Это, любимая Бэйли, Искандер

     Балтазар Балтазарыч Яичница, вдохновлённый рассказами о мичмане Дырке и наученный поинманию ситуации, сложной, но решаемой, поступком скакнувшего в окно Подколесина, надумал устроить пир горой, благо, что пианина у него уже была. В советском мультике третьим шагом героя было стремление в цари, но поскольку жил Яичница во времена Гоголя, когда свой царь уже был, решил обойтись лишь двумя этапами большого пути. Сказано - сделано. Всё, короче, по - пасански, хотя пасаны появились лишь при совке, как и увенчивающий эту сказочку поверх грузин или абхаз, без разницы, хватает кусалова русиш швайн с хохлами, какая, на хрен, разница, если все мы совки.
     - Мене, - прочёл дворовой казачок Лаврик загадочно появившуюся на стене в столовой надпись, протирая кулаками хмельные глаза.
     - Тебе, - захихикала придурковато растрёпанная горничная Клаша, свешиваясь с полатей. - Всё тебе, Лаврик.
     - Нишкни, - шикнул на полюбовницу Лаврик, почёсывая яйца. - Текел.
     - Текел ? - уточнила Клаша, зевая. - А это по - каковскому ?
     - Х... его знает, - огрызнулся Лаврик, читая третье, а слова, известно, бывают разного рода и значения : так, первое всегда твёрже второго, но о третьем поговорки с пословицами умолчали, суки рваные, принуждая Ларика мыслить самостоятельно. - Фарес.
     - Чурка писал, - выкрикнула Клаша, спрыгивая с полатей. - Давай барина будить, он человек научный, ему только и понять.
     Они отправились будить барина. Тихо отворив дверь в его опочивальню, ужаснулись и засмущались, увидев Магницкого спящим в тесных объятиях Татищева.
     - Пидарасы, - шепнул Лаврик, закрывая дверь ещё тише, - баре наши, Клаша.
     - Иэх ! - всхлипнула Клаша. - Продали Россию !
     - Я им продам, - угрожающе пообещал Лаврик, ощущая некое томление в паху. - Айда на полати.
     Они залезли на полати, пердя и вздыхая, а по прошествии несколько времени даже и не вспомнили о факте продажи родины.
     Хули, Россия, век любой.