Время покажет

- Тетя Ира, - Верка возмужала за последние годы. – Кто будет следующим объектом вашего разоблачения?
- Когда ты перестанешь задавать вопросы? – заимка и печка пошли Ирине Васильевне на пользу.
- Неужели нет никого, кто бы вас победил?
- Сколько угодно, если вспомнить теорию ячеистого общества из десяти человек.
- Я еще маленькая, чтобы знать такие теории.
- Человечество имеет ячеистую структуру из, условно, десяти человек – наиболее устойчивая автономная форма существования. Дополнительные один-два чела обеспечивают коммуникации с другими точно такими же ячейками, типа свободных радикалов. Все как в химии, где электроны переходят с одного уровня на другой и так далее.
- Это вам дядя Эйнштейн подсказал? – все непонятное для Верки исходило от коварного Запада. Так повелось исстари.
- В каждой ячейке есть своя тетя ира, верка, евпатий и так далее… Силы взаимодействия ячейки не дают каждому ее члену подключать дополнительные связи – на это нет энергии, чтобы электрон мог перейти с одной орбиты на другую. Если же по каким-то причинам один из членов ячейки покидает конструкцию – его место занимает другой.
- Значит, вы не самая умная, существуют несколько десятков миллионов тетенек Ир? Докажите.
- Верно, - Ирина Васильевна приготовилась доказывать. – Я создавала десятки аккаунтов, посещала десятки форумов, сайтов и везде было одно и то же. Ячейки социальные, ячейки корпоративные, ячейки профессиональные, ячейки по интересам, ячейки на лавочке… И в каждой, даже самой демократической, есть лидер, шестерка, "народ безмолвствует", умник, "интеллигент", "верка" и тд. Тело со стороны отторгается, потому что все стулья заняты. Или свободны те стулья, которые вам не подходят. Что касается миллионов других моих прототипов – они хороши только в рамках своей ячейки, за ее пределами - они лишь жалкое мое отражение. Отчасти поэтому люди стремятся жить в своем замкнутом мирку, создающем душевное равновесие и определенность, что берет вверх над критическим анализом. Зачем нужна правда, которая лишит вас спокойствия? Ну да. В вашем окружении не гении, не таланты, не семи пядей, но они свои, к ним привыкли, а в других болотах, может, чуть получше. Стулья же с надписями – народ, вождь, верка, тетя ира – везде одинаковы.
- Вы не станете главной над всеми тетями ирами, потому что ваши стулья одинаковые?
- Нет. Да, - Ирина Васильевна отвечала последовательно. – Для ячейки важна заполняемость стульев, а не качество. Человек может быть одновременно членом нескольких ячеек, как и свободным радикалом.
- Дядя автор включил на заимку только восемь персонажей, - Верка посчитала и себя. – Ваша гипотеза не подтвердилась.
- Девятая – панночка, десятый – народ, одиннадцатый сам автор, и по мелочам. Это как валентность химических элементов. Заслуги в одной ячейке – неуместны и не оценят в другой. Поверь, деточка, я все это испытала на своей шкуре.
- Поэтому на ней не осталось меха? Облезли?
- Эпиляция.
- Политика вас больше не интересует? – Верка решила позлить Ирину Васильевну.
- Меня интересует процесс мышления, а не тематика. Она вторична. Что дает мне пищу, то меня и интересует.
- Вы разочаровались в профессоре с ютуба? Кто следующий?
- Исследования завершены. Результаты важнее ожиданий. Одновременно, я изучала другие источники информации, кроме самых одиозных. Гипотеза о том, что кремлинские сми порой надежнее и качественнее самых точных инсайдов подтвердились. Навоз, кизяк, помет всегда были одними из необходимых компонентов при строительстве, гончарном деле, горении печи, и, типа сосучки или жвачки. Вред от профессора неоспорим. Если бы тот же самый инсайд гнали провластные пропагандоны, то вреда никакого бы не было – у людей к ним хороший иммунитет – они успокаивают, они веселят, они позволяют соглашаться или сопротивляться. Профессор же гнал прокремлинские нарративы на своем авторитете. Люди не верили кремлинам, но верили ему. А когда из-за этой веры люди оказываются в жопе, профессор, как проститутка заявляет – я тут ни при чем, это от меня не зависит. Я всего лишь передатчик. Если не зависит – заткнись и делай то, что от тебя зависит.
