Единственный источник жизни и счастья...

                Ваганты, кольчужка, этнос...



 Быть возлюбленной благородного инквизитора, вы думаете, это просто?!
Да на него никаких кольчужек не напасёшься, тем более он и не инквизитор вовсе.
Это я поняла, когда он спас меня от сожжения.
День и впрямь выдался под стать казни... Святая инквизиция ликовала!
Над городом сгущались тучи. С разных сторон слышались раскаты грома.
Жара, изнуряющая духотой, падая в тень деревьев, уступала место порывам
свежего ветра. Запахло сырым прохладным воздухом, вперемежку с лёгкой горечью дыма.

 Я видела сосредоточенное лицо моего любимого, как напряжённо работала его мысль.
И вдруг Рауль произнёс:
"Если она ведьма, то дождь, что собирается пролиться, обойдёт стороной наш городок и костёр приведёт в исполнение приговор.
А если гроза прольёт небесную воду, и затушит огонь, я отрекусь от сана священника, так-как в груди моей,
против воли наложенного епископом испытательного срока, оживает необъяснимое чувство к этой молодой женщине и я готов жениться на этой бестии, ибо небо признает её!"
 Он осенил меня крестом, нисколько не смущаясь, искренне  мне улыбнулся.
Всем было ясно - гроза не собирается покидать пространство, где она и зародилась.
Людям не дано управлять природой, как бы они этого не хотели.
И гроза грянула с такой силой, что от кострища не осталось и следа.
Верёвки ослабли и упали к моим ногам, а толпа обезумев, целовала моему инквизитору руки.
Люди знали, скольких младенцев я спасла от неминуемой смерти, скольких людей вылечила разными травами, распознавать которые научила меня моя бабушка.
Если бы слова, что произнёс Рауль, произнёс простой смертный, кто бы поверил?!  Но их произнёс человек, весьма одарённый, занимающий значительный пост в свите епископа.

 Я помню наше с ним детство; для него, когда-то я нашла беладонну...
Её запах усилила гроза, прошедшая над кострищем... И я уверенна, он помнил меня.
Рауль думает, что я стала его женой, только потому, что он спас меня, но он ошибался. Я любила и люблю его так, как он и представить не может: до дрожи,  до безумия...
 Я чувствую его кожей, знаю все его дырочки на его родной кольчужке,  и рубцы на теле и душе,
когда эти подлые нечестивцы - всё его окружение вне дома,  поступают с людьми так, отчего и рвётся, и кровоточит его защита.
Моя же кольчужка не нуждалась в починке и тем более в замене, потому что мою любовь  не может повредить ни худое слово, ни время.
Кольчужки у меня, попросту и не было!
Рауль не догадывался, что я знаю как ему бывает трудно сбрасывать свою кольчужку , возвращаясь домой,
и как легко становилось ему в моих объятиях. Он помнил меня....

 Сменив рясу на платье простого горожанина, но оставаясь по прежнему
под зорким оком инквизиции он не мог покинуть их логова навсегда, потому что в совершенстве знал латынь, чем и был занят на службе, составляя разного рода рукописи и грамоты.
 Потихоньку он оттаивал и становился самим собой. Но время ещё не пришло....
Ещё нескоро я дождусь от него признаний, ещё нескоро зацветёт беладонна в его сердце...
 Ему приходилось тратить много сил, на то, чтобы приспособиться к новой,
чуждой ему кольчужке, которая непременно приходила в негодность, как только он покидал наш дом. Он менял их всякий раз уходя на службу.
Как это больно сдирать с себя, самого себя и терпеть фальшь, лицемерие и ложь, окружающей его действительности,
в этом жалком королевстве, где были законы противоречащие здравому  смыслу,  в угоду которым,
многие скрывали лучшие качества своей ранимой и благородной души,
самое лучшее, о чём мечтает каждый, несмотря на положение в обществе.

Лучшее, что только могла дать Любовь, единственный источник жизни и счастья!