Про собак и злых людей

Лет пятнадцать назад был у нас один объект на Юго-Востоке Москвы, в месте под
названием Саларьево.
Тогда там располагались торговые рынки по соседству с огромным пустующим полем
и колоссального размерами свалкой, возвышающейся и хорошо обозреваемой со стороны
Киевского шоссе.
 Так вот, чтобы дойти от остановки автобуса до строящегося объекта нужно было пройти
через поле, заросшее сорняками (метров четыреста) или же обойти это поле по обходной
дороге вдоль сети торговых точек строительного рынка (в два раза большее расстояние).
 
Наши многочисленные строители так и поступали, проходя двойную дистанцию
во избежание встречи со стаей бродячих собак разных пород и калибров, считавших
этот пустырь своей собственной территорией.

Такой длинный путь совершенно не понравился.
И я пошёл напрямую.

Пройдя половину дистанции, услышал громкий стервозный лай собачонки,
которая оказалась сучкой и, видимо, сожительницей главаря сей стаи.
Эта сучка так пронзительно визжала, что вся стая (штук десять собак)
рванули в мою сторону с определённым намерением (скорее всего покусать).

Впереди всех бежал огромный кобель, а остальные собаки за ним на небольшом
расстоянии.

Быть покусанным в начале рабочего и первого дня на новом объекте строительства
никак не хотелось, тем более меня заранее настойчиво об этом предупреждали коллеги.

Когда до нападающего огромного пса оставались считанные метры, я каким-то
внутренним чутьём осознал, что нужно делать в данной ситуации.

Я повернулся в сторону нападающего вожака, не сводя своих глаз с его глаз и
с несвойственным мне диким рыком, набросился на пса, разведя в стороны руки,
которыми хотел схватить нападающее на меня животное мёртвой схваткой и обезвредить его.

Пёс за метра полтора до меня резко остановился и немного присел…
Это было неожиданно.

Мы смотрели друг другу в глаза до тех пор, пока он не опустил их.

Наступила пауза.

Вся стая застыла и не понимала, что делать дальше, так как вожак не искусал меня и
прыть его как-то поутихла.

В те времена я носил с собой мешочек кошачьего корма, которым с утра кормил своих
знакомых ворон, живущих на улице Тихомирова.
И этот мешочек мне очень пригодился на другом конце Москвы в районе Саларьево.

Я неспешно стал снимать свой рюкзак и расстегнув его достал тот самый полиэтиленовый
мешочек с сухим кошачьим кормом.

Огромного кобеля это очень заинтересовало, тем более он своим носом обонял вкусные
запахи кошачьей еды.

Я держал мешочек с едой и продолжал достаточно агрессивно смотреть на вожака стаи.
Тот немного опустил свою собачью голову и уже смотрел исподлобья.
Это уже была моя победа.

Я громко, как можно злее и наглее сказал ему – Пёс, иди сюда!

До чего же умны бездомные животные…
Этого кобеля никто и никогда не учил русскому языку (скорее всего),
но он всё понял и немного виляя своим хвостом, медленно подошёл ко мне.

Я набрал в ладонь горсть корма и протянул псу.

Он очень нежно принял угощение и пару раз лизнул мою ладонь.

Надо было видеть, что в то время происходило с собачьей стаей!
Они все присмирели в ожидании такого же лакомства.
В ожидании лакомства стояла недалеко та самая стервозная сука.
Я конкретно ей сказал, что лающих стервозных сук не уважаю и не кормлю.
И она должна понимать, что это моя принципиальная позиция.

Поняла сука это или нет, мне уже было не интересно, так как я уже надел свой рюкзак
и неспешно, с походкой победителя пошёл в сторону стройки.

В это время из окна второго этажа временного здания (штаба строительства)
всю картину происходящего обозревал наш менеджер – Лёньчик
и когда я зашёл на строительную площадку, он подробно стал меня расспрашивать
про то, почему меня собаки не только не покусали, а даже бежали все за мной,
провожая до въездных ворот.

Я пересказал ему все свои ощущения в момент нападения и в довершении своего
рассказа сказал, что собак я уже одомашнил и они больше не агрессивны и не кусачи.
Но только не уточнил, кого конкретно, они больше не кусают…

Они уважают только героев пустыря, к которым уже относил себя я.

Леньчик, видимо не ощущал себя героем, что на следующий день с ним сыграло
злую шутку.

Утром следующего дня он пришёл в штаб строительства с разодранными джинсами
в том месте, где у него находилась слега покусанная жопа с большим синяком.

Сначала мы искали перекись водорода, затем часа полтора искали иголку с нитками.
До обеда Лёньчик зашивал свои порванные джинсы.
Получилось не очень.
В обед он пошел на вещевой рынок и купил себе новые.

Что же происходило дальше со стаей бродячих собак.

Та самая сучка ощенилась на нашей стройке на куске старого утеплителя
под названием Кафлекс.

Родились замечательные симпатичные шенки, которые быстро взрослели,
регулярно подкармливаемые нашими доблестными строителями.

Вскоре мы узнали, что в наше время на территории Саларьево существуют и злые люди,
гораздо злее бездомной визгливой сучки.

В начале осени какие-то приехавшие мигранты со строительного рынка постепенно
отловили и сожрали всех бездомных собак вместе с кобелём -предводителем.

Наших щенков они не сожрали только от того, что не смогли пробраться на стройку.

Щенки подросли, как вдруг их увидел один из главных людей, для которого мы
всё это строили.

Что он сказал Генподрядчику – неизвестно, но только один из руководителей стройки
Тарас, свалил щенков в большой пластиковый мешок и увёз на живодёрню ночью,
пока никто не видел.

Одному щенку повезло, видимо он предвидел сию ситуацию и спрятался под трубы,
откуда злой Тарас его не смог вытащить.

Щенок от жажды и голода вылез из-под труб только на третьи сутки.

Кто-то из ребят настойчиво предупредил Тараса о возмездии и тот до конца строительства
больше не подходил к уже повзрослевшему огромному псу (который, кстати мог уже сам
за себя постоять).

Через несколько месяцев на уже построенный объект приехал тот самый главный.
Он увидел нашего огромного замечательного, любимого всеми пса и просто озверел.

Когда я в следующий раз (примерно через неделю) приехал на построенный объект,
то давать собачье лакомство было уже немому…

Что же произошло далее с тем живодёром.
Тарас в самом расцвете его тарасовских сил, не дожив до сорока, загадочным
образом перешёл в Мир иной (я думаю не в Рай).

Перспективный объект, который должен был создавать нужную всем люксовую продукцию
и приносить колоссальный доход обанкротился через пять лет.
Что было с самым главным живодёром, не знаю, но думаю – ничего хорошего.

Так вот от той бродящей стаи и наших обожаемых собачек остались только
добрые воспоминания.

Прикол в том, что когда мигранты втихаря сожрали всех бездомных собак,
наши добрые строители очень об этом жалели, даже те, кого эти собачки когда-то слегка
покусали.