЙ ДОМ КУРГАНМАШЗАВОД", это была реальная организация, имеющая свой сайт, реальные цены на технику на сайте и по видимому торговый представитель крупного предприятия КУРГАНМАШЗАВОД. Операция проходила в Пробанке, недалеко от станции метро "Петровский Парк". Добраться до денег там оказалось значительно проще, чем раньше. Нам не требовалась та виртуозность, с которой работал Роман. Мы получили доступ к счету и оформили две платежки: одну на фирму моего Николая, другую – платежку оформлял Александр.
Я был начеку. Александр уже показал себя, и я опасался, что он может провернуть какой-нибудь финт, который оставит меня без денег. Моя часть средств была отправлена Николаю. Александр же свою часть перевел каким-то своим знакомым. Сумма была не колоссальной, но по сравнению с моей зарплатой она была раз в десять больше. Все прошло гладко, без каких-либо шероховатостей, словно по накатанной. Мы предприняли еще одну попытку провернуть подобное мероприятие в ВТБ банке с фирмой ООО "Новотекс". Но на этот раз нам не повезло. Нам не хватало того опыта и чутья, которым обладал Роман. Проверив все оставшиеся фирмы, мы с Александром расстались на положительной ноте. Наше сотрудничество, хоть и недолгое, принесло свои плоды, и каждый из нас отправился своим путем, обогащенный новым опытом и, конечно же, деньгами.
Возращение Романа.
Лето, казалось, выдыхало последние теплые дни, окрашивая небо в оттенки персика и лаванды. Мы не виделись с Романом два может быть три месяца. Но когда он появился, это было как удар молнии в ясный день.
Он стоял предо мной и в его глазах читалось что-то новое, что-то, что сразу же обескуражило меня. Не успел я и слова сказать, как он выпалил: "У меня больше нет денег. Все три миллиона, которые мы получили, я уже потратил."
Я стоял, как громом пораженный. Три миллиона. Я едва успел потратить сотню тысяч, пытаясь разобраться, как распорядиться этой внезапной удачей, а он умудрился просадить все. Мой мозг отказывался воспринимать эту информацию. Это было немыслимо.
Но это было только начало. Роман, словно почувствовав мое замешательство, продолжил, и его голос стал жестче: "И я знаю, что вы с Александром провернули одно дело без меня. Я требую, чтобы ты поделился."
Злость в его глазах была почти осязаемой. Я почувствовал, как внутри меня поднимается волна возмущения. "Я звал тебя раз двадцать, Роман!" – вырвалось у меня. "Но ты был весь в своих делах, помнишь? Ты не отвечал на звонки, не приходил на встречи. Я не мог ждать вечно."
Он отвернулся, его плечи напряглись. Обида читалась в каждом его движении. Я видел, как в нем борются гнев и разочарование. Наступила долгая, напряженная пауза, наполненная невысказанными упреками и взаимным недопониманием.
Но, к моему удивлению, эта злость, казалось, начала утихать. Возможно, он понял, что его обвинения были не совсем справедливы, или просто осознал всю абсурдность ситуации. Он снова повернулся ко мне, и в его взгляде уже не было прежней ярости, только усталость и какая-то растерянность.
"Ладно," – сказал он, его голос стал тише. "Это уже прошлое. Что теперь?"
Он не спеша, словно перебирая в памяти обрывки своих приключений, поведал, как потратил деньги. "Это было как в тумане", – начал он, его голос стал тише. Я чувствовал себя королем мира. Были люди, которые знали, что у меня есть деньги. Они подталкивали. Я был слишком глуп, чтобы понять, что они просто пользовались мной."
Летний закат медленно уступал место вечерним сумеркам, а мы, забыв о прошлых обидах и потерянных деньгах, начали строить новые планы в этой новой и изменившейся реальности.
Нужен был новый директор, новые фирмы и банки.

Директор для Идеальной Схемы
Нужен был новый директор и желательно свой. Не просто формальная фигура, а человек, который станет надежным звеном в нашей стремительно развивающейся схеме. Идеально, если это будет кто-то свой, друг или знакомый. Тот, кто запомнит, где открываются счета, снимет оттиски печатей, и, главное, поддержит в нужный момент. Опыт, как известно, приходит с каждым шагом, и я уже начинал понимать, что действия Ромы, хоть и были образцом на начальном этапе, не были идеальны.
Спрашивать только остаток по счету – это, мягко говоря, не самое верное решение. Важно знать не остаток, а всю картину. Важно видеть движение средств, понимать, кто и когда переводит деньги, какие суммы проходят. Идеально, если бы была возможность следить за счетом в режиме реального времени. Наши клиенты – это не дураки. Большие деньги никто не будет держать на счету просто так и ждать нас долго. Просто остаток – это лишь обрывок информации, который практически ни о чем не говорит. Нужно было придумать, как получить полный визуальный контроль над финансовыми потоками. Представьте: мгновенное отслеживание каждой транзакции, анализ расходов, прогнозирование будущих трат, выявление аномалий – все это в режиме реального времени, доступное в любой момент.  Вот, что было необходимо!
Я не был таким общительным, как Рома, у которого круг знакомств был поистине безграничен. Поэтому я выбрал пару проверенных друзей и предложил им поучаствовать в нашем стремительном обогащении.
Валерия Бардина уговаривать даже и не пришлось. Мы были знакомы давно, были настоящими друзьями. Валерий знал часть нашей истории, и ему понравилась предложенная роль и открывающиеся возможности. Он с энтузиазмом взялся за мое предложение.
Я попросил его сканы документов, создал почту от его имени и разослал его данные по интернету с этой почты, указав его номер телефона. Цель была проста: найти регистраторов, которым был бы нужен идеальный директор. Валерий действительно был идеален. На нем не числилось ни одной фирмы, у него не было судимостей, не было долгов. Он был образцом добропорядочности и надежности.
Ему начали моментально звонить. Я объяснил ему, что от него требуется, и Валерий, словно опытный игрок, ворвался в кипящую работу регистраторов. Я ждал результата. Ждал, когда эта идеально выстроенная машина начнет приносить плоды, когда мы сможем видеть всю картину, а не только ее фрагменты и остаток по счету. И я знал, что Валерий, мой друг, станет тем самым недостающим звеном, которое превратит нашу авантюру в настоящий финансовый триумф.
