Дедушка строгий и оригинальный из воспоминаний Рам

Дедушку я знаю только по рассказам мамы. Она всегда отзывалась о нём с уважением и теплом, хотя и предупреждала: дед был строгий, с характером, скорый на управу, никому не давал спуску. Особенно страдал отец — его избалованный сын регулярно попадал под дедушкину строгость за самые разные выкрутасы.
В то же время дедушка был по-настоящему заботливым по отношению к маме, относился к ней с уважением и теплотой, по-отечески.
Мама рассказывала, что дед был большим оригиналом и шутником. Любил похвастаться, удивить и продемонстрировать ум. К нам часто заходили гости: родственники, сельчане, знакомые из соседних сёл — дедушкины друзья. И вот в ожидании гостей он устраивал маленькую сцену.
Ложился на спину, надевал очки, подкладывал ноги на ноги, в руках держал газету — но, как замечала мама, «вверх тормашками». Она спрашивала его: «Дед, зачем газету вверх ногами?» Он быстро переворачивал её и с умным видом говорил:
— «Вдруг кто зайдёт, скажи им, что я читаю. Пусть думают, что я читать умею!»
Затем он засыпал, с газетой в руках, а проснувшись, первым делом спрашивал:
— «Никто не приходил? Не видели, как я читаю?»
Мама говорила, что это был его маленький способ показать людям, что он умён и важен, но при этом с юмором, без надрыва. Он умел строгость сочетать с шуткой, тревогу с заботой, силу с теплотой.
И вот я  иногда представляю себе дедушку: строгого, справедливого, с острым умом и озорной улыбкой, лежащего на спине с газетой, как настоящий актёр своего маленького театра жизни. Такой он остался в рассказах мамы — сильный, смешной, оригинальный и по-настоящему запоминающийся. И Маке сейчас в своем возрасте будто является его воплощением, такой же громкий, юморной, иногда по-детски обидчивый. Видимо в этой схожести большую роль сыграло то, что он много времени в детстве провел рядом с дедом.