Radio Offline

«Ваше поколение проспало залоговые аукционы и фальшивые выборы!», услышал я упрёк от миллениала.

Здесь – объяснительная о том, как я проспал. Два эпизода 1997 года из всегда недописанных мемуаров Radio Offline. По крайней мере, проспал творчески.

(И конечно, бессмысленно оправдываться, что во все времена определяет что-либо лишь тот, кто сочетает способность к политике и ресурсность – деньги, связи, географию и везение на контексты и обстоятельства).


****** 


Эпизод Первый

«В парадной я попытался поцеловать Фриду. Точнее, заметно пошатнулся в её сторону».  (Сергей Довлатов).


Июль 1997-го окатил жуткой жарой. При таких погодах мой организм просится на воды и функционирует на одну треть, а вот минус 30 я переношу легко, даже не чихнув. Я ехал к вечернему эфиру, иллюзорно гася вечную жажду минералкой и мечтая о ледяной гадости вроде Pepsi.


На радио – день рождения сотрудника рекламного отдела. Собственно, поэтому я приехал не за полчаса до прямого эфира, а за час. После поздравлений бессменный оператор Юра привычно заставил меня выпить.


– Пьяный Жибуртович – это нонсенс, произнёс он. – Я скорее поверю, что лет через 10 ты станешь крупным физиком. Или просто – крупным.


– Юра, я пас. Как хочешь.


– Сегодня день рождения ещё и у Джима Моррисона. Ты и за Джима не выпьешь? Ты что, нерусский, что ли?


– Ок, давай. Только быстро.


Я глотнул жутко тёплое, но с приятным привкусом красное вино. Закусил каким-то бутербродом с сыром. В ходе 10-минутного трёпа не заметил, как осушил два бокала. Ерунда. Чтобы свалить меня, насущна пара бутылей в одного, и без закуси.


– Кстати – произнёс Юра с фирменным сарказмом – тебя в гостевой комнате ждёт женщина. У тебя с ней прямой эфир. Всё уже согласовано. Спроси у программного, если не веришь.


– Всё согласовано, меня только предупредить забыли, обречённо съязвил я, и глянув на часы, заторопился: до эфира всего 20 минут.


– Новый альбом Пола Маккартни, за который ты отдал 20 долларов, фуфло и ничтожество, бросил мне в спину весёлый Юрка – на эти деньги можно устроить душевнейший сабантуй!


Я не реагировал и давно не обижался. Друзьям так можно. С друзьями – тоже.


На диване в позе лёгкого волнения сидела очень миловидная дама под 30. Светлые волосы, каре, аккуратная юбочка, взгляд ровно-доброжелательный, голос звонковатый, но твёрдый и без кокетства.


– Константин, здравствуйте. Юлия Викторовна, можно просто Юля.


– Очень приятно. Можно просто Костя.


– Хорошо, так проще. Я представляю реабилитационную клинику для наркозависимых. Пришла рассказать о ней в эфире. Только… Юля запнулась и бросила смущённый взгляд из-под ресниц. Я улыбнулся.


– В общем, это мой первый эфир в жизни. Нет, я раз в квартал провожу пресс-конференции, выступаю на семинарах, но это всё не то. В общем, я подготовила 10 вопросов, которые должны обязательно прозвучать. В общем…


– Всё нормально, Юля – вновь улыбнулся я – давайте список вопросов. Чаю будете? Успеем ещё, есть 10 минут.


18:00 в Самаре и Губернии. Р-работаем! Эфир пошёл как по накатанной. Просто, нужно задавать вопросы так, чтобы никто не понял, что ты читаешь их по бумажке. Этим простейшим из всех видов искусств владеют первокурсники театрального.

Маленькая проблема заключалась лишь в том, что Юлия отвечала кратко-афористично, пусть и ровной интонацией. Словно мы общаемся в Твиттере. В общем, волновалась, но расслышать это было невозможно. Умница.

Примерно к 50-й минуте часовой беседы я похолодел, с ужасом осознав, что именно сейчас те два бокала красного ударили в голову. Видимо, жара понизила привычную сопротивляемость к спиртному. Так… Спокойно, просто теперь надо аккуратней. Подшофе я люблю весь Мир, особенно – женщин, пытаюсь разговаривать стихами и жутко сентиментален. Мозг ещё работает, но надо следить за языком.


Но беда не приходит одна. 10 вопросов закончились. Литератор принял худшее из всех возможных решений – импровизировать. Юлия только что кратко говорила о центре по борьбе с ожирением, благодаря каких-то партнёров.


– Умный ме-не-д-ж-мент, тщательно произнёс я, словно читая букварь. (Она как-то резко встрепенулась). – Я хочу сказать, что, даже бросив курить, человек первое время испытывает проблемы с лишним весом из-за нарушения привычного обмена веществ (чёртовы два бокала, они мне тоже всё нарушили!). – Что уж говорить о наркозависимых.