Скала и Идея
Валерий. Само это имя звучало как много обещающее. Мы были связаны не просто дружбой, а чем-то более глубоким, сотканным из лет, общих воспоминаний и невысказанного понимания. Он был старше, это было очевидно. Не в том смысле, что его годы были грузом, а скорее, что они придали ему вес, основательность. У него не было дипломов, которые пылились бы на полках, и его речь не изобиловала витиеватыми оборотами, но в политике он разбирался так, как иные профессора могли только мечтать. Он чувствовал пульс времени, понимал скрытые течения, видел на несколько шагов вперед.
Его руки, мозолистые и сильные, могли творить чудеса. Я помню, как он сам, без посторонней помощи, преобразил свою квартиру. Каждый уголок дышал его трудом, его вниманием к деталям. Но это было лишь внешнее проявление того, что действительно завораживало – его уверенности. Он был как скала, непоколебимая, устойчивая, способная выдержать любой шторм. В его облике – высоком, широкоплечем, с прямой осанкой – было что-то монументальное. Он мог бы, без сомнения, стоять во главе крупной корпорации, внушая уважение и доверие одним своим присутствием.
Именно эта уверенность, эта внутренняя скала, предвкушала мне победу. Когда Валерий был рядом, казалось, что любая задача становится выполнимой. Он не просто верил в себя, он излучал эту веру, заражая ею окружающих.
Однажды, в один из наших долгих разговоров, когда мы обсуждали возможности, которые открывает современный мир я предложил ему поучаствовать.
Я видел, как загорелись его глаза. Он не был техническим гением, но он обладал редким даром видеть потенциал, понимать, как идеи могут быть воплощены в жизнь. Его практический склад ума, его способность к анализу, подкрепленные той самой непоколебимой уверенностью, делали его идеальным партнером для такого проекта. Он мог бы стать тем, кто не просто поддержит идею, но и придаст ей вес, силу, сделает ее реальностью. Идея, которая, казалось, была создана именно для Валерия. Я представлял, как мы вместе работаем над этим. Я – с моими идеями, а он – с его стратегическим видением, с его способностью принимать решения, с его непоколебимой верой в успех. Он был той скалой, на которой можно было построить что угодно.
Валерина Империя
Валеру рвали. Не в прямом, конечно, смысле, а в том, что его имя стало золотой жилой для целой армии регистраторов. Звонки сыпались нескончаемым потоком, приглашения на регистрацию фирм на его имя мелькали перед глазами, как конфетти на празднике. И названия! О, эти названия! От банальных типа «МАРКЕТЛАЙН» до многообещающих "ГОРОДСКАЯ АПТЕКА №1", "СМУ-21". Я, человек, который знал, что такое СМУ – строительно-монтажное управление, понимал, какие колоссальные деньги крутятся в строительстве, видел в "СМУ-21" потенциал для грандиозного взлета. Остальные же фирмы, что они из себя представляли, могло показать только время.
Всего было зарегистрировано двенадцать фирм. Практически все счета открывались в "массовых" банках. Роман как специалист в этой области, как-то объяснял мне тонкости: "Видишь ли, в банках с кучей филиалов, типа Сбербанка или ВТБ, никто никого не знает. Там все пройдет гладко. А вот банки с одним-двумя филиалами – это совсем другое дело. Там все на виду, каждый директор на учете. Наша схема с уводом денег там не прокатит". И вот, количество счетов росло, и все они были открыты практически в этих самых "массовых" банках.
Как следить за счетом в режиме реального времени мы по прежнему не знали". Валерий не мог каждый раз выезжать с нами, он работал сутки через двое и ему надо было еще и выспаться. "Прикрепим доверенность на Романа к каждой фирме", – мы решили. "И пусть он спрашивает не только остаток, но и выписку движения средств по счету. Его обязанностью было как лица, имеющего доверенность, ездить и получать эту информацию по счетам".
Так началась эпопея Романа. Каждое утро он, словно охотник, отправлялся в путь. Его маршрут пролегал через весь город, от одного банка к другому. В банках его встречали с разной степенью радушия. Некоторые банковские работники, узнав его, уже знали, что сейчас последует просьба о выписке. Другие же смотрели с недоумением, словно он просил у них личный сейф.
"Здравствуйте, я Роман, уполномоченный от нашей компании", – начинал он, протягивая паспорт и указывая ИНН фирмы. "Мне нужна выписка по счету за последний день, а также текущий остаток".
Часто ему приходилось ждать. Ждать, пока операционист найдет нужную фирму, пока распечатает выписку. В эти моменты Роман успевал прочитать половину новостей в интернете, обдумать смысл жизни и даже сочинить пару строк для несуществующей песни.
"Вот, пожалуйста", – наконец, протягивали ему заветный лист. Роман бережно складывал их в сумку, чувствуя себя настоящим добытчиком информации. Он знал, что каждая выписка – это кусочек пазла, который поможет нам понять, где наши деньги. Конечно, это решение было далеко от идеала. Но это был уже маленький прогресс. Мы перестали работать в полной темноте. Мы видели, хоть и с опозданием, движение наших средств. Пока что счета были пустыми. В этом не было ничего удивительного. Дело было перед Новым годом, наступал 2014 год. Клиенты только готовились к работе, и ожидать поступления средств можно было в ближайшей перспективе. Валерина империя была построена, и мы были наблюдающими за нашими деньгами, который еще только предстояло получить.
Меркурий.
Шел 2014 год. Конец зимы, наступала весна. В воздухе витал едва уловимый запах талого снега и предвкушение тепла. В это время одна из фирм, название которой сейчас стерлось из памяти, возможно, "МЕРКУРИЙ", с открытым счетом в Сбербанке неподалеку от станции метро "Сходня" имела на счету пять миллионов. Сколько эти деньги пролежат там, никто не знал. Но была готова печать и был свой директор!
Я моментально набрал Валеру. "Приезжай, срочно!" – сказал я. Он ответил, что быстро не получится. Перерыв в электричках, придется ждать три часа. Я не стал терять времени. Сел в свой "Лексус" и помчался в Лобню, попросив Валеру подойти к станции со стороны Дмитровского шоссе. Так я мог миновать одну из пробок в г. Лобня. Роман тоже был предупрежден.