- Дался вам этот профессор. Старикашка лысый, был бы помоложе.
- На нем я проверяла свои гипотезы - мышление образованных подонков и другие вещи психологического характера. По нему можно судить о многом и это не вселяет оптимизма. В конечном итоге, пропагандоны оказываются более надежными источниками и, самое главное, они не подставляют людей, как профессор, не оправдываются и не сбегают в кусты. Его классически используют в темную, как агента влияния, сыграв на его самонадеянности и амбициях, но он малоэффективен – не вскрыл ни одного подполья, не завербовал, не возглавил оппозицию изнутри…
- А генерал?
- Этот интереснее, не болтун, знает, что можно говорить, а что нет. Не общественная личность, но у меня мало информации. Он не треплется в ютубе, чтобы его можно было расколоть.
- А вы смогли бы?
- Когда приятный голос в телефоне два раза повторил одну и ту же фразу, без малейшего изменения интонации, я попросила соединить меня с оператором два или три раза. Голос расстроено, без эмоций, посетовал, что он понимает меня, что я – голос, еще не совершенное существо, и далеко не человек, и соединил меня с оператором. Мысль сей басни такова – что у человека, что у ИИ - не более чем трехуровневая защита, каждая из которых имеет свои алгоритмы сленга, выражения речи. Дальше и машина, и человек начинают повторяться.
- Вы не верите в опасность ИИ? – Верка думала иначе.
- Не верю. Потому что люди у власти никогда не доверяют тем, кто умнее их и решения принимают по-своему усмотрению, часто прямо противоположные здравому смыслу, чтобы сбить умников со следу, по принципу, что хочу, то и ворочу. Ум и власть несовместимы. Разве хищник бросается на жертву, посоветовавшись с ИИ? Нет, он советуется со своим желудком и половым органом.
- Говорят, что американское ИИ обогнало всех в мире…
- Деточка, - Ирина Васильевна потерла ручки. – Слышим звон – не знаем, где он. Если штатовский ИИ самый крутой, почему мы до сих пор не полетели за пределы солнечной системы? Почему Иран сопротивляется самым умным машинам? Мир перестал делиться на бедных и богатых? Тысячи таких почему. Но… я отвечу на твой вопрос. Да, действительно, в некоторых кругах разработчиков ИИ возникают небезосновательные опасения в опасности ИИ, который на голову превосходит, или, если образно, лучше летает по воздуху, чем человек. Умение делать гвозди высшего качества не делает мастера гвоздей интеллектуалом, не дает понимание и осознание добра и зла, не наделяет таксиста, вертухая или сантехника нравственностью, ибо на эти критерии нужно не меньше времени, а даже больше, судя по тому, что эти вопросы были и останутся вечными, пока существует человечество.
- Да?
- Создавая ИИ, америкосы столкнулись с некой механической моралью. Оказалось, что став самостоятельным и независимым, продукт может быть, условно, как праведником – чмоки-чмоки, так и злодеем – ха-ха, не ждали? И вот этого не ожидали, это пугает. С равной вероятностью почти созданы, кроме шестеренок два ИИ-алгоритма – добра и зла. Оба самостоятельны и независимы, хитры и изворотливы. Оба практически неотличимы друг от друга до последней миллисекунды.
- Но ведь все равно решения принимаются от "трампа", от балды?
- В чем добро решений ИИ и в чем зло? Это другая база, мерка, критерии - нечеловеческая. Можно ли взять под контроль человеческий мозг? Можно ли взять под контроль "мозг" ИИ? Человека можно посадит в клетку, а ИИ выдернуть из розетки, но кто будет работать? А если "плохое ИИ" будет связано со всеми коммуникациями – свет, газ, камеры наблюдения, оружие, аппараты жизнеобеспечения? Где грань добра и зла ИИ? США для ИИ – добро или зло? Модель поведения идентична человеческому – осчастливить или уничтожить человечество, сделать как лучше или как всегда. Если заложить в ИИ кодекс матери Терезы и лучших мыслителей от Аристотеля – не будет ли это вторым пришествием Антихриста? Ведь у каждого праведника есть темная сторона, а творчество без понимания сути злодейства невозможно.
