Свет на троих. 3 глава

3 глава
Страх

Распрощались наши герои в десятом часу, и все попытки Маргариты оставить Артёма не увенчались успехом.
— Артём! Уже темно и поздно, оставайся!
— Нет, Маргарита, спасибо, всё же я пойду, нужно появиться дома. Небольшое пояснение: Артём учился в вузе, это был его не родной город, и так как он был приезжий, нужда заставила его снимать комнату в доме, ибо условия в общежитии — вовсе не условия. Далее, терпеливый читатель, постигнув всё, поймёт, о чём речь. Хозяйка дома Агафья Ивановна Белоконь до жути любила оккультные развлечения, но, по словам Артёма, «она и рядом не валялась с талантом Марго», за что Агафья и была прозвана полуведьмой.
— Артём, — не унималась Марго, — я понимаю, ты молод, кровь кипит, чуя ночную весну, но, может, ты останешься?
Молодой человек обнаружил в себе непреклонную силу воли и от предложения отказался. И Маргарита сдалась, тепло осознавая рьяность юного сердца, обняв его на прощание.
Оказавшись на улице, Артём вдохнул полной грудью весенний воздух, насыщенный вечерними загадками и тягой к творчеству. И стало на душе так хорошо, так приподнято, так романтично! Идя по тёмным изгибам дороги, он вспоминал о гадании, о странном знаке на дне чашки, о вине, вкуснее которого он никогда не пробовал, о книге в коричневом кожаном переплёте.
В голове Артёма роились идеи, образы, слова. Он чувствовал, как внутри него просыпается что-то новое, что-то, что требовало выхода. Возможно, это была та самая тяга к творчеству, о которой он так часто слышал, но никогда не ощущал её так остро. Он вдруг понял, что хочет писать, создавать, выражать всё то, что переполняло его сейчас. И это чувство было таким же сильным и пьянящим, как то вино, что он пил у Маргариты.
Артём поднял голову и посмотрел на звёздное небо. Оно казалось ему необыкновенно ярким и глубоким, словно открывало перед ним новые миры. Он улыбнулся. Эта ночь, эта встреча, это гадание – всё это было не просто случайностью, а началом чего-то важного, чего-то, что навсегда изменит его жизнь. И он был готов к этим переменам.
Он вышел на ровную, хорошо освещённую часть дороги, и ход его мирно текущих мыслей резко прервался. Вокруг на мгновение стало так тихо, как будто кто-то отключил все звуки мира; в сердце кольнуло, и по спине пробежался холодок неизъяснимого страха. Артём остановился, озираясь по сторонам. Он пытался понять, что именно его так напугало, но ничего особенного в этот весенний вечер он не приметил. По дороге изредка проносились машины, зеркальные лужи безмятежно отражали свет фонарей и яркой мартовской луны. По другой стороне медленно двигалась дамочка, выгуливаемая своей низкорослой собачонкой; навстречу Артёму шёл человек в шляпе. В общем, ничего из ряда вон выходящего не происходило.
 Когда человек в шляпе поравнялся с Артёмом, то поприветствовал юношу кивком головы и лёгким прикосновением к своему головному убору и ушёл дальше. Артём обернулся ему вслед, дабы убедиться точно, что этот человек ему решительно не знаком и в целом не представляет угрозы. Но ужас! Человека не оказалось! Пару секунд назад он был — и исчез! Поворотов, закоулков улица здесь не имела, и деться ему за столь маленький промежуток времени было некуда. Но он всё же куда-то делся! И тут же ещё одно ужасающее обстоятельство: Артём только заметил, что стоит на улице не вечером, как полагалось бы, а утром! Утром!!! «Что же это получается, — неслось в голове у побледневшего юноши, — несколько секунд назад приближалась ночь, а ныне утро?»
Артём ощутил, как по спине пробежал холодок, не имеющий ничего общего с утренней прохладой. Его взгляд, ещё секунду назад сосредоточенный на исчезнувшем незнакомце, теперь метался по пустынной улице, пытаясь ухватиться за хоть какую-то привычную реальность. Как такое возможно? Время, казалось, сжалось, перескочило, словно кто-то невидимый перевернул страницу в книге его жизни, пропустив целую главу.
Он попытался восстановить последовательность событий, но мысли путались. Приветствие, кивок, шляпа – всё это было так реально, так осязаемо. А потом – пустота. Не просто отсутствие человека, а полное, абсолютное исчезновение, будто он растворился в воздухе. И это утро… оно было не тем утром, которое он ожидал. Это было утро, которое пришло внезапно, без предупреждения.
Артём прижал руку к груди, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Неужели он сошел с ума? Или это какой-то сон, настолько яркий и реалистичный, что его трудно отличить от яви? Но ощущение прохладного утреннего ветра на лице, запах травы, доносящийся откуда-то издалека, – всё это кричало о реальности. Реальности, которая вдруг стала непостижимой. Он огляделся по сторонам, ища хоть какой-то знак, хоть какое-то объяснение этому странному событию.
В глазах у Артёма потемнело, он шатнулся, но удержался на ногах. Мимо проходила женщина, вероятнее всего, спешившая на работу. Артём хотел было её о чём-то спросить, но лишь открыл рот и выпучил глаза. Женщина ускорила и без того быстрый темп своего шага.
Артём постоял минуту, закрыв глаза. Глубоко, мерно подышал. Попытался сообразить, что произошло, но, не сообразив, решил что-нибудь предпринять. Но что именно? В голове бардак, в сердце страх! И вот одна, пусть и глупая, мысль посетила его: «Неужели это вино меня так?..» Но мысль была изгнана как заведомо нелепая. На смену пришла другая, более трезвая: во что бы то ни стало спешить назад к Маргарите!
Артём рванул с места, почти бегом, не разбирая дороги. Улицы, ещё недавно казавшиеся знакомыми, теперь сливались в одно серое пятно. Каждый поворот, каждый перекрёсток вызывал панику: туда ли он идёт? Сердце колотилось в груди, отбивая тревожный ритм. Он чувствовал, как холодный пот стекает по спине, а в висках бешено стучала кровь.