Мы с Валерой, нарушая все мыслимые и немыслимые правила, неслись к филиалу Сбербанка. На переезде в Долгопрудном на Водниках нас ждала огромная пробка. Я, забыв о возможности присутствия инспекторов ГИБДД, нырнул на встречную полосу. Нам повезло – пробка, которая поглотила бы у нас два часа, была преодолена за пять минут.
Мы прибыли к банку. Деньги были еще на счету. С трудом припарковавшись и чуть не разбив машину о ледовые сугробы, Роман с Валерием отправились в офис. Роман знал свое дело. Лучше него это дело не мог сделать никто.
В этот раз все прошло гладко. Валерий, генеральный директор и учредитель, был не просто человеком, он был воплощением власти над этими деньгами. Его личность, его уверенный взгляд, его подпись – все это было символом главного хозяина, того, кто решал, куда утекут эти потоки. В офисе банка была оформлена платежка на пять миллионов, деньги были отправлены в организацию на Дальнем Востоке. Теперь никто не задавал вопросов о том, что мы будем делать с деньгами. Это было решено давно, на другом уровне, где мои задачи сводились к исполнению.
Продай Николай, давно зарекомендовал себя как надежный и ответственный человек. Я по-прежнему получал деньги в целофановых пакетах, наличными. Менялись только реквизиты, куда надо было отправлять деньги, и адреса, где я их получу. Это были не временные пристанища, точки на карте были рабочими местами Николая.
Никто не сомневался в их получении. Никто не сомневался в надежности схемы. Это была отлаженная машина, где каждый винтик знал свое место и выполнял свою функцию безупречно.
Иногда, когда я держал в руках очередной пакет, ощущая его вес, я задумывался о Николае, о его безупречной лояльности. Мы были королями. Королями, чьи троны были построены на шепоте в целофане.
Оставалось самое главное: нужно было отвести подозрения от Валеры, чтобы никто не предъявил ему ничего. Требовался "громоотвод", история, которая бы доказала, что Валера тут ни при чем. И за это, естественно, взялся Роман.
Громоотвод
Громоотвод. В нем, в принципе, проблем не было. Это была стандартная, отработанная до автоматизма отговорка для директора. Не то чтобы мы ее сами придумали – жизнь сама подсказала, настолько она была реальной и жизненной. "Директора вызвали, заплатили, он сделал то, что ему указали, вот и все". Это было реально, и, что самое главное, реально работало.
Роман, взялся исполнить все. Взял телефон у Валеры и он принялся за организацию спектакля для тех, кто был хозяином денег. Лучше Романа этот спектакль не сыграл бы никто, ни один профессиональный артист, не смог бы сделать не чего подобного. Для пущей убедительности, для придания реальности происходящему, Роман отправился в Лобню. Естественно, по пути ему позвонили, требуя немедленно приехать на встречу и разобраться. Роман знал, что говорить. Он начал разыгрывать свой лучший спектакль.
"Меня вызвали, мне заплатили, а вы кто и почему звоните?" – его голос звучал искренне, с нотками недоумения и легкой паники. Он изображал, что ему звонят сразу две группировки: те, кто перевел деньги, и те, кто появился потом, с претензиями. Он играл, и это был настоящий спектакль, где в телефонной трубке слышалось, что следующая остановка – станция Лобня, где звучала паника и испуг.
Спектакль продолжался до самого вечера. Убедившись в его полноте исполнения, в его красоте, в каждом тщательно продуманном слове и интонации, Роман вернул Валере телефон. Сыграно было настолько красиво и реально, что к Валере никто не приехал и даже больше не кто не позвонил. Громоотвод сработал на все сто. Директор, как всегда, остался чист, а мы – в безопасности. Жизнь, как говорится, научила.
Кремлевский банк
Кремлевский банк. Само название уже вызывало трепет и определенные ассоциации. Расположенный в самом сердце столицы, с единственным, но весьма примечательным филиалом неподалеку от Красной площади, он был воплощением эксклюзивности. Роман, как всегда, был полон сомнений относительно нашей затеи. "Зачем нам этот банк? – ворчал он, – У нас и так все неплохо получается". Но мы с Валерой были настроены решительно. Деньги, как известно, не пахнут, и мы не видели причин, почему бы нам не попытаться. К тому же, никто не мог нам помешать – ни в банке, ни в центре столицы, директор пришел лично, нас не могли выгнать и не могли не чего не дать сделать, как размышляли мы с Валерой.
Банк был пуст. Никакой суеты, никаких толпящихся клиентов. Небольшое помещение, но отделка говорила сама за себя – это был не просто банк, а место для избранных. Войдя, Валерий предъявил документы и запросил остаток по счету. Мы не посещали этот банк, скорее, это была проверка боем, своего рода ритуал неожиданности, который срабатывал всегда. Единственная операционистка, молодая девушка, явно не ожидала такого нахальства. Но, тем не менее, назвала сумму. Сумма не вызывала бурного восторга, но и незначительной ее назвать было нельзя.
"Можем ли мы сделать платежное поручение?" – спросил Роман. Операционистка утвердительно кивнула и попросила нас подождать. "Пару минут", – заверила она, предложив нам присесть и предложила чай или кофе за счет заведения. Время шло. В воздухе витала какая-то необъяснимая возня, легкое напряжение.
Через пять, может, десять минут нас пригласили к проведению операции. Операционистка снова попросила Валерины документы нашла его фирму, что бы оформить как казалось, платежное поручение. И тут произошло нечто неожиданное. Девушка выразила удивление, извинилась и сказала: "Счет пустой. Остаток нулевой".
Вот так, в очередной раз, мы убедились, что такое настоящий "не массовый" банк. Все прошло без нареканий, но сделать ничего не удалось. Нас обвели вокруг пальца, показали, кто в доме хозяин. Кремлевский банк, как оказалось, умеет хранить свои секреты. И мы, хоть и не получили желаемого, но получили ценный урок.
Операция "Меркурий" и её последствия
Деньги с операции "Меркурий" мы разделили, очередные пакеты с наличными были доставлены по метро. Роман, как всегда, исчез. "Наверное, тратить," – мелькнула мысль, уже ставшая привычной. Это была его манера – растворяться в воздухе после успешной сделки, оставляя после себя лишь эхо предвкушения новых трат. Казалось, это стало его личной традицией, ритуалом, который он соблюдал с завидной регулярностью.