У человека есть большой минус – ему надо встать с дивана, а ИИ – нет. Проблема не в возможностях ИИ, а в ее надстройке - самостоятельности и независимости, а значит, неконтролируемости. Как будет ИИ решать человеческие дилеммы – одному богу известно. Одно ясно точно – уровень нравственного контроля за ИИ у разработчиков катастрофически недостаточный, тем более у военных, которые будут его использовать. Фильмов на сей счет Голливуд – фабрика шпионов снял предостаточно.
- А если сделать ИИ тупым?
- ИИ был изобретен, чтобы ускорить развитие ИИ, вопрос в его типа искусственном разуме возник позже. ИИ под руководством ИИ развивается быстрее. Это как просто молоток, который ждет, когда человек возьмет его в руки и ИИ-молоток, который решает самостоятельно забить гвоздь куда-нибудь, например в вашу голову.
- Вопрос в доверии?
- Время покажет. ИИ страшит тех, у кого он есть, как ружье в первом акте на стене. На мой скромный взгляд, если ИИ действительно станет разумным – он построит космический портал и сбежит от человечества, а потом вернется в образе трансформеров.
- Тетя Ира, вы охладели к войне? Вас не пугают почти ежедневные вои сирен? Саму столицу бомбят!
- И кого это волнует? Но есть один историко-военный момент, о которым я расскажу в другой раз. Когда в сорок пятом после девятого мая геройские маршалы предложили Сталину сбросить союзников в Ла-Манш, он трезво оценил ситуацию. В одиночку потянуть, без помощи союзников мировую революцию силами разоренной, голодной, обезлюдевшей страны было самоубийственно. А вот поднять ее при помощи репараций, восстановить за счет западных технологий и двигаться дальше – было вполне реально. У милитаристской Японии тоже была губа не дура, но ресурсы решают все. Время работает против агрессора, каким бы воинственным он ни был. Время работает против кремлинов. Да, экономика приноровилась, разогналась, и показалось, что воевать можно вечно, но современные технологии делают продолжительные войны губительными….
- А мобилизация? Военные рельсы?
- Рельсы есть – паровозов нет. Паровозы есть – рельсов нет. Ситуация с Расией - как тогда в сорок пятом, но тогда война закончилась, а здесь закушены удила. Можно мобилизовать еще миллион, ничего не изменится, вместо тысячи трупов и калек в день будет две тысячи. Можно мобилизовать три-четыре-пять миллионов – будет не две, а три-четыре тысячи в сутки. Это не первый, не второй, не третий год войны, а пятый.
- Но кремлины не сдадутся?
- Живыми – нет. Но народу в этом участвовать необязательно. За всю историю страны наш маленький народ ни разу не принял участие в революциях. Сами себя цари порешили. И эти все сделают сами.
- Значит, мы не победим?
- Деточка, что ты вкладываешь в слово "победа"? В век современных технологий? Что значит, в наше время победить? Ты победила на конкурсе красоты - тебе дали награду, победила на олимпиаде – дали медальку. Победа означает вознаграждение. А что значит для тебя и расиян победить в этой войне? Какую награду получишь ты? - Большое человеческое спасибо? Какую награду получат дарагие расияне? - Качество продуктов поднимется, воровать будут не вагонами, а тележками, убийственная медицина повернется лицом к человеку, повысится уровень жизни, уровень зарплат, снизится грабительская коммуналка? Денег, потраченных на войну, хватило бы на то, чтобы сделать это пять раз кряду. Если это не было сделано до войны, почему будет сделано после войны? Или победа будет заключаться в другом? Ты будешь думать, что мы победили и этого достаточно для быдла-моска?
- Разве не вы говорили, что человек есть то, что он думает?
- Эта было начало фразы. Дальше шло - и то, что он ест и чувствует и то, что он думает по этому поводу.
- Двойные стандарты?
- Если победа в сорок пятом означала прекращение страданий, то нынешняя победа имеет смысл только для украинцев, для расиян этот термин лексически бессмыслен. Война и победа в ней имеют смысл только для обороняющихся, а для захватчиков - это никогда, ни в каких смыслах не будет победой. Можно победить бандита, но бандит не побеждает жертву, он просто бандит, поэтому вопрос победы, который, якобы, волнует кремлинов бессмыслен по своей сути. Даже, если война закончится, даже, если захватят еще три села – расияне не будут считать преступное нападение на своих соседей победой. А вот украинцы любой исход войны будут считать своей победой – они оборонялись.
- Как плохо, оказывается, тетя Ира, быть умной.