Я сотворил энергичный жест рукой. Мне хотелось произнести: Юлия! Мы подходим друг другу! Доктор Чехов гордился бы моим выбором! Поедемте в номера! Всё будет культурно, если вы сами ничего не захотите!


Но я сказал:


– После победы над пагубным пристрастием люди толстеют и снова приходят к вам. Теперь уже лечиться от ожирения. Всё в ваших заботливых руках – вдохновенно произнёс я, расстреляв Юленьку взглядом в упор – и никуда более идти не нужно! Маркетологи именуют это… сквозным менеджментом! – вспомнил я новояз из гламурного журнала.


Дальнейшее я не предполагал. Юлия закрыла рот руками и уронила голову на стол, беззвучно содрогаясь изнутри. Ударной левой я мигом вырубил её микрофон и объявил музыкальную паузу. Попытка блеснуть интеллектом полетела вниз с высоты Дома Сельского Хозяйства, где тогда на самом верху находилась радиостанция.


– Константин – подняла она голову – Костя (новый приступ смеха) – я попросилась к вам в эфир, потому что вы умеете строить диалог (икота и смех) – но я не думала, что вы сочините такое (ржака) – простите (икота) – но это нечто (хохот) – кто вас надоумил… простите (снова ржака) центр по борьбе с ожирением просто наши партнёры по иному адресу (хохот).


Не было и речи о том, чтобы попрощаться с Юлией в эфире. Я сам подвёл итог, напомнив адрес реабилитационного центра и поблагодарив медленно приходящую в себя гостью. После чего, уже с выключенным микрофоном, извинился.



Эпизод Второй

когда убили почтальона
ему замену не нашли
поэтому читали письма
по радио на всё село

(из народного фольклора)


В том же наивном 1997-м я зашёл на радио записать что-то для Ночного Канала и нечаянно угодил в часовое ток-шоу с модной поп-певичкой. Как изрёк гендир, «было бы правильно, если бы с ней поговорил молодой человек, а не девушка».

Девушки-красавицы очень обрадовались, что им не придётся терпеть эту фифу с гонором Мадонны. Молодой человек обречённо сел за пульт без малейшего представления о личности дивы, исключая пресс-релиз «месяц назад вышел новый альбом, сопродюсером которого стал Джон Джонсон (он же Иван Иванов), ранее работавший с Джей Ло и Машей Керри».

Русский аналог Мадонны благоухал парфюмом, косметикой и бросал (не на молодого человека, а в окно) жеманные взгляды.

– Ваши творческие планы? – уверенно начал глубокий диалог ведущий. Мадонна расцвела: новый альбом, тур, сегодня уникальное шоу в самарском ночном клубе (с тем самым названием, что потопил «Титаник»), танцующие мальчики и поющие девочки. Звук, свет – всё на топ-уровне.

– Как мы докатились до жизни такой? – внезапно спросил молодой человек, думая о том, что предпочитает поющих мальчиков и танцующих девочек, а не наоборот.

– Вот, да!!! – обрадовалась умному вопросу Мадонна из Московии – и, кстати, я пою без фанеры! Только живой звук!

С этими словами она протянула мне свежий компакт, на обложке которого с цифровой детализацией красовалась её модельная внешность и показала на пальцах цифру два. (Это значит, поставь сейчас второй трек).

Спросив об истории создания нетленки плана «Жить – хорошо/А хорошо жить – лучше!» я поймал одобрительный взгляд за стеклом студии её бородатого продюсера – того самого, который лично знаком то ли с Джей Ло, то ли с её мужем.

Дальнейший эфир я не помню. Всё спокойно и без истерик. Девушки-коллеги подкалывали меня с сокрытой между интонаций благодарностью. Мадонна на прощание улыбнулась – уже не окну, а мне.

Готовясь к Ночному Каналу около 22-00 я давно позабыл про дневное знакомство с топ-моделью, как вдруг услышал шаги бешеной интенсивности по узкой лесенке нашего офиса. Запыхавшийся молодой человек (такой же, как я, но красивый) не здороваясь, выпалил на последнем издыхании: компакт! Диск! Через полчаса шоу, фанеры нет!!!

(Приняв в подарок от Мадонны CD, я уверенно поставил его на полку в студии между битлами и Эриком Клэптоном. Сей кощунственный акт остался незамеченным до начала концерта).

– Успеешь? – только и спросил я, вручая гонцу заветный компакт. – Да, я такси внизу не отпустил, сказал ждать.

Представляя крики («шеф, два счётчика!») я продолжил записывать авторскую колонку на тему «скоро сборная России по футболу заиграет лучше, вы сами это увидите».


Фото 2000 года. О чём говорить с людьми, которые не помнят Аську, Пейджинговую компанию АДВК (Алё, девушка, абоненту 1-2-3-4) и монитор ЭВМ той эпохи.