Но на этот раз всё оказалось иначе. Позже выяснилось, что Роман был занят другой, не менее захватывающей финансовой операцией, но уже в компании своего друга Буслаева Николая. Они занимались снятием наличных и как оказалост весьма успешно. Похожая схема, но с оборотом в два миллиона – это уже серьёзно. Роман хвалился своей виртуозностью рассказывая ее. Как то, когда мы в четвером сидели в кафе с партнером Продая Николая, обсуждая условия обнала, Роман поведал ее в очередной раз. «Филигранно» заключил тот. И это действительно было «филигранно», угадать день и сумму, когда и сколько надо было получить, заместо людей которые должны были сделать это. Роман с Николаем получили эту сумму за них.
Роман, конечно, был мастером своего дела. В его рукаве всегда находилось множество козырей. Хочешь наличные по чеку? Пожалуйста. Корпоративная карта? Без проблем. Или, если нужно, перевод знакомому Гоше. Хотя к Гоше он, признаться, относился с меньшим доверием, предпочитая более проверенный вариант.
Меня, признаться, это немного задело. Хотя я и сам не мог точно определить, именно что. Обиделся? На что? На то, что Роман провернул всё без меня? Но тут же я вспомнился собственный поступок: когда я завершил дело с Праваторовым и обошёлся без него. Парадокс, не правда ли?
Две крупные сделки, которые Роман так долго вел, наконец-то закрылись, и поступила сумма, способная обеспечить безбедное существование на несколько месяцев вперед. Для Романа это означало одно – исчезновение. Он не был пьяницей, не употреблял наркотики. Его зависимость была куда более тонкой и, возможно, более разрушительной. Деньги для Романа были не средством, а целью. Они были билетом в мир, где не нужно было думать о завтрашнем дне. Он не копил их, не задумывался о том, что все может когда то закончиться. А когда деньги у него заканчивались, он, как по волшебству, появлялся снова, готовый к новым свершениям, к новым сделкам, к новом походам в банк.
Это стало его ритуалом. Как поступала значительная сумма, Роман словно растворялся в воздухе. Ни звонков, ни сообщений. Просто пустота. Мы знали, что он не в беде, не в опасности. Он просто уходил в свою личную "золотую лихорадку".
В такие периоды его было невозможно вернуть в рабочее состояние. Он становился неуловимым, как призрак. Мы пытались связаться с ним, напоминали о сроках, о фирмах, о наших общих целях. Но он был глух к нашим призывам. Его разум был занят планированием будущих трат. Мы привыкли. Привыкли к тому, что в самые ответственные моменты Роман превращался в недосягаемую звезду. Мы учились работать без него, распределять его задачи, закрывать пробелы. Это было тяжело, но мы знали, что рано или поздно он вернется.
Его философия была проста: зачем напрягаться, когда есть деньги? Зачем думать о будущем, когда можно жить настоящим, наполненным безмятежностью полученных средств? Он не видел в этом проблемы. Для него наша работа была лишь способом пополнить свой "кошелек". Он ходил по фирмам и счетам, но не для того, чтобы развиваться строить что-то, а чтобы получить свою долю, свой "кусок пирога", который он потом уносил в свое тайное убежище.

Центр поддержки бизнеса
Было ясно, что для реализации успеха нужно иметь не только одного директора, а множество директоров, желательно знать, где открыты счета, чтобы не тратить время и деньги на их поиск. А для полного комплекта, в идеале, нужна была еще и печать. Наличие печати было определенным козырем в нашем деле.
Копаясь в очередной раз в интернете в поисках информациии и очередного директора, я наткнулся на фирму "Центр Поддержки Бизнеса". На их сайте в прайсе были и директора, и открытые счета, и их было много – несколько сотен, а иногда преваливало за тысячу. Мелькнула мысль: а может, туда устроиться? Это давало бы доступ к телефонам директоров и другой информации. Обнаружив такую интересную возможность, я решил не откладывать дело в долгий ящик и встретился с Романом, чтобы предложить ему следующий вариант сотрудничества. Мы встретились в небольшом кафе, где обычно обсуждали рабочие вопросы. Я начал с того, что рассказал о своей идее: «Слушай, я могу заняться сбором информации — телефоны директоров, открытые счета, оттиски печатей. После того как соберу всю базу, я увольняюсь, а ты уже с этой информацией будешь ходить с директорами по счетам и решаешь вопросы.» Роман кивнул. Роман пообещал, что мои старания не пропадут даром.
Так началась наша новая схема. Никакого собеседования, просто бери и работай. Как курьер и сопровождающий директоров, как бы сейчас выразились, "дроповод". Все было налажено до меня. Однодневки печатались массово, счета открывались автоматически. Директоров надо было только сопровождать. Никаких сложностей.
Я приступил к работе. Наступал новый 2014 г. Мне давали директора, я всегда имел при себе его паспорт, уставные документы, сим карту, телефон директора и адрес банка, где нужно было открыть счет. Я постоянно ездил в Ланта Банк, Сбербанк и другие банки. К тому времени я уже понял что такое массовый банк, как говорил Рома и банки в которых не возможно было провернуть наш фокус. Ланта банк был массовый, но в нем постоянно сидела женщина лично знающая руководителя Центра Поддержки Бизнеса. Однажды я присутвовал при нелепой попытке увести деньги со счета клиента Центра Поддержки Бизнеса в отделении Ланта банка. Я взял на заметку что в это отделение Ланта Банка лучше не соваться. Нехватка опыта и чутья явно выдавали человека, делающего тщетные попытки увести нашим способом деньги со счета. Я собирал и систематизировал всю попадающую мне в руки информацию, делал оттиски печатей. За работу мне практически ничего не платили, но у меня собиралась целая база однодневок со знанием открытых счетов и к ним – оттисками печатей. В общем, все, что необходимо было для массовой работы. Именно массовой работы. Это уже был не единичный директор, это был конвейер директоров с открытыми счетами и готовыми оттисками печатей.
Так как я сам не мог ходить по открытым фирмам – меня бы сразу опознал бы директор – необходимы были помощники, а фирм с оттисками было немало, а ходить по ним я сам не мог. Роман был готов, и готов был его друг Коля. Он познакомил нас при очередном совместном совещании. У нас у всех были гаджеты одного производителя, и было решено сделать совместный чат для обсуждения рабочих моментов. Чат был весь в работе, в нем постоянно обсуждалась та или иная идея, а их было много. Работа кипела и днем и ночью.
