О Любви

Ирочка влюблялась.  И происходило это быстро, легко и часто. Раз в неделю, обычно по средам.
В прошлую среду она влюбилась в холодильного мастера. Он пришел и начал прикладывать к холодильнику ухо.
- Так- так, - приговаривал он. – А что у нас здесь?
Ирочка смотрела на его рыжие усы и хотела разделить с ним гороховый суп, который только что приготовила.
Она достала сухарики и позволила мастеру постучать молоточком по своей левой коленке.
- Так-так, - сказал он и написал на бумажке какие-то слова.
В другую среду Ирочка была в книжном и там, среди книг увидела его. Он лежал на полу и думал.
Это поэт, решила Ирочка и хотела прилечь рядом, но там уже лежала другая женщина.
Она была немного заплаканной и говорила, что ей хочется страстного, необузданного секса. 
- Я не могу! – поэт схватил сборник стихов. – Мне нечем платить. 
Ирочка хотела сказать, что она готова за две оды любви, но тут появился человек в пиджаке.
У него были зачесанные назад волосы и галстук цвета вяленой вишни. Он тихонько что-то напевал и был беспечен, если не сказать больше.   
Увидев Ирочку, он изумился и начал говорить о Жорже Бизе, о том, как грациозна бывает женская ложь и что у него в спальной висит картина «Сборщики урожая».
- Поедемте ко мне, - шептал он, хватая Ирочку за руки. – Вы не пожалеете!
Ирочка видела, как луч солнца осторожно дотрагивается до маленьких, еще не родившихся листьев и думала о поэте.
Какое у него бледное лицо, думала она. Как он страдает!
- Ну что вы, - пролепетала она и направилась в отдел энциклопедических словарей.
В другую среду Ирочка была на рынке и искала нефритовый виноград. Купив кабачок, пол кило лука и большую красивую сельдь, она шла домой и думала о любви.
О  той любви, которая всё покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит и никогда не перестает.
И тут она услышала голос. Он был как дуновение, как тихий ветерок летней ночью. Подняв глаза, она никого не увидела. Наверное, это дыхание бытия, успокоила она себя и стала думать о том, что любовь не ищет своего, не раздражается, не гордится, не мыслит зла, не бесчинствует…
Меня всё раздражает и охота заехать по морде, загрустила она, и вдруг перед ней появился спортсмен.
Он был в коротких трусиках и совершенно без стыда приседал. Потом он начал отводить одну ногу назад, и выполнять упражнение «ласточка» чем поверг Ирочку в восхищение и розовато-персиковый оттенок кожи.
Она смотрела на него и представляла, как застывает на влажных морских ладонях алое солнце, как оно медленно, не торопясь погружается в густую черничную патоку, оставляя на песке рассыпанные золотистые полосы…
Тем временем спортсмен преодолел гравитацию и начал парить в изящном прыжке, приводя Ирочку в смущение и восторг одноврЕменно.
Она боялась, что он может упасть и сломать обе ноги, но он превосходно держался за воздух и был счастлив.
Ирочка тоже хотела парить, и вообще оторваться от всего земного и скушного, но в этот момент почувствовала, что проголодалась и поспешила домой.
Какой же он все-таки симпатичный, подумала она. А трусики? Это что-то невероятное.