Коля
Коля был среднего роста, с немного сутулыми плечами, он не обладал той внешней харизмой, которая так легко располагала к себе людей. Его одежда всегда была скромной, но неизменно чистой и аккуратной – никаких ярких вещей или дорогих часов. Он не был тем, кто первым бросается в глаза, и уж точно не тем, кто произносит пламенные речи.
Но Коля был и он готов был участвовать здесь, каждый день, тихо и незаметно. В отличие от Романа, который, казалось, жил в мире больших проектов и стратегических решений, Коля был готов к любой работе. Он не боялся ходить с директорами, но старался этого избегать. Он не стремился к славе или признанию, его удовлетворяла сама возможность быть полезным. Там, где Роман действовал импульсивно, полагаясь на свой опыт и интуицию, Коля был более рассудителен. Его мысли текли медленно, но верно, как воды глубокой реки. Он не был интеллектуалом в общепринятом смысле слова, и не разбирался в тонкостях квантовой физики. Но он умел думать. Умел анализировать, взвешивать все "за" и "против", прежде чем принять решение.
Иногда, к удивлению многих, Коля оказывался настоящим специалистом в самых неожиданных вопросах. Человек, чья сила заключалась не в громких словах, а в продуманных действиях, в готовности работать в тихой, но непоколебимой уверенности в своих силах. Коля был не звездой, но фундаментом, на котором держалось многое. И это было важно.
2 Т банк.
Мы по-прежнему работали по старинке: спрашивали остаток и выписку, планомерно обзванивая директоров и обходя счета. В моей папочке было более десяти директоров и двадцати счетов с оттисками печатей. Результат был слабоват. Возможно, мы начали слишком рано, возможно, база была не столь обширна, не хватило терпения собрать больше фирм.
В итоге мы обнаружили рабочую фирму в очень нестандартном «2 Т-банке», Краснопресненская набережная д 12. Этот банк имел два филиала и делал упор на дистанционное обслуживание, а не на разветленную сеть отделений по городу. Фактически это был «не массовый банк», со сквозным обслуживанием между филиалами. Прийдя в банк с директрисой Николай узнал остаток. На счетет было пятьсот тысяч. Николай отпустив директора сообщил результат. Приехав на мето Роман заново вызвал директрису прикрепил доверенность со своими данными, сделал дополнительную возможность контролировать остаток по телефону. Остаток можно было дополнительно контролировать используя цифровой код.
В один из дней на счету появился миллион восемьсот тысяч рублей. Мы решили, что время пришло. Договорились встретиться у банка. Я и Николай приехали, Романа не было, и все наши уговоры никак не помогали ускорить его появление. Роман появился только спустя пару часов, но это того стоило.
Он по-заправски взял все мероприятие в свои руки, но не в главном филиале, а во втором, дабы не рисковать в филиале, в котором был открыт счет. Имея печать, он получил новую флешку для управление счетом и заблокировал корпоративную карту. Деньги были локализованы и их осталось только перевести. Мы, отпустив директрису, в спокойной обстановке сели в кафе и оформили очередные платежки на реквизиты, которые прислал Продай. Всё шло по плану, деньги были списаны со счета. Новую флешку, которую получил Роман, Николай забрал себе для возможности наблюдения за счетом. У нас был опыт, что деньги даже после всего сделанного нами могут дополнительно прийти.
Первоначальная сумма, та, что пришла первой, уже осела в наших карманах. Мы ее, как говорится, "распилили" – быстро, без лишних сантиментов. Роман, как всегда, растворился в воздухе, оставив нас предвкушать новые возможности. Его исчезновения были привычны, как смена времен года, и мы уже научились действовать без него, полагаясь на собственные силы и интуицию. Через несколько дней, когда я уже начал забывать о первой сделке, раздался звонок от Николая. Его голос, обычно спокойный и размеренный, звучал с непривычной интонацией. "Олег," – начал он, – "счет пополнился. На восемьсот тысяч." Восемьсот тысяч. Эта цифра повисла в воздухе, как обещание золотых гор. Это было интересно. Очень интересно. И вот тут мы поступили не самым лучшим образом. В тот момент, когда Николай произнес сумму, в моей голове промелькнула мысль, которая, как оказалось, была не самой благородной. Мы решили не сообщать Роману. Да, это было не хорошо. Роман был тем, кто, по сути, реализовал этот вариант, кто нашел лазейку, кто проложил путь к этим деньгам. Но его отсутствие, его привычное "исчезновение", вело нас к соблазну. Соблазну получить все самим, без необходимости делить.
Мы оправдывали себя. "Он же сам пропал," – говорили мы друг другу. "Пусть теперь знает, что бывает, когда не держишься рядом." В какой-то степени, это было похоже на детскую обиду, на желание наказать за невнимательность. Но глубоко внутри мы знали, что это не совсем справедливо. Но он узнал. Как потом выяснилось, к нему пришли хозяева денег. Те самые, чьи средства мы так ловко "присвоили". И про этот визит можно написать отдельный рассказ, полный напряжения, угроз и, возможно, даже некоторого экшена. Роман, как всегда, умел находить выход из самых, казалось бы, безвыходных ситуаций. И так он узнал про сумму, которую мы распилили без него. Не то чтобы нам было стыдно в общепринятом смысле этого слова. Мы не испытывали угрызений совести, которые могли бы парализовать нас. Но получилось не хорошо. Это слово, "не хорошо", стало для нас своего рода клеймом. Оно отражало не столько нашу подлость, сколько нашу слабость. Слабость перед соблазном, слабость перед возможностью получить больше, слабость перед тем, чтобы поступить правильно, даже когда это было неудобно.
Когда Роман вернулся, его взгляд был полон не столько гнева, сколько разочарования. Он не кричал, не угрожал. Он просто смотрел на нас, и в этом взгляде было все: и понимание того, что произошло, и осознание того, что мы упустили нечто большее, чем просто деньги. Мы упустили доверие. И это было куда более ценно, чем восемьсот тысяч. Мы попытались оправдаться, объяснить, что его отсутствие сыграло свою роль. Но слова звучали пусто. Роман знал, что мы могли поступить иначе. Он знал, что мы выбрали легкий путь, путь соблазна. И хотя мы и не испытывали глубокого стыда, ощущение "не хорошо" осталось. Оно висело в воздухе, как невысказанное обвинение, напоминая нам о том, что даже в самых выгодных сделках, честность и открытость – это те активы, которые нельзя пилить. Иначе, как показал этот случай, можно остаться не только без денег, но и без чего-то гораздо более важного.
Дурной пример заразителен
Странно. Мне казалось, что моя база – это огромный урожай, который должен был дать гигантские всходы. Десяток директоров, несколько десятков счетов с оттисками печатей. Но почему-то всё утекло, как в песок. Фактически, из всего этого изобилия нам удалось вытянуть только директрису из 2-Т Банка. Невероятно, все мои усилия на протяжении двух-трех месяцев не дали практически никакого результата. Но, как говорится, дурной пример заразителен, и Роман решил сделать то, что не удалось мне.
Мы видели работу Центра поддержки бизнеса, видели их вакансии. Они по-прежнему были в общем доступе, и туда по-прежнему требовались "дроповоды". Роман с легкостью устроился туда. Он сам не знает почему, но его там считали "опером". Возможно, потому, что он не стремился, как все остальные, заработать. Ведь заработок там состоял в том, чтобы бы как можно больше открыть счетов. Роман к этому не стремился, его цель была в другом. Нужна была база, нужны были телефоны директоров, знать, где были открыты счета, оттиски печатей. Он не спешил, как я, набирать это "походами" с директорами. Романа отличало спокойствие в таких вопросах. "Не надо никуда бежать, делать что-то, оно само должно к тебе прийти", – мидитировал он.
Центр поддержки бизнеса переезжал. Их работа была связана с постоянным риском – риском быть привлеченным к ответственности как силовыми структурами, так и недовольными клиентами, поэтому слишком долго находиться по одному адресу они не могли.
После переезда Роману генеральный доверил сделать от офиса ключ. Роман сделал их два, один себе. Вскоре ему, как проверенному сотруднику, дали доступ к базе. Я в свое время его почему-то не получил, возможно, базы в тот момент еще и не было, возможно я не дождался доступа к ней. А теперь это был клад.
В базе содержался Excel-файл с директорами, их телефонами, адресами, открытыми фирмами и открытыми счетами к ним. База также содержала сканированные по всем имеющимся фирмам уставные документы с приказами на директоров. В приказах были печати. Вес базы был чуть меньше 1 терабайта. Роман поведал, что у него теперь есть к этому кладу пароль. Скопировать Excel-файл было просто, его вес ничего не составлял, а вот уставные документы весили достаточно много. Нам пришлось купить место для ее хранения в Dropbox и попатеть с ее копированием.
Теперь у нас была по-настоящему база. Директоров было более 100, фирм – более 500, счетов – более 1000, и к ним – уставные документы с печатями. Это была полная, текущая база Центра поддержки бизнеса. На их сайте было постоянно в продаже сотни фирм, и у нас был ключ практически к каждой фирме.
Роман принес то, что мне не удалось. Без всякой беготни, без нервотрёпки, без напрягов. Было получено то, что нам было надо. Роман так же легко испарился оттуда, как и туда пришел. И мы остались с этим кладом, осознавая, что мы скоро будем в этом конвеере однодневок выбирать куда стоит нам пойти, а куда нет.
Цифровой лабиринт "Центра Поддержки Бизнеса"
Передо мной лежала база. Не просто набор данных, а целый цифровой лабиринт "Центра Поддержки Бизнеса". Excel-файл, казалось бы, обыденный, но его структура раскрывала маштабную картину. ФИО директоров, их адреса, телефоны, перечень открытых фирм и, что самое главное, банковские счета – всё было разложено по полочкам. Но настоящая работа предстояла с папками, содержащими сканы.
Взглянув на структуру, я понял: это не хаос, а отлаженный механизм. В оглавлении – директора. В каждой папке с именем директора – подпапки с названиями открытых фирм. А внутри каждой фирмы – сканы уставных документов и приказов, где красовалась реальная, отсканированная печать. "Центр Поддержки Бизнеса" работал как гигантский конвейер по производству "однодневок".
Каждая такая "однодневка" была тщательно укомплектована. Документы, сим-карта юридического лица, привязанная к банковской карточке, электронная почта, также привязанная к банку, печать, паспортные данные директора – на первых порах даже его телефон. Электронная почта формировалась по четкому алгоритму: iИНН@yandex.ru. Пароль к ней был не менее предсказуем – тот же ИНН. Логин для входа в банковский кабинет был унифицирован под этот же ИНН. ИНН – идентификационный номер налогоплательщика юридического лица – был ключевой информацией в Центре Поддержки Бизнеса..
Мы могли завладеть почтой любого их юридического лица, зная заранее ее пароль. Особенно важна была почта. Мы не спрашивали остаток по счету – мы работали в режиме реального времени, создав дополнительный кабинет в банке. Мы знали всё: нюансы блокировки и разблокировки личных кабинетов. Мы были профессионалами в использовании системы "банк-клиент". И почта юридического лица была критически важна для разблокировки личного кабинета в сбербанке, без доступа к ней это было невозможно.
Мы приступили к работе. Чтобы придать нашей деятельности такую же систематизацию, как у "Центра Поддержки Бизнеса", мы приняли идею Николая: его алгоритм формировать наш дополнительный доступ в личный кабинет банка. Работа по вызову и прикреплению дополнительных кабинетов в банки началась. И мы вели ее, постоянно увеличивая количество контролируемых нами счетов, погружаясь всё глубже в этот цифровой лабиринт, где каждая "однодневка" была лишь звеном в цепи, ведущей к финансовым потокам.
Тень в Сбербанке
Мы были призраками в системе. Невидимыми, но вездесущими. Десятки, фирм, их финансовые потоки – всё это было под нашим чутким контролем. Сбербанк стал нашим главным инструментом, не потому что мы его любили, а потому что знали его вдоль и поперек. Массовый, предсказуемый, с его изученной системой "банк-клиент", которая для нас была прочитанной книгой. Мы были на шаг впереди, всегда. Ждали, когда поступления на фирму начнут набирать обороты, и только после этого уже, как хищники, забирали все. Но иногда некоторые из нас, кто быстро тратил свои деньги, ускоряли события и приходилось забирать что есть, тем самым не получая максимальный возможный куш, который можно было получить. Походов в банки было так много, что сейчас я уже не могу точно сказать, сколько десятков было. Директора, названия фирм, даже сами отделения Сбербанка – всё это мелькало, сливаясь в единый поток воспоминаний. Но некоторые моменты, некоторые походы в банки, выделялись из общей массы. Они были настолько необычными, настолько выбивались из привычной рутины и запечатлелись в моей памяти навсегда.
6 миллионов в Центральном филиале Сбера
Этот случай до сих пор вызывает у меня легкую улыбку, смешанную с трепетом. Необычный, да, пожалуй, это самое точное определение. Мы наблюдали за одной фирмой, и директор, пожилой мужчина с добрыми глазами, казался нам идеальной мишенью. Счет их был открыт в центральном филиале Сбербанка на Андроньевской улице, в это гигантском здании чувствовалась, мощь, финансовая мощь страны. Два этажа, туалеты для посетителей на каждом, бесчисленное количество операционисток и вечная толпа клиентов – все это создавало атмосферу суеты, в которой мы чувствовали себя как рыба в воде. Забыть такое было сложно, ведь это был центральный филиал.
Кто именно прикреплял дополнительный кабинет к их счету, сейчас уже не имеет значения. Важно то, что мы проявили недюжинное терпение, выжидая, пока поступления на счет не достигнут заветной отметки в шесть миллионов. И вот он, час "икс". Мы вызвали директора. Все трое присутствовали в операционном зале, сливаясь с толпой, но с четкой целью.
Доступа к почте фирмы у нас не было. Это означало, что хозяева счета, управляющие им, могли бы запросто восстановить свой рабочий логин и рабочий кабинет, если бы заподозрили неладное. Чтобы этого не случилось, мы разработали простую, но эффективную тактику. С самого утра, каждые пять минут, мы начали "забивать" их логин, вводя любой случайный пароль. Их логин был нам виден, ведь мы тоже находились внутри их личного кабинета.
Система банк-клиента Сбербанка, как известно, блокирует доступ после трех неудачных попыток ввода пароля. Но доступ можно было восстановить через почту, а эта операция занимала минимум пять минут. Пока клиенты пытались разобраться в проблеме, мы, проводили специально неудачные попытки входа в их личный кабинет, проводили тем самым им постоянную блокировку. Обычно, после трех-пяти неудачных попыток восстановления, клиенты начинали названивать в банк, жалуясь в техническую поддержку. В любом случае, при наличии денег на счету, мы не оставляли им шанса воспользоваться своим кабинетом.
Директор был уже в наших руках, и мы были в банке. Пока они пытались разобраться в проблеме, мы уже оформляли платежное поручение. На этот раз сумма составляла шесть миллионов. Клиенты обычно понимали, что без директора им не обойтись только к середине или к вечеру дня. К этому времени платежные поручения, как правило, уже были исполнены.
В этот раз, как и всегда, все прошло гладко. Деньги ушли. Директора вызвали только через день или два. Он дал наши телефоны. Нам предлагали встретиться, обещали многое, но все их попытки были безрезультатны. Внезапность, знание системы банк-клиент Сбербанка и четкость в исполнении – вот наши главные союзники.
Однако, среди клиентов попадались и единичные, избранные, кому удавалось заблокировать и приостановить платеж и даже отозвать его. Но это уже совсем другая история и ней я поведую чуть позже. А в тот день, на Андроньевской, мы были на высоте, просто и четко сделали свою работу.
"Пробанк" за день перед отзывом лицензии
Это было время, когда воздух в финансовом мире дрожал от неопределенности. Центробанк, словно безжалостный жнец, методично выкашивал банки, лишая их лицензий. Три, а то и пять в день – такая статистика стала обыденностью, и рынок стремительно сокращался. В этой мутной воде мы искали свою золотую жилу. Наш единственный ориентир – директор, человек, который владел десятком или полутора фирм. Не то чтобы я забыл его имя. Нет, имя – это слишком конкретная вещь. Я даже сейчас не могу вспомнить, мужчина это был или женщина. Настолько много было этих директоров, настолько быстро они сменяли друг друга, что каждый из них остался лишь размытым пятном в очередном нашем походе в банк.
Одна из этих фирм выделялась на фоне остальных своим, необычным мясным названием – мясной завод, специализирующийся на колбасах. Найти ее в интернете оказалось делом техники. Сайт был, цены указаны, реквизиты на месте. Счет, как выяснилось, находился в "Пробанке". Мы с Проваторовым уже имели там свою, так сказать, "протоптанную" дорожку. Главное, чтобы там были деньги, а остальное было лишь делом техники.
Вызвав директора, мы с Романом отправились в отделение банка. На счету оказалось пятьсот тысяч. Оформление платежки, доступа в личный кабинет на сайте банка – все прошло гладко. Когда мы, уже как полноправные владельцы, зашли в личный кабинет, нас ждал сюрприз. Обороты по счету составляли четыре с половиной миллиона! Поступления были самые разные: от копеек до миллиона и более, от множества контрагентов.
Любопытство взяло верх. Мы снова полезли в интернет, и тут картина прояснилась. Отклики были однозначны: "фирма деньги берет, продукцию не отпускает". Стало ясно: это была классическая схема кидалова через сайт. Я встретил эту схему в первый раз, но не в впоследний. Мошенники любили Центр Поддрежки Бизнеса всерьез. Четыре с половиной миллиона уже были собраны, и, видимо, испугавшись последствий, мошенники исчезли, оставив нам лишь жалкие крохи. Мы, конечно, предвкушали возможность легких денег, реальность оказалась куда прозаичнее, но еще оставалась не большая надежда, надежда то, что деньги еще придут!
На следующее утро, едва успев выпить утренний кофе, я услышали новость, которая заставила замереть: у "Пробанка" отозвали лицензию. Первая мысль – личный кабинет. Я тут же зашел, и, к моему удивлению, он работал. Никаких изменений, никаких сообщений. Облегчение было мимолетным.
В обед, когда я снова попытался войти в личный кабинет, на сайте появилось лаконичное объявление об отзыве лицензии. Доступ был закрыт.
Так, последняя операция в "Пробанке" прошла успешно ровно за один день до его краха. Мы, сами того не осознавая, запрыгнули в последний вагон, уходящий из города банкротств, буквально за день до того, как путь из него был перекрыт. Это было везение, это было на грани, и как оказалось, мы в этот день были в нужном месте и в нужное время.
Мошенники на Миллион
Интернет гудел, как растревоженный улей. Социальные сети, форумы, пестрели гневными постами и петициями. Очередная мошенническая схема, на этот раз замаскированная под торговлю конфискатом, расцвела пышным цветом, оставив за собой след из обманутых покупателей. И проварачивали они ее не в первый раз. Сайт, выглядевший до жути правдоподобно, предлагал смартфоны по ценам, от которых у любого здравомыслящего человека должны были зажечься красные лампочки. Но жадность и наивность – вечные спутники человечества, и люди велись.
МВД, как это часто бывало, оставалось глухо к мольбам. "Спасение утопающих – дело рук самих утопающих", – эта старая истина звучала особенно горько в контексте интернет афер. Полиция, казалось, предпочитала не замечать простаков, которые клевали на копеечные цены в интернете. А мошенники, тем временем, действовали как часы, используя фирмы купленные в центре поддержки бизнеса, что добавляло им видимости легальности. На сайте красовались реквизиты, цены, модели телефонов, даже адрес офиса и склада. Все было продумано до мелочей, создавая иллюзию надежности. Денежный поток лился рекой.
Я, будучи честным человеком, не мог оставаться в стороне. Вместе с директором внедрил дополнительную возможность – наблюдать за финансовым потоком в режиме реального времени, дополнительный банк-клиент. Схема была до примитивности проста: мошенники копили миллион, и как только заветная сумма набиралась, переводили ее на обнал. Перед очередным таким переводом я решил положить конец их грязным делам. Хватит обманывать людей!
Я с директором отправился в сбербанк, чтобы изменить доступ к системе банк-клиент и взять управление банк-клиентом в свои руки. За стойкой сидела молодая девушка с растерянным выражением лица. Мы подошли к ней, объяснили свою просьбу, и тут произошло нечто, что сразу же вызвало у меня тревогу. Она, не попросив паспорта директора, начала оформлять заявку. Я был озадачен. За годы работы с банками я никогда не сталкивался с подобной халатностью. Это было настолько необычно, что мои подозрения усилились. Я попытался убедить себя, что это просто неопытность, но что-то внутри меня кричало об опасности. Вернувшись, я решил проверить, все ли в порядке. И тут меня ждал новый удар. Доступ, который я только что оформил, не работал. Никакие попытки войти в систему не увенчались успехом. Я был в замешательстве. На следующий день я снова вызвал директора. Мы отправились в сбербанк, полные решимости разобраться в ситуации. Приехав, я обнаружил, что доступ мошенников восстановлен. Такое было в первый раз! Сердце заколотилось. Я решил действовать аккуратно, шаг за шагом, мы начали заново оформлять доступ. Отменили все возможные доверенности. На этот раз мы были предельно внимательны. И, о чудо, все сработало! Доступ в систему, который был у мошенников, теперь был у меня. На счету фирмы мошенников лежал миллион, который я смог вернуть благодаря своей бдительности и решительности. Эта история стала для меня уроком. Уроком о том, что даже в самых надежных учреждениях могут быть слабые звенья. И о том, что никогда нельзя терять бдительность, особенно когда речь идет о деньгах. А та неопытная операционистка... Я так и не узнал, была ли она жертвой обстоятельств или сознательно участвовала в их мошенничестве. Но одно я знаю точно: ее халатность чуть не стоила мне миллиона. Только после этого, после всех отмен и изменений, я смог спасти деньги от алчных рук мошенников. Мы с ними как будто играли в кошки-мышки, соревновались в активности, соревновались кто будет из нас хитрей. Это была настоящая битва, где на кону стояли не только деньги, но и репутация! И хотя МВД продолжало игнорировать проблему, я доказал, что даже в мире мошенников есть те, кто готов бороться против них всегда!
Пятьсот миллионов
Дело наше, дело по использованию гигантской базы данных, которую принес Рома, подходило планомерно к своему концу. Оставались директора неликвиды – те, кого было сложно вызвать, кто жил далеко, кто был на зарплате у кого-то другого, или просто те, кто уже забросил это всё. Роман и Николай уже отдыхали, наслаждаясь плодами наших трудов. Я же, после операции на колене, сидел дома, практически не в силах ходить, но база была, и был к ней доступ. Валера, напротив, был полон сил и желания по ней ходить, словно охотник, выслеживающий последнюю добычу.
Однажды, после долгих уговоров и пары перенесенных встреч, удалось вызвать одного из таких "неликвидов" из Рязанской области. Мужчина вел себя странно. Но тем не менее, он согласился с Валерой сходить в банк и прикрепить дополнительный логин, дополнительный кабинет для "банк-клиента". Мы вошли в систему – счет был пуст, поступлений не было ни одного. Это был Сбербанк на Белорусской. Название фирмы ничем не выделялось, так же как и директор сам, разве что его явным нежеланием ехать в Москву и идти с нами в банк. Наши приключения по базе Романа подходили совсем к концу. Все было прошарено, прощупано, выгребли все, что можно было выгребсти из нее.
Мне не хотелось лезть в банк-клиент сбербанка с этим директором. Мне не хотелось его контролировать, ну, потому что его было вызвать очень тяжело. То ли его кто-то контролировал, то ли он жил так далеко, и, может быть, еще работал где-то, где его присутствие было необходимо. Результата от его фирмы никто не ожидал. Практически без особого интереса, скорее по инерции, я все таки зашел в банк-клиет сбербанка его фирмы, который мы сделали с этим директором. И тут… Я увидел то, чего никак не ожидал. Платежек было порядка девяноста пять штук, и каждая платежка – на сумму чуть менее пяти миллионов. В общей сложности сумма, которая проскочила за два с половиной дня в этом банке, была чуть менее пятисот миллионов. Откуда деньги – я не стал выяснять, это уже не имело значения. Вот только получателя я видел сразу. Это был банк или организация ФГУП "Почта России".
Так один из последних ушедших из рук вариантов мог бы сделать миллионером любого, кто прикоснулся бы к нему. База, которую принес Рома, исчерпала себя полумиллиардным мгновенным траншем. Это был последний, самый громкий аккорд в нашей истории, эхо которого еще долго будет звучать в наших воспоминаниях. И хотя я не мог ходить, я чувствовал, как по венам разливается адреналин, как будто я сам промчался по этим пятистам миллионам. Ромина база, как старый, но верный друг, преподнесла нам прощальный, поистине королевский аккорд.